Алекс Каменев – Заклинатель 2 (страница 9)

Напор усиливался, перейдя на очередную ступень. Каменные стены башни будто высветило изнутри лиловым, как рентгеном. На секунду показалось, что они потеряли материальность, став призрачными конструктами. Железная решетка наверху засверкала и начала осыпаться черным прахом, не выдержав проходящие через нее потоки энергии. Металл и камень превращались в зернистую пыль.

Нильс тоже не выдержал. Просидевший с начала ритуала у стены следопыт все это время медленно отползал назад, пока не очутился у самого входа в башню. Когда стены высветило насквозь он уже не смог сдержаться и выкатился наружу со связанными за рукой руками.

В отличие от него, я никуда уйти не мог, только наблюдать за творящимся вокруг безумием. К счастью, строители башни в свое время хорошо постарались, пентаграмма была выстроена в точном соответствии с канонами защитных формул, принятых в Имперской Коллегии магов.

Энергия бушевала, но она оставалась в строго заданных рамках, не разнося вокруг все подряд, концентрируясь в форме столба света. Если бы не рисунок на каменных плитах, скорее всего произошел бы неконтролируемый выброс и все закончилось гигантским взрывом, разметавшим башню по окрестностям.

А Сумеречный Круг все сиял нестерпимым светом, а потом вдруг начал плавиться, потек как воск, меняя привычные очертания, приобретая новые. Форма круга не изменилась, даже наполнение осталось прежним, но в центре появилась сфера, которой не было раньше. Она походила на знак для очередного заклятья, но имела куда больший размер.

Символ «Щита» тоже претерпел изменение, его словно разделило на две части, в каждой знак не похожий на другой. Стало понятно, что классическая Основа под воздействием бушующих вокруг энергетических бурь стала иной, чем изначально планировалось.

А затем проклятая башня все же начала рушиться. Огромные глыбы падали, вдребезги разбивая перекрытия между этажами, коверкая пол, а вместе с ним и рисунок пентаграммы.

Грохот камнепада бил по ушам. Фиолетовый свет залил пространство вокруг, последнее что помню — падение с высоты, удар головой и ощущение, как кто-то сильно дергает за край плаща, вытаскивая из-под сыпавшихся сверху камней. Дальше пришла темнота.

Глава 6

Рассвет заалел на краю горизонта. Солнце еще не показалось, но уже готовилось выйти во всей красе, знаменуя начало раннего утра. Прохлада воздуха заставляла ежиться, придвигаясь ближе к кострищу, а туманная дымка лениво стелилась над землей, скрывая стебли пожухлой травы.

Нильс поежился. Собранный в спешке сущняк подходил к концу, огонь едва тлел, почти не давая тепла. Взгляд следопыта метнулся к вершине соседнего холма, где еще вчера стояла огромная башня, теперь там руины. Каменные обломки разбросаны, на многих следы подпалин и черных проплешин. Некоторые расколоты на мелкие части, что вызывает особую дрожь. Нужна серьезная сила, чтобы разломать подобные блоки, да и вообще разрушить такое сооружение. Имперцы строили основательно и знали толк в защитных постройках.

Из груди вырвался вздох. Взгляд от развалин метнулся к лежащему на другой стороне костра человеку. Лицо оставалось спокойным, словно тот спал, но следопыт понимал, что это не может быть обычным сном — не после случившегося, и теперь гадал, сколько пролежит без сознания заклинатель, устроивший разгром древней башни, простоявшей с имперских времен, но не выдержавшей посещение одного не совсем обычного человека. Да и человека ли?

Нильсу многое пришлось повидать в своей жизни, поездить по свету, но даже в самых кошмарных видениях, но не мог представить подобного, что произошло сегодня ночью. Это был ужас, когда сознание затапливает страх, а единственное на что готов реагировать разум — паника с желанием сбежать как можно подальше. Он до сих пор не мог сказать, что заставило вернуться обратно. И не только подойти к башне, но и вновь зайти внутрь, когда та начала рушиться, чтобы вытащить колдуна, за которым он столько недель следил.

Губы изогнулись в кривой усмешке. Какая ирония, сначала Нильс пытался его ограбить и едва не убил, а затем спас, вытаскивая из-под падающих обломков, рискуя жизнью. Поступок глупый, необъяснимый с точки зрения логики. Но сделанный, потому что по-другому в тот момент по-другому было нельзя.

— Идиот, — следопыт ругнулся.

Глаза метнулись к сложенным неподалеку сумкам. Тем самым, что принадлежали заклинателю, несущие в себе столь ценные книги, что за них некоторые без сомнений убьют. Там же лежал и кристалл — Камень Душ, магическая реликвия, за которой Нильс охотился уже долгое время, стоящий баснословное состояние.

По уму, надо забрать все и бежать, так бы поступил любой на его месте. Самые жестокие и беспринципные еще бы сунули кинжал под ребра бессознательному колдуну, чтобы когда очнется, не отправился в погоню за своим добром и местью вору. Самые умные сбежали бы еще ночью и вообще не возвращались назад, спасая страшного заклинателя.

Вместо этого Нильс сначала сунулся в башню, затем оттащил спасенного мага подальше, а после пол ночи гонялся за лошадьми, сбежавшими после начавшегося светопреставления. И теперь сидел у костра, дожидаясь, когда колдун придет в себя.

Глупое, дурацкое поведение. Узнай кто из знакомых — рассмеялся бы в лицо, обозвав идиотом, и оказался бы прав, на это нечего возразить. И тем не менее оставался на месте, потому что в какой-то момент начал действовать, подчиняясь инстинкту, отодвинув разум на второй план.

Он не знал точно откуда, но был твердо уверен, что прибранные к рукам книги и могущественный артефакт не помогут исполнить давнюю мечту — стать магом. Настоящим, умеющим творить истинное волшебство, а не показывать дешевые фокусы на ярмарке, приводя в восторг публику, состоящую из обычных людей, а значит ничего не понимающих в настоящей магии. Этим он увлекался в детстве, пока не понял, что балаганные трюки — лишь жалкая пародия на реальные заклинания, не имеющие отношению к истинному волшебству.

Все началось много лет назад. Нильс вырос в простом рыбацком поселке, где не знают другой жизни, не связанной с ежедневным выходом в море. Из поколения в поколение отцы передавали детям секреты ремесла, чтобы те со временем занимали их место, добывая из морских пучин пропитание для семьи.

Нильса ждала такая же судьба, и до семи лет она не казалась глупому мальчишке чем-то плохим. Все вокруг так жили, а значит это нормально. Так рассуждал в то время он, и это выглядело естественным.

Все изменил один случай. В месте, где находился рыбацкий поселок, раз в десять лет происходил особенно мощный отлив. Вода уходила далеко от берега, обнажая дно на многие метры. Никто не знал с чем это связано, но еще старики говорили, что так было с давних времен, о чем ведали их отцы и деды, а тем в свою очередь передавали их предки.

Никто не знал, почему происходило это явление, да и особо это никого не заботило. Отлив длился всего пару дней, а потом все приходило в норму, вода возвращалась и все становилось, как раньше.

Именно в один из таких отливов произошло событие, изменившее жизнь тогда еще малолетнего Нильса. Когда вода ушла, стайка ребятишек из рыбацкого поселка бросилась играть и бегать по недавнему дну. Они собирали ракушки, разные вещи, принесенные к берегу морем, бегали и дурачились. Пока один из мальчишек не наткнулся на необычный камень. Он был плоский, большой, нес на себе странные письмена. На его поверхности торчали два столбика с разных сторон. Даже не столбики, а обрубки, обломанные у основания.

Когда Нильс увидел необычный камень, то сразу почувствовал смутное беспокойство. Тогда он еще не понимал, что происходит, что его неразвитый дар реагирует на проявление магии. И не мог предупредить остальных детей держаться от таинственной каменной штуки подальше.

Желая показать удаль, один из парней постарше взобрался на диковинную каменную плиту. Сделал шаг, пройдя между огрызками столбов и… исчез. Это оказалось столь неожиданным, что в первые мгновение никто не понял, что произошло. Многие подумали, что парень просто спрыгнул с другой стороны. И только Нильс догадался, что случилось нечто ужасное, потому что в момент исчезновения ощутил необычное чувство, реагируя на всплеск магии, невидимой для простых человеческих глаз.

Когда о случившемся рассказали взрослым, те отругали детей, думая, что их дурачат. Однако пропавшего мальчика так и не нашли, а камень лежал в указанном месте. К нему запретили подходить, опасаясь древнего колдовства. Потом вода вернулась, и каменная плита с письменами скрылась. До сих пор Нильс не знал, принесло ли загадочные камень во время отлива, или же он всегда лежал там — на дне, всего в сотне метрах от берега.

Много позже, узнав об имперских Обелисках, он думал, что исчезнувший в тот раз мальчик, прошел как раз через один из таких древних механизмов, сработавших на присутствие живого существа. Но от теории пришлось отказаться, потому что в описании четко указывалось, что для путешествий через Обелиски требовалась Метка Тонких Путей. Которой разумеется не могло быть у простого мальчишки из рыбацкого поселения.

Он так и не разгадал эту загадку, зато тот случай круто изменил его жизнь. Нильс не пошел по пути родителей, не стал рыбаком, вместо этого сбежав из дома в пятнадцать, в попытках найти свой собственный путь.