Алекс Кама – Миры и истории. Экзамен. Книга пятая (страница 20)

Я успел заметить, как Барс подавил смешок, а Лина, отставив чашечку, сдержанно сказала:

– Некоторые считают, что да.

На этот раз Барс всё-таки прыснул в кулак. Хорошие дела.

…Оказалось, что провожать меня кот будет на своём мотобайке, внешне смахивающем на мини-субмарину, только серебристо-серую и на воздушных подушках. Даже в незаведённом состоянии выглядел он очень быстрым.

– Из больницы звонят в мотосалон, – сказал я Барсу. – «Сколько вы сегодня продали мотоциклов?» – «Пять». – «Ага. Значит, двое ещё где-то носятся».

– Это ты к чему? – улыбнувшись, спросил Барс, уже застёгивая свой шлем и протягивая мне мой.

– Вообще-то мы можем просто телепортироваться.

– Надевай. Телепортироваться мы можем, – кивнул кот. – Но, во-первых, ты можешь промазать, – он усмехнулся. – Извини. Не удержался. А во-вторых, прабабушку Лины телепортация бесит. Она говорит, это неестественно. Мой тебе совет: лучше делай то, что она говорит. И крутого из себя не строй.

– У нас говорят: «Не выпендривайся!»

– Вот и не выпендривайся. Она у нас самая сильная. И… жёсткая. Её даже президент боится. Одно могу сказать: ты точно выживешь, потому что Лину она обожает. Но легко не будет.

– После тренингов с куклами Арэйса я уже ничего не боюсь, – усмехнулся я.

– А вот это зря! – Барс оседлал мотобайк, пальцем ткнув себе за спину – дескать, устраивайся.

Я сел у него за спиной.

– Ну, в конце концов, вряд ли одна старая кошка отметелит меня сильнее. Она же старая?

– Это тебе никак не поможет, – я почувствовал, что кот, говоря это, улыбнулся. – А, вот ещё что. Обращайся к ней только по имени. Яга.

От неожиданности я сначала замер.

– Ты шутишь?!

– Нет, – Барс обернулся и посмотрел на меня из-за защитного стекла шлема с нескрываемым недоумением. – А что не так? Это древнее имя. Очень красивое.

Древнее и красивое… Я сидел и думал, надо ли рассказать ему об особенностях одного из главных персонажей терийского фольклора, с которым у любого русского школьника ассоциируется это имя. О, а ещё помнится, русская Яга собиралась зажарить доброго молодца в печке…

Сердце заколотилось, как бешеное. Тоже мне, Денис – добрый молодец!

Не дождавшись от меня ответа, Барс сказал:

– Держись. Очень крепко.

Я послушно обхватил его за талию. Байк взревел и мне показалось, что мы пошли на взлёт на форсаже.

…Избушка Яги – а я всё ещё не был уверен, что Барс не пошутил насчёт имени – выглядела столь же мило, как и домик её внучки. Только вокруг росли не цветущие кусты, а голубые сосны всех размеров – от высоченных, с тридцатиэтажный дом, до совсем крохотных, едва высунувшихся из земли. Стелла такие маленькие деревца всегда называла «щенками».

– Я привёз его, Яга, – услышал я голос Барса в заложенных от рёва байка ушах.

– Высаживай, – приказал нежный, будто девичий голосок.

Я сполз с котоцикла и протянул шлем Барсу. А ещё через минуту он, просто кивнув мне, умчался прочь. А я получил возможность рассмотреть мою новую наставницу.

Она напоминала прекрасную, как топ-модель, Лину лишь проницательными, фантастически яркими изумрудными глазами. А в остальном выглядела почти неказисто, оказавшись невысокой, немного сутулой кошечкой с крохотными руками, обожжёнными усиками, при этом самой скромной серой масти. Одета она была в аккуратный, похожий на пляжный, халатик с запахом

и двумя брошками на плече в виде играющих кошачьих фигурок. Тоже мне – ведьма в кимоно.

– Здравствуйте! – выдавил я из себя.

– Дай-ка я на тебя посмотрю…

Она приблизилась, медленно обошла меня кругом, а потом недовольно объявила:

– Ты не кот!

Я ошалел настолько, что, не подумав, ляпнул:

– Вы тоже не совершенство!

Кошечка одобрительно цокнула язычком и, кивнув в сторону домика, сказала:

– Иди туда. Садись за стол.

– Да не стоит…

– Иди. Садись. За стол. Быстро! – её фантастические глаза сердито сверкнули, а тон был такой, словно следующим этапом она мне пинка отвесит.

Проверять, так ли это, я не стал, быстро двинувшись к домику.

А уже внутри, устраиваясь у стола на маленькой резной табуретке, словно сколоченной каким-то сказочным Папой Карло, я не мог отвести взгляда от невероятных глаз усевшейся напротив кошечки.

– А теперь посмотри на стол! – приказала Яга, щёлкнув пальчиками.

Я так и сделал – и прямо перед собой увидел вилку, нож и накрытое блестящей крышкой блюдо, которых ещё минуту назад там точно не было. Когда я заходил в домик, стол был пустым.

Яга молча кивнула на блюдо. Я поднял крышку и тут же уронил её обратно на тарелку, прямо в середине которой успел увидеть мокрое неподвижное тельце крохотного, тощего, плешивого и мокрого рыжего котёнка. Не похожего на жителей Верула, а такого, как наши терийские котята, какими они бывают и какими погибают от жизни на улице, если у них нет дома и любящей семьи.

Я обернулся на Ягу:

– Что это за ужас-то?

– Урок, – спокойно пояснила она.

– Мёртвый котёнок на тарелке? Вы нормальная? – я повысил голос, но кошечка этого будто не заметила, глядя на меня с какой-то жалостливой улыбкой.

Вдруг я услышал тоненькое отчётливое «миайу» прямо из-под крышки. Яга показала пальчиком на стол. Поколебавшись с минуту, я снова поднял крышку. Котёнок – сухой, живой, невредимый и упитанный – сидел на тарелке и с любопытством меня разглядывал, периодически повторяя своё «миайу».

– Он настоящий? – спросил я, обращаясь к Яге, и, не дожидаясь ответа, протянул палец к котёнку, чтобы погладить, а он тут же куснул меня за самый его кончик.

– Ты всегда такой торопыга? – поинтересовалась кошечка.

– Только когда нарываюсь, – дерзнул я.

– Болван, – уверенно объявила она, махнув на меня маленькой изящной ручкой. – Спать будешь в подвале. Вход там, – она ткнула пальчиком в угол за своим плечом. – Подъём в пять.

– Завтра? – переспросил я.

– Всегда! – усмехнулась моя новая наставница, подошла ближе, взяла со стола котёнка, который тут же забрался к ней на плечо, и направилась к прозрачной двери в противоположной от подвального входа стороне.

– У меня вопрос!

Она развернулась и внимательно посмотрела на меня, продолжая гладить спинку мурчащего котёнка.

– А в чём урок?

– Подумай. Утром расскажешь свои версии.

– Ладно, – я пока не понимал, что это за методика, в которую входят фокусы с котятами. – А еда?

– Что еда?

– Мы сегодня без ужина?

– Приготовишь – будет тебе ужин, – пожала только одним плечиком Яга, не двигая вторым, чтобы, очевидно, не потревожить котёнка.

– Дайте угадаю. А если я захочу помыться, то воду из реки натаскать?

– Ты офигительно проницателен, – усмехнулась кошечка и перед тем, как уйти за прозрачную дверь, добавила: – В пять!