Алекс Ирвин – StarCraft: сборник рассказов (страница 66)

На смену гневу пришло чувство потери. Она пришла сюда, чтобы защитить неразимов, чтобы предотвратить кровопролитие. И потерпела в этом поражение.

— Я сделал это… ради нашего народа… — Голос Таэлуса был слаб, словно у призрака из Пустоты.

— Я знаю. — Воразун бросила посох и опустилась на колени рядом с юным воином. Она взяла его за руку. Она думала, что он оттолкнет ее, но этого не произошло. Таэлус сжал ее руку с удивительной силой.

— Я ухожу… в вечный свет… — сказал Таэлус. — Защити нашу культуру… как обещала…

— Я сделаю это, — ответила Воразун, глядя, как тускнеют глаза Таэлуса. — Я это сделаю…

За дверью послышались тяжелые шаги Селендис и ее бронированных зилотов. Воразун не обратила на это никакого внимания — она смотрела только на погибших. С одной стороны лежал Моэндар. С другой — Таэлус. Два неразима, которых она знала и которые были ей дороги, каждый по-своему.

Один — учитель, другой — ученик. Один — прошлое, другой — будущее.

А посередине, зажатая между ними, находилась Воразун.

— Она выходит, — передала Селендис по пси-связи. — Остальных мы вынесем.

Голос был бесстрастным, но Артанис чувствовал ее возбуждение. Он уже едва мог сдерживать в себе гнев и ярость, не дать им вырваться в общий водоворот эмоций, связывавший всех протоссов в единое целое. Все планы рухнули.

Абсолютно все.

Артанис прекрасно понимал, почему Воразун и Моэндар не выполнили приказ. Неразимы-мятежники собирались погибнуть в бою с айурцами и тем самым начать революцию на Шакурасе. Вмешательство Моэндара и Воразун сорвало их планы, однако за это пришлось заплатить высокую цену.

Мысли вернулись к отчету Селендис о смерти Моэндара. Артанис до сих пор не мог поверить в то, что старейшина погиб. Моэндар был одним из мудрейших иерархов, он многое сделал для того, чтобы наладить отношения между айурцами и неразимами.

«Я мог предотвратить все это, — подумал он. — Нужно было отправить туда отряд зилотов еще до того, как взрыв разбудил весь город… До того, как туда явились Моэндар и Воразун».

Более того, Артанис знал, что после случая с армадой ему следовало сделать больше для умиротворения неразимов. Однако тогда помешали обстоятельства, над которыми он был не властен. В тот день погибли не только неразимы. Два пилота «Фениксов» — два приверженца Кхалы — также были в списке жертв. Многие айурцы пришли в ярость, узнав о том инциденте. Во всем они винили неразимов, которые управляли транспортным кораблем. Несколько воинов Артаниса заявили, что айурцы больше не должны сражаться плечом к плечу с неразимами, что вооруженные силы нужно разделить на две части, ведь только так удастся избежать новых катастроф.

Артанис решил, что успокоить этих протоссов важнее, чем почтить своим присутствием похороны неразимов. Это было непростое решение — ведь он в любом случае рисковал восстановить против себя половину дэлаамов. Но он знал, его главная задача — поддерживать армаду в боевой готовности, а это означало, что следовало прежде всего заниматься приверженцами Кхалы, невзирая на последствия.

Артанису пришлось потратить несколько дней на то, чтобы успокоить айурцев. В конце концов они поняли, что успех армады важнее их опасений. С помощью Кхалы народ Артаниса обрел равновесие и снова настроился на сотрудничество. А вот неразимы не сумели этого сделать. Этот несчастный случай и то, как Артанис ликвидировал его последствия, — все это до глубины души возмутило очень многих.

Многих — таких, как Воразун. Теперь, после смерти Моэндара, она станет лидером неразимов. Мысль об этом не давала Артанису покоя. Они с Воразун редко в чем-то соглашались, но сегодня ей удалось его удивить. Воразун рискнула своей жизнью, чтобы помешать неразимам-мятежникам. Может, она сделала это, чтобы подорвать влияние Артаниса в Талематросе? Или у нее и правда были благородные намерения?

Артанис не мог ответить на этот вопрос. Он уже не знал, что и думать о Воразун.

Он ходил взад-вперед у подножия лестницы, ведущей в цитадель, разглядывая собравшуюся толпу. Когда он телепортировался на Шакурас, у здания уже собрались сотни протоссов. Они образовали две группы: айурцы в элегантных сине-золотых одеждах и неразимы в темных, рваных тряпках, украшенных трофеями — костями зергов. В толпе шептались о том, что сейчас происходит в цитадели. Слухи росли и множились. Они подогревали ненависть собравшихся, и протоссы уже были готовы наброситься друг на друга.

Чтобы предотвратить кровопролитие, Артанис вызвал несколько десятков закованных в броню зилотов. Он также призвал на помощь воинов-неразимов — несмотря на то, что изначально не хотел включать их в отряд Селендис. Теперь солдаты-дэлаамы разделяли айурцев и неразимов — но, если начнется столкновение, этой горстки войск явно не хватит.

Над толпой пронесся гул псионных голосов. Взгляды всех айурцев и неразимов были прикованы к тому, что происходило за спиной у Артаниса. Он обернулся и увидел на лестнице неясную в растворяющемся тумане фигуру.

Воразун с чьим-то телом на руках.

Руки Воразун ныли от усталости. Из раны на плече сочилась фиолетовая кровь. Она опустилась на колени и положила Моэндара на землю. Затем встала и услышала псионный голос толпы, хор недовольных, который звучал все громче, словно ветер, за которым идет страшная буря.

— Что еще можно было ожидать от неразимов! Они предатели!

— Как вы, айурцы, можете судить о чем-то, если не знаете точно, что произошло?

— Цитадель принадлежит неразимам! Ее построили наши предки!

— Вот как, значит, айурцы решают все свои проблемы с помощью грубой силы?

— Кажется, с вами, неразимами, только так и нужно.

— Видишь труп? Это Моэндар!

Несколько неразимов в длинных темных вуалях бросились на солдат-дэлаамов, разделявших их и айуров. Угроза насилия распространялась, словно эпидемия. Все больше протоссов рвалось вперед в стремлении прорвать цепь солдат.

— Остановитесь! — Воразун старалась перекричать псионный гомон толпы, но тщетно.

— Моэндар мертв! — выкрикнул какой-то неразим. — Это дело рук айуров!

— Нет, наших! — ответствовала Воразун. — Это сделали мы!

И на этот раз толпа ее услышала. Один за другим протоссы умолкали и поворачивались к Воразун. На лицах неразимов читалась тревога. Разобрать эмоции айурцев было сложнее, но Воразун понимала, что сейчас по Кхале распространяется их общее замешательство.

— Моэндара убил неразим, — продолжила Воразун. — И цитадель захватили тоже неразимы. Они хотели, чтобы мы пошли против айурцев, чтобы дэлаамов больше не существовало. Но… — Воразун умолкла, не зная, что сказать дальше.

Она посмотрела на безжизненное тело Моэндара. Теперь, после его смерти, лидером неразимов станет она. В ее власти было изменить судьбу всего ее народа — и ее мира.

Она может убедить неразимов в том, что нужно выйти из армады. Так она спасет множество жизней, однако тогда ее народ прослывет предателем, бросившим айурцев в самый тяжелый час. Такое радикальное решение было неприемлемым. Оно лишь усилит вражду неразимов и айурцев и, в свою очередь, приведет к появлению новых бунтовщиков, таких как Таэлус. Такого напряжения дэлаамы не выдержат. Их сообщество погибнет.

Моэндар был прав: неразимы способны на большее. Воразун должна одновременно и защищать свой народ, и поддерживать единство. И в этом важную роль должны были сыграть айурцы.

— Многие из вас опасаются за наше будущее, — наконец сказала Воразун. — Я тоже. Быть дэлаамами оказалось нелегко. Это стало испытанием для нас. Но ведь мы — неразимы. Наши предки смело отправились навстречу неизведанному и прибыли на эту планету, чтобы начать новую жизнь. Но мы не должны предавать союзников ради того, чтобы сохранить наши традиции. Они же сильны, они все переживут, верно?

Воразун увидела, что настроение неразимов меняется. Еле заметные изменения поз и мимики указывали на то, что с ней согласны. Толпа успокаивалась.

— Наш долг — поддержать дэлаамов и помочь айурцам освободить нашу родную планету, — Воразун повысила голос. — На этой войне будут жертвы, но они будут не напрасны. И в конце концов — победим мы или потерпим поражение — все равно мы останемся неразимами!

Толпа рассеялась. Зилоты вывели арестованных неразимов из цитадели. Молодых мятежников закрывали сверкающие голубые энергетические щиты. Руки неразимов были скованы медными браслетами, в которых гудела псионная энергия. Когда мятежники проходили мимо Воразун, ни один из них не посмотрел ей в глаза. С ними она поговорит позже.

Последние два зилота несли тело Таэлуса.

— Положите его здесь. — Воразун показала туда, где лежал труп Моэндара.

— Рядом с Моэндаром? — спросил один из зилотов. — Это же убийца.

— Тем не менее он заслужил, чтобы его похоронили по нашему обычаю. Такова традиция неразимов.

После короткого замешательства зилоты положили тело Таэлуса на землю. Воразун опустилась на колени, чтобы осмотреть его. На груди — там, где она нанесла смертельный удар — его одежда пропиталась кровью. Она прикоснулась к его лбу и шепнула:

— Ты храбро сражался, малыш.

— Это благородно с твоей стороны — оказать ему такое уважение.

Артанис в золотых боевых доспехах подошел к Воразун. Он встал на колени рядом с телом Моэндара и стиснул холодную руку старейшины в своих ладонях.