Алекс Ирвин – StarCraft: сборник рассказов (страница 17)

Но времени не было. Как не было, казалось, и конца орде зерглингов, выползающих из этой проклятой трещины. Промедлить хоть немного — и всех сметут. Бледнолицый видел, как зерглинг запрыгнул на кабину Дина Мозиана (эксперта по баллистике, который вкалывал в каторжных условиях на Цирионе) и начал поддевать края смотрового люка. Артикулятор сработал, и Бускетт обрушил механическую руку на зерглинга, захватив его голову зажимом. Он изо всех сил сжал кулак и почувствовал, как лопнул череп этой твари.

Билл вздрогнул — это зерглинг приземлился уже на спину его машины — и обернулся к Чарку. Чарк, пробираясь между зерглингами, раздавил грудь одного из них ногой и поднял сварочную установку. Затем он установил ее мощность на максимум и с воющим свистом сдул зерга со спины Билла раскаленной белой струей.

Погасли еще четыре огонька, как незадолго до того огонек Вулфа. Бускетт отмечал имена погибших, думая в такт громыханию шагов своего робота.

Бух! «Аддамс, сантехник из Грейт-Бенда».

БУХ! «Кобаяси, физик из передвижного научного лагеря».

Отряд приближался к трещине. Два МУЛа отстали, чтобы принять на себя как можно больше атак врагов.

БУХ! «Лефлер, дизайнер интерфейсов, его переманили из «Гиперкэйд».

БУХ! «Нгуен, строитель комплексов, работал на «ЧариКорпс» и использовал военные технологии по изготовлению брони при строительстве дешевого жилья».

Большинство инженеров уже миновали трещину. Билл оглянулся. Чарк и другие отставшие поливали плазмой коричневую массу зергов.

«И что теперь? Они нас даже не в западне нас моментально сожрут!» Билл схватился зажимом за машину Блэйка (специалиста по сетям, двадцать лет отработавшего в UNN и уже вышедшего на пенсию) и перебросил сломанный агрегат через трещину. Зерги шли за ними по пятам!

«Нужно задержать их, иначе нам конец! Поставить клином сварщиков, они удержат край, выиграют нам вре…»

Бускетт увидел, как Вэндерс (подрывник с Альциона) рухнул под напором зергов. Погас еще один огонек.

Он увидел Чарка, обернувшегося назад. Чарк явно подумал о том же, о чем и Билл. «Нет, не о том же, он ведь…»

Чарк включил терморезак и направил его на огромный груз взрывчатки, закрепленный на машине Вэндерса. Бускетт встретился с Чарком взглядом и даже успел произнести тихое, бесполезное…

— Нет…

Затем всю площадку объял огонь. От взрыва машина Бускетта рухнула на две других КСМ. Секунду или две он так и лежал, тряся головой, чтобы отделаться от звона в ушах.

Затем Билл встал на ноги. Чарк выиграл им немного времени — но все равно в лучшем случае минуту. Надо было идти дальше…

— На северо-запад, потом на запад, в самый узкий каньон, в какой влезем! Координаты у вас на дисплеях! Пошли!

Когда Бускетт решил, что наконец-то может приказать отряду остановиться, уже наступила ночь.

Они выбрались за трещину раньше, чем зерги успели оправиться от взрыва, и когда КСМ ушли из их поля зрения, погоню эти твари продолжать уже не стали. Билл знал, что безветренная погода не дает запаху смазки от машин разнестись по округе, и это, возможно, усложняет зергам поиски. В любом случае, неплохо бы передохнуть.

Среди расселин и проходов на плато они нашли огромный каньон с отвесными стенами. Выходов из него было только два, оба узкие. «Можно и сюда пойти, почему нет», — подумал Билл и отдал приказ.

Отряд остановился. Бускетт вышел на связь с Гриффудом.

— Лиам, мне нужна подробная трехмерная карта этих каньонов, и как можно скорее.

— Понял, шеф, — за ответом Гриффуда последовало несколько приглушенных гудков — он принялся за работу. Билл кивнул и повернулся к другим инженерам.

— Так, построиться.

Они построились — устало, но без жалоб.

— Мы сегодня потеряли друзей, и марш-бросок нас здорово утомил. Но прежде, чем мы сможем отдохнуть, мне нужно будет от вас еще кое-что.

— Черт возьми, Бледнолицый, что это было-то? — заговорил Эдди Раймс, капитан транспортника с Тирадора.

— Это была ловушка, — произнес Чузи, выплевывая одно слово за другим. — Ловушки я сразу узнаю. Мы же для доминионских псов их столько поставили, правда? В западню нас работать послали, чего уж там.

Раймс продолжал:

— Но откуда они знали? Откуда они знали, что мы высадимся тут?!

— Они и не знали.

Это произнес Дэйв Уорнер, три года трудившийся над разработкой антибиологической стратегии в ОСИ.

— Ловушку ставили не для нас. Не для кого-то конкретно. Видимо, лучше сказать так — ее ставили для всех, кто не ползает в панцире. Нам в отдел особых исследований о таких докладывали, называли их растяжками. Суть такая: зерги находят богатые залежи и вместо того, чтобы их раскапывать, они туда зарываются, заполняют полости слизью и уходят в недолгую спячку. Как лягушки в пруду.

— Брехня! Лягушки же из-под земли не лезут и людей на части не рвут!

С Билла было довольно. Он запрыгнул на ближайший камень и скомандовал:

— Ну все, хватит!

Команда была выполнена.

Бускетт вздохнул.

— Обнадеживать зря не буду. Дела наши плохи. Начать с того, что мы работали налегке. Еда и вода теперь остались в ловушке. «Гиперион» далеко, на связь не выйти, и вернется он через две недели, не раньше. С тем, что у нас тут есть…

Он замолчал, и Гриффуд закончил мысль за него.

— Шансов ноль.

— Так что… мне нужны идеи.

Люди молчали. Впервые на памяти Бускетта они не засыпали его предложениями в первые же минуты после просьбы что-нибудь придумать. Сейчас одного лишь планирования было мало. И одного лишь лидерства. Им нужно было вдохновение. Билл подумал о том, что говорил Свонн.

«Вдохновение — от того, кому десять слов подряд сказать в тягость. Черт. Вот черт».

Затем Билл подумал о Лин-Энн и сыновьях. Подумал как следует.

«Шаг первый — открыть рот».

— Так, — начал он, сам толком не зная, что скажет дальше. — Так, слушайте…

Инженеры прислушались.

— Короче, я так вижу, это… инженерная задача, как и все другие. Транспортировка опасных грузов. Управление ресурсами. Ну, как…

— Трубы прокладывать, — закончил за него Чузи.

— Точно! — ответил Бускетт. — Та еще работка. Вот подумайте. Там, где нам не нужно, скопилось дерьмо, и мы хотим его слить в другое место. Ну и? Что у нас есть, чтобы это сделать?

— Ну, для начала — у нас у всех тут огромные строительные машины, — вступил в разговор Гриффуд. — Это чего-то да стоит.

— И что мы с ними делаем? Ну?

— Обычно строим всякое, но сейчас стройматериалов нет, — ответил Раймс.

Билл почесал шею и огляделся. Затем щелкнул пальцами.

— Да ладно, почему сразу нет? Ты явно на Чоссе не был, а то бы видел мои шедевры.

Раймс ненадолго умолк, а потом рассмеялся:

— Утесы! Вы же, затейники хреновы, там в утесах все подряд вырезали….

— Целые курорты, вертикальные города, считай, — закончил мысль Билл. — Так, раздолбаи, слушайте.

Он вышел в центр каньона.

— Мы тут, считай, прямо в центре склада стройматериалов. Эти чертовы зерги думают, что у них ловушки хорошие? Да черта с два они могут против лучших технарей в секторе!

Бускетт повернулся и зашагал среди инженеров.

— Вы устали. Я устал. Я вообще никакой — пятьдесят лет пашу, мою планету доили и Конфедерация, и Доминион, еще войны эти бесконечные! Я устал и зол, как черт — и вы, небось, тоже злы. Мы уже который раз делаем в семь раз больше, чем любой другой отряд в секторе! Но знаете что? Я рад! Я рад, ведь, когда я вернусь… вернусь домой, к сыновьям, к жене… когда я вернусь домой, у меня на это будет такое полное право, какого никому, кто в этой долине сегодня не был, не заслужить ни в жизнь

Вы устали — отлично! Вы злы? Еще лучше. Уставший, злой, немытый, голодный КСМщик стоит десяти солдат, у которых рабочий день восемь часов и три раза в день кормежка. Нам дают ложку — мы роем им бункер. Нам дают веточку — мы строим ей крепость! Дам дают вот эту вот дыру в земле — мы сделаем ловушку, которая раздавит этих тварей в такую лепешку, что вам даже жаль будет, что все так быстро закончилось. И я вам обещаю вот что…