Алекс Хилл – Это снова ты (страница 6)
– Дэн, ты большой мальчик, сам разберешься.
– То есть ты меня отпускаешь?
– То есть я не твоя мама, чтобы давать подобные разрешения.
– Ксю… – удрученно вздыхает он, и мне нетрудно догадаться, к чему мы идем.
– Это не значит, что мне плевать на тебя, – повторяю уже в который раз. – Я доверяю тебе и не хочу ограничивать. Повеселись! А когда мы с Женькой вернемся, сгоняем на море все вместе.
– Ладно, – обиженно бубнит Денис.
– Ну хватит, не дуйся.
– Ты совсем по мне не скучаешь.
«
– Конечно скучаю, – произношу с вымученной нежностью, – и жду не дождусь, когда мы снова увидимся.
– Может, мне приехать к вам? Только скажи, и я…
– Не надо! – перебиваю резче, чем собиралась. – Завтра же практика начинается. Твоя мама немало сил потратила, чтобы впихнуть тебя в это рекламное агентство, не стоит ее расстраивать. Пару недель мы уж как-нибудь друг без друга проживем.
– Думаешь? Вдруг я тут умру без тебя? – беспечно спрашивает Денис.
Страх мгновенно парализует тело и голосовые связки.
– Не надо, – выдавливаю сипло. – Ты мне еще нужен.
– Сильно? – продолжает хныкать Денис.
– Очень.
– И ты мне, Ксю. Очень-очень.
Сглатываю вязкую слюну, ломота в костях нарастает. Я ведь должна радоваться, слыша подобное от своего парня, так почему… почему так хочется помыть голову изнутри? Кислотой, например.
– Ладно. Мне уже пора, девочки ждут. Мы собирались по городу пошарахаться.
– Хорошо! Шли мне фотки. Я хочу видеть все-все. Окей?
– Конечно.
– Целую!
– Да, и я тебя, – отвечаю торопливо и завершаю звонок, прижимая ледяные пальцы к напряженному лбу.
Со стороны доносится недовольное мяуканье. Поворачиваю голову, Мытька таращится на меня с неприкрытым презрением, грозно размахивая пушистым хвостом.
– А ну брысь отсюда! – рявкаю не своим голосом. – Много ты понимаешь…
Кот не пугается, лишь гордо задирает голову и вальяжно выходит из комнаты. Допиваю чай, на душе гадко. Телефон снова пиликает, оповещая о сообщении, и я хватаюсь за него как за спасительную соломинку.
Как только я выхожу из такси, июньский зной набрасывается на меня удушающими объятиями. Оказывается, Зимин живет совсем недалеко от торгово-развлекательного центра «Горизонт», который станет моим ежедневным пристанищем на следующие пару недель. Спешу к одному из входов и недалеко от стеклянных дверей замечаю знакомый белый сарафан, выделяющийся на фоне загорелой кожи. Женька кокетливо поправляет волосы и слишком громко смеется, разговаривая с парнем, стоящим ко мне спиной. Замедляю шаг и приглядываюсь. Серьезно? Какого черта он здесь делает?!
– О! Ксю! – зовет меня Фомушкина. – Привет! Иди сюда!
Злобно стискиваю зубы, парень оборачивается. В его руках небольшой букет кустовых роз, а на лице, усыпанном едва заметными веснушками, уязвимость и чувство вины. Думает, любой поступок можно прикрыть цветочками? Хотя большинство мужчин наверняка принимают это заблуждение за истину.
– Привет. Рад тебя видеть, – скромно говорит Костя и неловко переминается с ноги на ногу. – Ксюш, мне очень жаль. Правда.
– Угу, – отзываюсь я, избегая его прямого взгляда.
– Ты прости меня. Я-я… Я не хотел тебя обидеть. Сам не знаю, что на меня вчера нашло. Перебрал, наверное. Я вообще никогда… Я бы ничего не…
– Можешь так не напрягаться. Синька – зло, – отмахиваюсь я, желая закончить разговор поскорее.
– Кхм… – Костя нервно прочищает горло и протягивает букет. – Так ты примешь мои извинения?
Рассматриваю цветы. Красивые. Запихнуть бы их ему… да поглубже, только смысла в этом немного. Вдруг он не только придурок, но и извращенец, обрадуется еще.
Касаюсь пальцами нагретых солнцем стеблей и произношу сухо:
– Да, конечно. Забыли.
– Фух! – Он натянуто усмехается, взъерошив пятерней медную шевелюру, и смотрит на меня с невинным добродушием, которое я вчера и приняла за чистую монету. – Вот и славно. Обещаю, что впредь буду вести себя…
– Кость, мы… – перебиваю я, сверля подругу многозначительным взглядом.
– Да! Точно! – мигом подключается Фомушкина. – Нам пора. Спасибо, что подвез, Костик!
– Не за что. Если нужно будет забрать, звоните. Мигом примчусь.
– Ага! – смеется Женя и хватает меня под руку, утягивая к двери.
Входим в прохладный холл торгового центра. Букет летит в первую же урну, и я поворачиваюсь к подруге.
– Какого хрена, Жень? На фига ты его притащила?
– А что? Нам еще жить с ними две недели. – Она непонимающе хлопает густыми темными ресницами. – Он все осознал, хотел извиниться. Разве это плохо?
– Да нет, что ты! Все хорошо, мне прям полегчало. Спасибо, моя спасительница!
– Так это я, по-твоему, виновата? – Женька воинственно хмурится. – От меня тоже извинений ждешь? На колени упасть?
– Я не об этом.
– А о чем? – хлестко спрашивает она. – Флиртовали вы вчера будь здоров. Не припомню, чтобы ты так уж сильно сопротивлялась.
– Это не значит, что я была готова переспать с ним!
– Мне ты об этом зачем сейчас говоришь? Ему надо было. Вчера.
– Да, я учту. Спасибо за совет.
Собираюсь развернуться, но Фомушкина ловит меня за локоть. Несмотря на хрупкость комплекции, хватка у нее стальная.
– Я была в соседней комнате, – с нажимом цедит Женя, потянувшись к моему лицу. – Могла бы…
– Что?! Зайти и с члена тебя снять?! – раздраженно выпаливаю я.
– Да я и сама спрыгнула бы, позови ты меня! – ее голос тверд и непоколебим, а в болотно-карих глазах ни тени шутки.
Вдох встает поперек горла, и я понуро опускаю нос, обмякая. Женька права. Костя, конечно, тот еще урод, но и моя вина в произошедшем есть. Мне действительно льстило его внимание, и я не торопилась проводить черту дозволенного.
– Я просто… я перепсиховала. Сначала было весело, а потом… он полез и…
– Как я слышала, удар был хорош. – Фомушкина покровительственно хлопает меня по руке. – Слушай, Ксю, не грузись, ладно? Ничего страшного не случилось. Подумаешь, пьяные приставашки! Как будто в первый раз! А Костик с утра правда раскаялся. Он так больше не будет.
– И ты ему веришь?
– Пффф! Конечно нет! Кто верит мужикам? Дуры только. Но я надавила на Рому, он проследит за своим дружком и его дружком тоже, так что нам больше не о чем переживать.
– А Рома, значит, надежный?