Алекс Хай – Вождь (страница 55)

— Циллия, — сказал я и чуть склонил голову. — Поздравляю с новым титулом. И соболезную утрате.

— Благодарю, страж Ром, — она кивнула мне, соблюдая приличия, но её глаза потеплели. — Совет клана выбрал меня. Пришлось… вытащить некоторые занозы. Глубоко сидели. Больно было всем.

— Чистка, — кивнул я. — Другого пути у вас не было.

Мы сдвинулись в тень бокового прохода, чтобы не мешать жрецам.

— Репутация моего клана уничтожена, — произнесла Циллия ровно. — Мы будем долго расплачиваться с Альбигором. Деньгами, делами, кровью, если потребуется. Преждние Доминусы выбирали путь войны, но я приведу клан к миру.

— Не сомневаюсь, Цил, — отозвался я. — Из тебя получится прекрасная Домина. У тебя есть то, чего не было у Фиора: чувство меры и умение слушать. С даром дипломатии и серьёзной работой вы вернёте доверие. Не быстро. Но вернёте.

Она слегка улыбнулась.

— Ты удивительно щедр на авансы, Ром, — сказала она с тенью иронии. — Для человека, который три раза обещал утопить мой клан.

— Я не менял мнения, — пожал я плечами. — Просто теперь я могу дать вам верёвку не для виселицы, а чтобы выбраться. Понимаешь разницу?

— Понимаю, — сказала она серьёзно. — Теперь всё в моих руках. Мы начали с простого: открыли счета помощи пострадавшим, отправили рабочих на восстановление, спонсировали ремонт и бесплатно раздаём очищенный Ноктиум. Но это лишь внешняя сторона. Мне приходится спешно реорганизовывать сам клан.

Я отметил, как спокойно она произносила каждое слово. Без удовольствия. Без показного раскаяния. Как делают хирурги, когда отсекают мёртвое.

— Хороший старт, — сказал я. — Только не рассчитывай на аплодисменты. В ближайшие годы их не будет. Максимум — перестанут плевать под ноги.

— Я и не жду, — тихо ответила она. — Мы будем доказывать верность городу делом.

Мы помолчали. Снизу, от алтаря, поднимался мягкий свет. Циллия глянула туда, на двойной лик — День и Ночь, смотрящие друг на друга без вражды.

— Ты ушёл с поста делегата. Куда дальше?

Я пожал плечами.

— Долг городу я отдал. Пора немного подумать и о своей семье. Но сперва нужно эту семью создать.

Мы ещё мгновение стояли рядом, слушая, как храм остывает после ритуала. На запястье у неё чернела траурная повязка — сползла с предплечья. Я поймал себя на желании поправить — и не стал. Не моя роль. Больше не моя.

— Цил, — сказал я, уже отходя, — иногда правильные решения выглядят как предательство. Привыкай. И держи круг тех, кто скажет тебе правду. Даже если она неприятна.

— Я тебя услышала, — сказала она без тени благодарности — как фиксируют важную запись в голове. — И… Ром. Спасибо, что не дал нам провалиться в бездну. Твои методы мне нравятся не всегда. Но результат… — она чуть вскинула подбородок, — город жив.

— Вот и держи его живым, Домина.

Мы кивнули друг другу на прощание, и я пошёл дальше, к выходу. В этот момент тень у ближайшей колонны шевельнулась.

Силуэт отделился от камня — знакомая походка, чёрная с серебром форма, рука на эфесе клинка не ради угрозы, а как привычка воина. Я улыбнулся, не веря своим глазам.

Лунная стражница Лия Артан стояла, прислонившись плечом к колонне, как всегда — расслабленно-настороженная. Половина лица в тени, вторая — умыта холодным лунным светом. Увидев меня, она усмехнулась так, будто только что выиграла спор у судьбы.

— Ну здравствуй, Ром, — сказала Лия и направилась мне навстречу.

Мы обнялись — крепко, как обнимаются те, кто уже делил огонь и песок. В пахнущих кожей и металлом объятиях стало неожиданно спокойно и радостно.

— Ты откуда тут взялась? — не удержался я от улыбки.

— Из Элуна, — она пожала плечами. — Комендант отправил несколько отрядов на помощь. Стражи, лекари, инженеры. У вас тут после Фиора… — она махнула в сторону руин Совета, — работы до следующего Солнцестояния.

— Быстро же слух докатился, — хмыкнул я.

— Ну так и у вас здесь была не рядовая стычка, — отозвалась Лия, но тут же посерьёзнела. — Я не только поэтому попросилась в Альбигор. Хотела поблагодарить тебя лично за тот кристалл, что ты отправил. Спасибо, Ром. За правду о моей матери и обо мне.

Я крепко стиснул её плечо.

— Ты заслуживала знать.

Она усмехнулась, не пряча ни облегчения, ни боли.

— Знаешь, после этого стало легче дышать. Будто всю жизнь носила чужие доспехи, а теперь впервые — свои. Идти не легче, но хотя бы не натирают.

Мы медленно пошли к площади, где выстроился целый караван клановых повозок. Люди на площади расступались, кто-то кланялся, кто-то просто смотрел — без прежней настороженной холодности.

— Видела Циллию, — сказала Лия, пока мы спускались. — Знаешь, в Элуне она была не такой уж и принцессой. Значит, не всё пропало у Дневных, раз теперь она у руля.

— Не всё, — согласился я. — Но там ещё чистить и чистить. Хорошо, что у неё хватит хладнокровия на долгую работу.

— У тебя — тоже, — тихо сказала Лия. — Город это понял, хочешь ты того или нет.

Мы остановились на последней площадке ступеней. Ветер принес запах хлеба и мокрой извести со стройки. Над верхними крышами ползли медленные ленты дыма, храмовые колокольчики тихо позвякивали.

— Ладно, философ, — Лия ударила меня кулаком по плечу, как делала всегда, и тут же скосила взгляд на мою повязку. — Нужно ехать. С тобой хочет пообщаться кое-кто важный, и лучше не заставлять его ждать.

Кабинет Герцога встретил меня ночной прохладой и чистыми линиями.

Варейн стоял у окна, ладонями опершись о подоконник, и смотрел вниз, но обернулся на звук моих шагов.

— Страж Ром, — он коротко кивнул. — Проходи.

Не спрашивая разрешения, я сел в кресло напротив его стола. Варейн улыбнулся краем губ — как хозяин, который рад понятливому гостю.

— Спасибо, — сказал он и будто выдохнул тяжесть. — За то, что остановил Фиора. За то, что остановил нас всех от того, во что мы могли превратиться, если бы он успел.

Я пожал я плечами.

— Он сам приложил усилия для того, чтобы я выглядел героем.

— Тем более, — сухо ответил Варейн. — Я считал, что знаю этого мальчика. Что знаю пределы его амбиций. Просчитался.

Он прошёлся до стола, выдвину ящик и вытащил небольшую коробку из чёрного дерева. Но не открыл, словно ещё не пришёл момент.

— Город пережил удар, но оправится, — продолжил Герцог. — Твоя заслуга тут не только в том, что ты остановил Фиора. Ты заставил людей смотреть не на кланы, а друг на друга. И ценить помощь тех, кого вчера считали врагом. Достойно уважения и почёта.

Я молча кивнул, принимая благодарность. Но ждал, когда Варейн скажет, зачем всё-таки вызвал меня на личную встречу. Поблагодарить можно было и публично на очередном собрании.

— Что собираешься делать теперь, страж Ром? Ты сложил полномочия делегата. Намерен вернутся под командование Сойра?

Я пожал плечами.

— Гибридов в пустыне ещё хватает. Кто-то должен их добивать. Мой меч скучает.

— Мечи нам нужны. Хороших Лунных стражей мало, — кивнул он и протянул мне деревянную коробку. — Но для тебя это уже мелковато, не находишь?

Я аккуратно приоткрыл крышку.

Внутри коробки на чёрном бархате лежал знак отличия. Серебряный лунный серп, на котором скрещены мечи и жезл. Вся эта красота была окружена маленькими серебряными звёздами со вставками из чёрных алмазов.

— Ты знаешь, что это, — сказал Варейн. Не спросил — утверждал.

— Знак отличия барона, — ответил я.

— Именно.

Я осторожно взял его в ладонь и ощутил вес. Тяжёлая вещица.

— Ром, — Герцог обошёл стол и сел напротив, — хорошие Стражи редки. Люди, способные нести бремя ответственности перед всем кланом и городом, встречаются ещё реже. Я хочу, чтобы ты разделил со мной это бремя. С городом стало сложнее: мир с Ноктианцами — это не конец войны, это начало долгой работы. Нам нужны не только быстрые клинки. Нам нужны те, на кого можно опереться, если город качнётся снова.

Я посмотрел на знак ещё раз. Пальцы сами нашли застёжку на лацкане. Металл лёг туда, где ему и место — ближе к сердцу, чем к плечу.

— Согласен, — сказал я. — Но давайте обставим всё без фанфар.

— Они и не нужны, — мягко улыбнулся Герцог. — Он встал, подошёл и по-отечески расправил на моём лацкане ткань. — Тогда добро пожаловать, барон Ром.