Алекс Хай – Страж (страница 30)

Она подняла руки и провела пальцами по вороту моей мантии. Я мог бы отстраниться. Мог бы сказать, что это глупость, что завтра мы снова будем рисковать жизнями. Но я не стал.

Вместо этого я поймал её ладони, чтобы не дать ей больше разыгрывать спектакль. Мы стояли так пару мгновений — ирония против упрямства, сталь против пламени — пока не стало ясно, что эта игра нас обоих больше не устраивает.

Она первой убрала руку и, не отводя взгляда, прижалась ко мне.

— Если ты ждёшь, что я спрошу разрешения, — выдохнула она, — придётся ждать до рассвета.

— Не думаю, что у нас так много времени, — сказал я и опустил голову, чтобы поймать её губы.

Мы больше не разговаривали. Я не помнил, кто сделал следующий шаг. Кто первый потянул завязки на мантии, кто сдавленно выдохнул, когда ткань упала на камни. Всё слилось в горячее, живое, неизбежное.

Я только помнил её руки, её смех сквозь тихие всхлипы, её глаза, которые не прятались даже тогда, когда всё вокруг исчезло.

Когда всё стихло, я поймал себя на том, что впервые за долгое время мне не хотелось никуда спешить.

Ильга первая разомкнула руки.

— Скажи что-нибудь, лунный мальчик. А то я подумаю, что оглушила тебя окончательно.

— Ты… — я осторожно провёл пальцем по её шее, — невыносимая.

— Но тебе это нравится.

— Иначе меня бы здесь не было.

Она улыбнулась, и в этой улыбке было что-то почти домашнее. Но прежде чем я успел в этом признаться даже самому себе, Ильга отступила на шаг и начала приводить в порядок одежду.

— Оденешь меня? — спросила она с тем самым игривым взглядом, с которого всё и началось.

Я кивнул и подтянул завязки на её мантии. Её волосы слегка коснулись моей щеки, мне показалось, что всё в мире на пару мгновений встало на место.

Но, конечно, это была иллюзия. И скоро она рассеется.

Как только мы выйдем обратно к огню.

Мы стояли молча, в странном и немного неловком затишье, когда эмоции уже перегорели, но ещё не остыла кожа. Я затягивал ремень на рукояти меча, а Ильга возилась со своей мантией и причёской.

— У тебя руки ловчее, чем кажутся, — заметила она, сдерживая усталую улыбку. — Поможешь с застёжками?

Я подошёл, поднял мягкий край ткани и осторожно застегнул потайные крючки на её мантии. Она была так близко, что я чувствовал, как под тонкой тканью быстро бьётся её сердце.

— Тебе вечно нужен кто-то, кто за тобой доведёт дело до конца, — сказал я тихо.

— Но только я выбираю, кто снимет с меня одежду, — отозвалась она и наконец подняла взгляд. — Я верна клану. Но пусть хоть что-то зависит от меня.

Я хотел ответить, но в тот самый миг что-то смутило меня. Сначала это был запах — резкий, горький, знакомый до оскомины. Как если бы ночь вдруг решила выдохнуть в лицо угольную гарь.

Потом раздался короткий хруст где-то вдалеке, на фоне музыки и голосов.

Я отступил на шаг и обернулся, медленно, словно в дурном сне.

— Гнилой гриб…

— Что там? — Ильга принюхалась. — Кажется, кто-то что-то сжёг.

Но я уже видел, что горело.

Вдали, за крышами казарм, полыхало настоящее зарево. Оранжевые языки пламени вырывались сквозь крышу каменного склада, рассыпая вверх искры размером с кулак. Где-то внутри что-то рвануло — глухой хлопок прогремел, прокатившись по стенам форта, и отбросил тёплый воздух к нам.

— Склад, — сказала Ильга уже другим голосом.

— С припасами, — шепнул я.

Глава 10

Я услышал сирену ещё прежде, чем мы с Ильгой свернули в боковой проход, — оттуда было быстрее добежать до складов. Протяжный вой, от которого, казалось, дрожали даже толстые стены форта.

— Общая тревога! Желтый код опасности! — донеслось из артефактных динамиков. — Общий сбор на площади.

Я обогнал двух молодых стражей, едва не снеся их плечом, и вылетел на открытую площадку перед складскими воротами. В грудь ударил жар. Настолько сильный, что мой лоб моментально покрылся испариной.

Склады пылали.

Ворота комплекса были охвачены сплошной стеной пламени, черно-красный дым вздымался к небу, где его подхватывал порывистый ветер. Слышались крики, топот, грохот падающих ящиков и лязг ведер. Где-то справа кто-то вопил от боли, и я только краем глаза заметил, как двое Белотканников вытаскивали обгоревшего раненого со сломанной ногой.

— Держитесь подальше от основного входа! — рявкнул я на пробегающих мимо рекрутов. — Там уже не пробьётесь. Обходите через боковые проёмы!

Ильга догнала меня и остановилась, глядя на пожар — изучала пламя и решала, что с ним делать. Её лицо в оранжевых отсветах казалось резким, почти злым. Я увидел, как на её руках зазмеились золотистые линии — так было всегда, когда Пламенники призывали свою стихию.

— Это второй склад, — сказала она хрипло. — Там половина сухих пайков и большая часть провианта, который мы привезли…

Я шагнул вперёд, чтобы лучше оценить масштаб возгорания. Люди сбегались со всех сторон, таскали бочки с водой, выстраивались цепочкой, передавая ведра из ближайшего колодца, что находился во дворе у старой башни наблюдателей. Кому-то уже хватило ума притащить ящики с магическими кристаллами подавления пламени — их передавали, будто куски хлеба, из рук в руки.

И руководство неожиданно принял… Хван.

Прежде я никогда не видел его таким собранным, но опасность словно открыла в нём другую личность. Сейчас этот коренастый паренек безошибочно руководил цепочками, направлял людей на тушение, пока не появилось руководство.

— Хван! — окликнул я.

Он возник справа, будто вынырнул из дыма. Глаза покраснели от едкой гари, голос хрипел.

— О, Ром. Отлично. Нужно отсечь распространение на соседние склады, — сказал он. — Если рухнет вон та балка, конструкция развалится, и пламя может перекинуться на соседние постройки. А там оборудование. И Ноктиум!

Он поискал глазами кого-то в толпе.

— Вы, двое! — он ткнул пальцем в ближайших стражей. — Тащите лом, снимайте там настилы у третьего склада до каменной кладки! Живо! Заливайте водой крышу!

Ильга активировала артефак на груди и обернулась к нам.

— Я смогу защитить первый склад, — хрипло сказала она. — Создам стену огня, которая не даст пожару распространиться. Огонь не перекинется на огонь, который можно контролировать…

Мы с Хваном одновременно кивнули.

— Давай, красотка, — сказал друг. — Только не сделай хуже, пожалуйста.

— Я поищу своих. Мы укротим эту стихию, обещаю.

Она исчезла в дыму.

Я сделал несколько шагов влево и наткнулся на кого-то, кто полусидел у стены. Молодой страж, совсем пацан — лицо в саже, мундир обгорел, глаза пустые. Он пытался встать, но ноги не слушались.

— Иди сюда, — сказал я спокойно и схватил его подмышки, а потом заметил нашивку Элуна и шеврон хозяйственной службы. — Ты что, оттуда вылез?

— Ага… Гриб, там пламя вспыхнуло в один момент! Я просто сортировал пайки, а оно… Ума не приложу, как могло загореться так быстро…

Я вытащил его на площадь перед складами, где уже суетились Белотканники. Две девушки в мантиях и масках тут же подхватили парня. Секунду спустя я вернулся назад.

Кто-то крикнул моё имя — это был Лайнер Керхт, главный хозяйственник, которого в форте все звали не иначе как Старый Лайнер. Худой, жилистый, с лицом, исчерченным глубокими морщинами. Хван как раз докладывал ему и показывал, как распределил работу.

Я подбежал к ним.

— Ром! — он махнул мне обугленной перчаткой. — Ты со своими Стражами берёшь западную линию! Воду — от колодца и северной цистерны! Нужно больше воды.

— Понял.

В дыму было сложно разобрать, где кто. Я увидел магов Пламенников, которые разделились на три группы и пытались перетянуть пламя на себя. Не так-то это и просто, как оказалось. Ильга с товарищем забрались на крышу первого склада и направляли стену огня так, чтобы она столкнулась с основным пламенем. Пока получалось, но я видел, что ребята старались из последних сил.

Прямо на площади артефакторы обоих кланов быстро заряжали Ноктиумом какие-то предметы, похожие на мешочки, а затем передавали их элунцам.