Алекс Громов – Советские анекдоты (страница 5)

Президент АН СССР Александров известен афористическим (и, возможно, анекдотическим) ответом на вопрос, как сделать советскую электронику лучшей в мире. «Надо Лаврентия откопать!» – изрек академик.

Один из классических типов анекдотов, связанных с именем Берии, – это сбор компромата на одного из приближенных к Сталину людей и предоставление вождю. Так, уже после окончания Великой Отечественной войны (вариант – в начале 50-х годов) Берия принес Сталину собранный материал на впавшего в немилость Ворошилова, демонстрирующий его враждебную антисоветскую деятельность. Сталин, посмотрев, недовольно заявил: «Скоро ты и на меня дело заведешь!». Ворошилова не тронули. Сам анекдот – отзвук трагических 30-х годов, когда к Сталину буквально «прорывались» с жалобами на необоснованные аресты старых проверенных революционеров и родственников. Если вождь по тем или иным причинам не хотел вмешиваться, то он «сваливал» все на органы госбезопасности и говорил, что ничего не может поделать. И, дескать, у них есть материал и на него.

Один из «популярных» анекдотов послевоенной страны был таким:

В Москве ожидают прибытия британских профсоюзных деятелей. Но, поскольку не хватает продуктов, перед магазинами стоят длинные очереди. Это зрелище не нравится Сталину, и он велел Маленкову с этим разобраться. Маленков попросил помощи у Берии.

– Будет сделано, – ответил Берия.

– Но как ты сможешь?

– Это уже мое дело, – ответил Лаврентий Павлович, блеснув стеклами пенсне.

На следующий день Маленков поехал по столичным улицам и поразился – все очереди как рукой смело. Но на окнах были приклеены какие-то объявления. Подойдя поближе, Маленков прочитал: «Здесь принимается дополнительная подписка на государственный заем».

Не обошлось и без воскрешения «товарища Берии» – ведь если существует множество анекдотов о воскрешении Сталина, то хоть в одном из них должно было найтись место и для Лаврентия Павловича. В данном случае известен и автор – в дневниках Корнея Чуковского (к трехлетней годовщине смерти Сталина) приводится шутка Эммануила Казакевича: «в „Правде“ печатается на третьей странице: „В Совете Министров СССР вчера в 12 часов 11 минут считавшийся умершим И.В. Сталин усилиями советских ученых ВОСКРЕШЕН и приступил к исполнению своих обязанностей. Вместе с ними воскрешен заместитель председателя Совета Министров Лаврентий Павлович Берия“. И никто не удивился бы».

Есть и ряд юбилейных анекдотов.

Когда справляли 70-летие Сталина, то его ближайшие соратники, Каганович, Берия, Хрущев и Маленков, отправились его поздравлять.

Каганович стал наставлять коллег:

– Я зайду первым и крикну: «Будь здоров, отец наш!». Как только вы услышите эти слова, то тоже заходите по очереди. Пусть Берия скажет: «И ваша жена!» Следом войдет Хрущев и провозгласит: «И ваши дети!» А затем войдет Маленков и скажет: «И вся ваша родня!»

Зашел Каганович в кабинет к Сталину, а у того сидел Микоян с овчаркой, которая бросилась на Кагановича и укусила его за ногу. Тот заорал на пса: «А чтоб ты сдох!»

А в коридоре слов было не разобрать, и соратники решили, что настала пора. Первым ввалился Берия и, как договаривались, заявил: «И ваша жена тоже!» Потом – Хрущев: «И ваши дети!» И затем Маленков: «И вся ваша родня!»

Во многих анекдотах, связанных со Сталиным, именно Берии соратники поручали идти в трудный момент к вождю. Так, в зале заседаний Политбюро, из которого был выход в кабинет Сталина, из-за закрытой двери раздавались гневные крики «вождя и учителя»: «Ышак! Тыран! Ныдаука! Прыступнык! Убыйца!» Испуганные члены Политбюро, боявшиеся войти к разгневанному Сталину, отправили на разведку Берию, чтобы узнать, кого так вождь разносит.

Вошедший на цыпочках в сталинский кабинет Берия увидел вождя, стоящего перед своим портретом и размахивающего кулаками. Берия робко спросил: «Иосиф Виссарионович, что случилось?» Сталин отмахнулся от Лаврентия: «Ны мышай! Выдыш, я самокрытыкой занымаюс!»

Берия докладывает Сталину, что органами госбезопасности задержан человек, как две капли воды похожий на Сталина, и спрашивает, как с ним быть. Враги могут использовать в своих целях. Сталин отвечает:

– Расстрелять!

– А может быть, усы сбрить?

– Можно и так. И расстрелять!

Сталин и Берия идут по Кремлю. Вдруг Сталин обращается к охраннику, стоявшему возле двери:

– Товарищ Иванов?!

– Ошиблись, товарищ Сталин, моя фамилия – Петров.

– Долго жить будете, товарищ Иванов… Товарищ Берия, товарища Петрова – расстрелять.

Отдельные анекдоты о Сталине и Берии неуловимо напоминают старинные истории а-ля «Тысяча и одна ночь» с халифом Аль-Рашидом и его верным визирем, «почти инкогнито» шествующими по Багдаду. И тут в качестве халифа – Сталин, а визиря – Берия. Есть в анекдотах и почти «чудесные» истории того, как Сталин и Берия внезапно посещали старых и уже позабытых прежних товарищей вождя.

Сталин с Берией подъезжают к столице и видят в пригороде недавно построенный роскошный особняк.

«Это чей, Лаврентий?»

«Ответственного партийного работника…»

«А я думал, что детский сад», – ответил вождь.

И на следующий день особняк действительно стал детским садом.

Этот анекдот по сюжету – один из старейших русских анекдотов, первые его варианты относятся ко времени Петра I и подчеркивают скромность великого царя, одновременно служа и назиданием для последующих поколений нуворишей. Сталин, который интересовался личностью Петра и подчеркивал необходимость использования прогрессивного царя в пропаганде (что и отобразил чуткий Алексей Толстой), видимо, был не против проведения параллелей между собой и Петром I.

И к тому же этот анекдот об особняке тоже имеет историческую основу – 3 февраля 1938 года состоялось заседание Политбюро, тема которого была «О дачах ответственных работников». В тексте (под грифом «Совершенно секретно») был и следующий пункт: «Дачи, превышающие 7–8 комнат, передать в распоряжение Совнаркома СССР для использования в качестве домов отдыха…»

В анекдотах, связанных с искусством, Берия, исполняя волю Сталина, не слишком церемонится с деятелями культуры.

В 1937 году в Большом театре проходит балет «Лебединое озеро», в числе зрителей Сталин.

Тут Сталину приспичило и он встает, Берия орет – «Пауза!!!»

После выступления одна балерина жалуется другой – я, говорит, 10 минут простояла, согнувшись, – чуть не свалилась – на что ей другая отвечает: это что – я 10 минут в воздухе зависала…

Товарищ Сталин был большой любитель кино. И лично смотрел каждый новый фильм, перед тем как пустить его в прокат. Однажды ему показывают новую картину про то, как на одной из советских строек орудовал шпион-диверсант…

Сталин посмотрел кино и говорит: «С точки зрения идеологии фильм не выдерживает критики… поэтому надо расстрелять режиссера, сценариста, всех актеров, занятых в съемке, всю массовку и весь киноперсонал…»

Главный режиссер с бледным как простыня лицом: «Товарищ Сталин, может быть, внести изменения в сценарий?.. Допустим, шпион проникается духом советских рабочих, перевоспитывается и становится передовиком?..»

Сталин подумал, затянулся трубкой и говорит: «Ну или так…»

Часто Берия выступал в качестве комментатора – разъяснителя скрытого подтекста «мудрых» фраз Сталина.

После правительственного просмотра фильма «Незабываемый 1919-й» все ждали, что скажет Сталин. Но он молчал. И лишь выходя из зала, изрек:

– Слишком много света! – И всё.

Создатели фильма обратились к Берии, чтобы он разъяснил значение этих слов.

– Двух солнц не бывает! – истолковал Лаврентий Павлович. В фильме было много Ленина и Сталина, и Ленина пришлось подрезать. Хотя, скорей всего, Сталин имел в виду другое: парадность, отрыв от реального…

Как-то раз Берия говорит Сталину:

– Слушай, Сталин, давай в Москве назовем улицу именем Чайковского.

Сталин:

– Есть такая улыца – Нэ-Глынка.

Пригласил Сталин Алексея Максимовича Горького к себе в Кремль и говорит:

– Мне понравился ваш роман «Мать». Прекрасная вещь! Не кажется ли вам, что пришла пора написать роман «Отец»? Прообразом главного героя согласен быть я.

– Не знаю, Иосиф Виссарионович, смогу ли я выполнить такое ответственное поручение. Болезни, возраст, да и работа над «Климом Самгиным» застопорилась.

– А вы попытайтесь, попытайтесь. Попытка – не пытка, правда, товарищ Берия?

В реальности Сталин не проявлял открытого желания быть восхваляемым. Часто даже наоборот.

Берия докладывает Сталину:

– В Корее враг отброшен на пятьдесят километров, в Запорожстали задута домна, колхозники Ставрополья собрали хороший урожай, поэт Леонидзе, автор поэм «Детство вождя» и «Отрочество вождя», приступил к написанию новой поэмы «Юность вождя».

– Как у поэта Леонидзе с квартирой?

– По нашим сведениям, у него большая квартира в Тбилиси, дача в Сухуми, дача в Гаграх, домик в Боржоми…

– А как у него с орденами?

– Как нам известно, недавно получил орден Ленина.

– А как с премиями?

– Лауреат Сталинской премии всех степеней.

– Так чего же ему еще от меня надо?

Идет концерт симфонического оркестра. Лаврентий Берия сидит в зале в почетном первом ряду и наблюдает. После концерта он подходит к дирижеру и заявляет: «У вас все артисты трудились самоотверженно, но вот тот, что с бубном, – стукнет разок и продолжает сачковать». «Понимаете, Лаврентий Павлович, так быть должно. Работа у него такая – он выполняет все по нотам». «Нет, не так, – возразил Берия, – стучать надо чаще. Понятно?»