Алекс Громов – Подводный флот Гитлера (страница 26)

Чаще всего гидроакустические станции использовались для первоначального обнаружения подводных целей и занятия выгодной позиции для атаки. Еще в начале войны имел место случай подводного маневрирования английской лодки «Спирфиш» и немецкой субмарины, которые в течение шести часов только по данным гидроакустики пытались таранить или атаковать друг друга торпедами. Такой возможности не представилось, и лодки разошлись.

12 апреля 1945 г. на подходах к Бергену английская лодка «Тэпир», обнаружив шум винтов, предположила, что это немецкая субмарина, идущая в подводном положении. По изменению акустических пеленгов было определено направление движения немцев к берегу. Правильно оценив обстановку, командир «Тэпира» занял выгодную для атаки позицию у самого входа во фьорд в расчете на всплытие вражеского корабля в надводное положение в районе с малыми глубинами. Расчет командира оправдался. Всплывшая немецкая лодка U-486 обер-лейтенанта Герхарда Мейера была успешно атакована на подходах к своей базе. Так «Тэпир» отомстил немецкой лодке за потопление в декабре 1944 г. в Ла-Манше американского парохода «Леопольдвилл». Тогда погибли 763 американских солдата из 66-й пехотной дивизии.

В декабре 1943 г. французскую лодку «Орфей», патрулировавшую у южного побережья оккупированной немцами Франции, преследовали две германские субмарины. В течение нескольких часов подводные лодки маневрировали на глубине, следя друг за другом только с помощью гидроакустических пеленгов. Но поскольку для стрельбы обычными торпедами не было благоприятных условий, встреча осталась безрезультатной.

Как и в Первую мировую войну, для потопления подводной лодки было достаточно одного попадания торпеды. Их экономии, особенно в английском флоте, не придавали особого значения. Из всех торпед, выпущенных за время Второй мировой войны британскими подводными лодками, только 20 процентов достигли цели.

Помимо торпед иногда подводные лодки для уничтожения субмарин противника там, где позволяла тактическая обстановка, использовали артиллерию и мины. За время войны подорвалась на минах и затонула только одна подводная лодка. Это произошло на Балтике в районе острова Борнхольм в марте 1943 г., где на мины, выставленные советской подводной лодкой Л-3 «Фрунзенец» капитан-лейтенанта В.К. Коновалова, наскочила немецкая субмарина U-416 обер-лейтенанта Эберхарда Ригера. Количество погибших точно не известно.

И все же открытых столкновений субмарин противников во Второй мировой войне было немного.

Герберт Вернер («Стальные гробы рейха») вспоминал: «После многочасового сидения на ограждении мостика и наблюдения за горизонтом я спустился вниз и занялся бутербродом, приправленным прогорклым маслом и зеленой плесенью. Чтобы скрасить неказистую пищу, я покрыл хлеб толстым слоем клубничного джема и запил свой нехитрый ужин крепким кофе. Однако в 18.15 моя трапеза оборвалась,

С мостика донесся крик, заставивший застыть кровь в жилах:

– Полный вперед, право руля! Торпеды по правому борту!

Я помчался через центральный пост в рубку. Взобравшись на мостик под шум заработавших дизелей, я заметил три искрящихся следа на морской поверхности, мчавшихся к нам с неумолимой точностью. Мы были парализованы ужасным зрелищем приближавшейся смерти. В эти роковые секунды я приготовился к встрече с вечностью. Еще миг – и пенистые стрелы ударят в борт лодки… Вот-вот…

Однако взрыва не последовало, не раздалось даже удара стали о сталь. Нас всех переполнило радостное возбуждение от неожиданного спасения. Когда мы повернулись к левому борту, то обнаружили по едва заметным следам торпед, что две из них проскользнули под килем лодки, а третья прошла мимо кормового гребного винта. Мы полной грудью вдохнули, еще не уверенные в том, что остались живы, затем наши сердца забились снова.

U-557 мучительно медленно развернулась правым бортом и получила наконец возможность ускорить ход. Впереди нас шла подлодка противника, с которой и были пущены торпеды. Она выглядела едва различимым пятном на бескрайней поверхности моря. Мы достигли этого места в течение нескольких секунд. Паульсен, взобравшийся на мостик через несколько мгновений после того, как нас миновала смерть, прокричал уверенным голосом:

– Приготовиться к бою, очистить мостик!

Наша команда с азартом готовилась к дуэли с вражеской субмариной. Взвизгнула сирена тревоги, и U-557 погрузилась вслед за противником в темную глубину моря… Противник стремился оторваться от нас. Мы преследовали его, но без результата. Субмарина противника имела большую скорость.

…В переговорной трубе прозвучал голос акустика:

– Противник продувает балласт.

Паульсен мгновенно откликнулся:

– Всплытие – продуть балласт при одновременной работе дизелей на полных оборотах!

Мгновения спустя лодка освободилась из водяного плена, и мы ринулись на мостик с биноклями наготове. Субмарина находилась от наших торпедных аппаратов не более чем в восьми километрах. Под команду «Увеличить скорость втрое!» мы начали ее преследовать. Дымящие дизели субмарины свидетельствовали о том, что она на полном ходу стремится избежать нашей контратаки. Противник стал выполнять зигзагообразные движения. Беспорядочные зигзаги субмарины позволили нам рассмотреть ее надстройку и определить тип по международному морскому каталогу. Паульсен и Керн считали, что это была британская «Темза».

Мы поняли, что субмарина превосходит нашу лодку в размерах и скорости. Поскольку преследовать ее было бесполезно, мы изменили курс и проводили противника, глядя на него в бинокли, пока он не скрылся за горизонтом в направлении Бостона».

Подлодка U-639, спущенная на воду 22 июля 1942 г., и плававшая под командованием обер-лейтенанта Вальтера Вихмана, имеет все шансы быть отнесенной к разряду неудачливых. Она четырежды выходила в боевой рейд, но безрезультатно. Наконец, эта лодка была направлена в Баренцево и Карское море в рамках операции «Вундерланд» – целью которой было нарушение советских морских коммуникаций в Арктике.

Но в то же самое время туда же была направлена советская подлодка С-101. На ней только что сменился командир – прежний, капитан 3-го ранга П.И. Егоров, ушел на повышение, стал командовать 5-м дивизионом ПЛ СФ, а его место на лодке занял капитан-лейтенант Е.Н. Трофимов. В первый боевой поход с новым командиром вышел и прежний. 7 августа 1943 г. лодка вышла к мысу Желания. 28 августа шумопеленгатор С-101 зафиксировал присутствие немецкой подлодки – это и была U-639. Вскоре ее увидели – лодка шла в надводном положении.

Атакой руководил Егоров. В немецкую лодку попало три торпеды, и она затонула со всем экипажем. Среди обломков, плававших на поверхности воды, советские моряки подобрали неповрежденную сигнальную книгу.

Черноморские столкновения

Бывали и такие эпизоды, которые, имея все шансы стать трагическими, приобретали благодаря случайному стечению обстоятельств комический оттенок. Подобный момент описывает в своей книге «Записки подводника» Ярослав Иоселиани, командир подводной лодки «Малютка», действовавшей в акватории Черного моря: «День выдался пасмурный и с плохой видимостью. Я решил всплыть и идти для скорости в надводном положении. Около десяти часов сигнальщик обнаружил идущую контркурсом подводную лодку, однотипную «Малютке». Я вышел на мостик и взялся за бинокль. Судя по всему, это была лодка, которой командовал мой добрый приятель – капитан-лейтенант Прокофьев. Меня смущало только одно: почему меня не предупредили по радио о выходе Прокофьева в море?

Подводные лодки шли друг другу навстречу, и по мере их сближения и я, и все находившиеся на мостике «Малютки» приходили к единодушному выводу: быстро идущий на нас корабль может быть только хорошо знакомой лодкой Прокофьева.

Когда лодки сблизились настолько, что могли быть различимы сигнальные флажки, я приказал приготовить сигнал: «Желаем счастливого плавания!»

Цветные флажки готовы были взвиться на небольшой нашей мачте, когда встречная подлодка начала погружаться, и сигнальщик различил на ее мостике флаг со столь ненавистной свастикой. Оказалось, что это немец, возвращающийся с боевой позиции у наших берегов.

Не раздумывая, я приказал начать срочное погружение «Малютки».

Уйдя под воду, обе подводные лодки резко изменили курс и начали поспешно уходить друг от друга. Моим поведением руководило то простое обстоятельство, что «Малютка» не имела в запасе ни одной торпеды. Возможно, что и фашистская лодка была в таком же положении.

Находившийся рядом со мной Каркоцкий не удержался, чтоб не сострить:

– А ведь надо было, товарищ капитан-лейтенант, спросить у фашистов, с чем они возвращаются домой? Зря не спросили!

Изрядно отойдя от вражеской лодки, «Малютка» всплыла и, переменив курс, снова понеслась на восток».

Немецкие лодки в Индийском океане

Впервые действия германских подлодок в Азии стали обсуждаться представителями Третьего рейха и Японии в последние два месяца 1939 г. В середине января 1942 г. между Японией, Германией и Италией было достигнуто (с примечаниями – «боевые действия в Индийском океане могут вестись – если потребует ситуация – и вне согласованной границы») соглашение о разделе азиатских сфер влияния.