Алекс Грин – Царь Давид (страница 53)
— Делай всё, что задумал, потому что Бог с тобой, — ответил Нафан.
На следующий день Нафан пришел после обеда и царь пригласил его отдохнуть в прохладе, в то время как он писал очередной псалом.
— Было слово Господне ко мне: «Пойди к моему служителю Давиду и скажи ему: Так говорит Господь: Тебе ли строить для меня дом? С того дня, как я вывел Израиль из Египта, и до этого дня я не жил в доме, я всегда жил в шатре и в шатре переходил с места на место. Разве в то время, когда я ходил с израильтянами, я говорил кому-нибудь из глав племён Израиля, которым поручал пасти мой народ: Почему вы не построили мне дом из кедра? Скажи моему служителю Давиду: Так говорит Господь, Бог воинств: Я взял тебя с пастбища, где ты пас овец, и поставил вождём моего народа, Израиля. И я буду с тобой, куда бы ты ни пошёл, истреблю перед тобой всех врагов и сделаю твоё имя таким же известным, как имя великих людей на земле. Я дам место своему народу, Израилю, и поселю его там. Он будет жить там, и никто не потревожит его. Злодеи больше не будут притеснять его, как прежде, как в то время, когда я давал судей своему народу, Израилю. Я дам тебе покой и избавлю от всех врагов.
Господь сказал тебе, что Бог сделает твой род царским. Когда завершатся твои дни и тебя похоронят с предками, я поставлю после тебя твоего потомка, твоего сына, и упрочу его царство. Он построит дом для моего имени, и я навечно упрочу его царскую власть. Я стану ему отцом, а он мне сыном. Если он будет делать зло, я буду учить его розгой, накажу ударами, как наказывают люди. И я не лишу его своей преданной любви, как лишил Сау́ла, которого отверг ради тебя. Твой дом и твоё царство всегда будут непоколебимы, и твоя царская власть утвердится навеки».
Мгновение Давид молчал.
— Скажи мне, Нафан, — спросил он, наконец, — кто я для Бога, который поднял меня столь высоко?
— Спрашивает ли камень, почему он заложен в здание? Вспомни себя, Давид, разве ты тот же, кто пас свои стада? Ты человек, избранный Богом для осуществления его воли.
— Что случится теперь?
— Случится только хорошее, если ты останешься служителем Бога. Но ничто не будет легко. Будут другие трудности. Ты молод, ты царь, отныне мы сильны, и мы окружены завистливыми соседями.
— Почему тогда мы?.. — спросил Давид, наклоняясь, чтобы положить руку на плечо Нафана. — Почему мы одни?
— А почему бы не мы? — ответил Нафан, улыбаясь. — Нас избрал Господь и мы, единственные кто исполняет волю Бога.
Тогда царь Давид пошёл в шатер к ковчегу, сел перед входом в комнату, где стоял ковчег, куда мог входить только первосвященник и сказал:
— Всевышний Господь, кто я такой и что такое мой род, что ты столько сделал для меня? Но и этого тебе показалось мало, ты, Всевышний Господь, ещё говоришь об отдалённом будущем рода твоего слуги. И этого, Всевышний Господь, никто не изменит. Что ещё я могу сказать тебе? Ты, Всевышний Господь, хорошо знаешь твоего слугу. Ради своего слова и в согласии со своей волей ты совершил всё это и открыл твоему слуге. Ведь только ты, Всевышний Господь, обладаешь могуществом! Нет, подобного тебе и нет Бога, кроме тебя. Всё, что мы слышали, убеждает нас в этом. И какой народ на земле сравнится с твоим народом, Израилем? Ты выкупил его и сделал своим народом, прославил своё имя, совершив ради этого народа великие и внушающие благоговение дела. Ты прогнал народы и их богов ради своего народа, который ты выкупил и вывел из Египта. Ты сделал Израиль своим народом навеки, и ты, Господь, стал его Богом.
И теперь, Бог, исполни слово, которое ты сказал о твоём слуге и его доме, и пусть оно останется неизменным. Сделай всё так, как ты обещал. Пусть твоё имя прославляется вечно, чтобы говорили: «Господь, Бог воинств, — Бог Израиля», и пусть дом твоего слуги Давида упрочится перед тобой. Ты, Господь, Бог воинств, Бог Израиля, сказал твоему слуге: «Я сделаю твой род царским», поэтому твой слуга осмелился молиться об этом. Всевышний Господь, ты истинный Бог, твои слова правдивы, и ты обещал столько доброго твоему слуге. Пусть тебе будет приятно благословлять дом твоего слуги, чтобы мой род оставался перед тобой вечно. Ведь ты, Всевышний Господь, дал обещание, и пусть мой род вечно процветает благодаря твоему благословению.
Девятнадцатая глава
Осажденый Гезер
Вокруг города Гезера шли работы. Царь Акан распорядился поставить несколько лагерей и рыть ямы, возводя валы и изгородь. Это должно было помешать вылазке пелетеев. Филистимлянин отошел в сторону, наблюдая за работой. Это был Хушай шпион Давида на службе у царя Хадада.
Во время сражения ему повезло. Шлем спас его голову и потому очнувшись к вечеру, он увидел жрецов собирающих тела и решил прикинуться филистимлянином. За несколько дней он не только набрался сил, но и по ночам слушал разговоры царя и его советников.
С наступлением ночи Хушай тихо прошел заставы и добрался до городской стены. Здесь был тайный лаз приготовленный для таких ситуаций и вскоре Хушай был в городе. Сисара жил в городе в доме какого-то сановника. Дом охраняли проверенные в боях керетеи. Но, тем не менее, вышедший из тени Хушай был полной неожиданностью.
Сисара всегда не много побаивался своего верного слугу но взяв себя в руки он сказал:
— У тебя редкий талант выживать и быть незаметным. Я рад что ты выжил. Пойдем в дом, расскажешь, как все было.
Хушай сидел у очага и пил вино.
— Мой господин простите, что не уберег ваших людей, — произнес он раскаяно, — Мы уже почти побеждали, когда я получил удар по голове. Шлем спас меня, но мои люди оказались без руководства и дали себя окружить.
— Все ясно, — тихо произнес Сисара, — Жаль я не пошел с вами. Но зная тебя, я уверен, что ты не просто так не возвращался. Ты что-нибудь узнал, пока был там.
— Да мой господин. Сил собрали против нас много. Сто пятьдесят тысяч человек как минимум. Треть войска держат рядом с царским лагерем. А остальные расположены в пяти лагерях вокруг города.
Сисара обдумал создавшееся положение. Царь все выжидал что боги как всегда на его стороне но не в этот раз. Надо было уходить, а теперь они заперты и нет им помощи.
На совете царь велел не сдавать город и биться до конца. Многие военачальники были этим недовольны особенно союзники керетеи. Тем временем филистимляне пошли на штурм. Лучники начали вести обстрел стен, выманивая пелетеев на вылазку. Но Хадад видел колесницы царя и хорошо понимал, сколько он потеряет людей. Поэтому выжидали до вечера.
Затем из дальних ворот выехали колесницы, всадники и вышли копейщики. Лучники разбежались и колесницы столкнулись в ожесточенном сражении. Всадники керетеи гораздо лучше управляли лошадьми, что давало им преимущество. Колесницы перемешались, стрелы свистели со всех сторон.
Когда из лагеря подоспела подмога, Пелетеи отступили к воротам и успели скрыться. Колесницы филистимлян остановились. Всадники и копейщики подошли ближе к стенам и в них со стены полетели стрелы. Они отступили в свой лагерь.
Через несколько дней из Тира прибыла в лагерь страшное изобретение финикийцев Баллиста для метания больших камней в стены города. После этого царь Хадад решил дать большое сражение. Бились до позднего вечера и под прикрытием темноты отступили в Гезер. Военачальник Шешай не вернулся из этого сражения, и это было большой трагедией.
Но это сражение не было безумным. Пока филистимляне бились с пелетеями, горожане выкопали ров и заполнили его сточными водами. Теперь баллисту близко к стене города подвезти было невозможно.
Филистимляне были уверены, что пелетеи не выберутся больше за стены и скоро начнут умирать от голода. Но они недооценили своих противников. Через несколько дней большой отряд выбрался через северные ворота и, уйдя далеко от города, вернулись на юг в то место, которое Хушай указал как место обозов.
Свет от костров был виден в темноте хорошо. Стояли груженые возы, шатры. Скота не было. Надо полагать, их отвели пастись в другое место. Керетеи бесшумными тенями скользили в темноте. Несколько минут — и кольцо замкнулось. И тогда в шум ветра вплелся леденящий душу пронзительные щелчки тетивы…
Дело закончилось тоже быстро. Обозников было больше, чем керетеев, но мало кто из них успел даже схватиться за оружие. Спастись удалось немногим. Обозы провели тем же путем, и лишь на северной стороне им пришлось вновь устроить сражение, чтобы провести обозы за ворота.
Царь Акан был в бешенстве и готов был устроить показательную казнь, но побоялся потерять слуг. Он дал распоряжение усилить надзор со всех сторон, чтобы пресечь любое передвижение. Акан раздражался еще и от того что слишком долго сидел под стенами города не получая результата. С приходом холодов ему придется уходить, поскольку просто не хватит пропитания для такого воинства.
Страшное изобретение финикийцев оказалось очень эффективным. Баллиста метала камни по воротам, и грохот стоял такой, что был слышен в доме Хадада. За два месяца припасы сильно истощились и даже военные сидели на жестком пайке. Сисара пришел на очередной Совет к царю.
Теперь о вылазке никто не говорил. Филистимляне усилили надзор за стенами города. Но царь все же решился на вылазку.
— Эту машину надо уничтожить, — говорил он, — Сжечь. Завтра мои лучшие воины пойдут в этот набег. Ранним утром после трапезы чтобы успеть до полуденного зноя.