Алекс Грин – Царь Давид (страница 30)
Прошел семидневный пост, после того как тела принесли в Явеш, их сожгли и похоронили под Тамариском. Наарай вечером пошел с Урией прогуляться за городом. Они сидели на холме, и пили вино.
— А погони так и не было, — сказал Наарай.
— Они просто не знали, кто это и подумали, что новый царь Иш-Бошет послал своих лучших воинов выкрасть тела.
— Расскажи как погиб Саул.
— Мы стояли на этой горе, а они атаковали нас большими отрядами. Я думал, что Давид там будет, но по разговорам пленивших меня узнал, что его прогнали. Они прорвались на гору, и Саул попал в окружение.
— Значит, Давида там не было, — многозначительно протянул Наарай, — А где он сейчас не знаешь?
— Эти говорили, что его нигде нет, а город Циклаг сожжен и разграблен.
Урия и Наарай по возвращении застали у себя Игала. Тот был очень возбужден.
— Прибыли послы из Иудеи и передали нам большие дары и благодарность за спасения тела царя.
— Почему из Иудеи, — не понял Наарай?
— Давид помазан в цари в Хевроне.
— А Иш-Бошет ничего не прислал, — тихо произнес Урия.
Наарай решительно пошел собирать вещи.
— Ты как хочешь, а я пойду к Давиду.
Урия колебался недолго и произнес:
— Я с тобой Наарай.
Первая глава
Два царя
Маханаим славный город, столица Израильского царства, был в этот день переполнен. На помосте стоял Иш-Бошет с приближенными. В первых рядах на площади стояли приглашенные гости, послы и знатные лица. Был здесь и Беная.
Один из священников помазал на царство последнего сына Саула. И затем глашатаи объявили:
— Воцарился царь Иш-Бошет, сын Саула сына Киша. Отныне владением его земель будут Галаад, Изреель, Эфраим, Вениамин и весь Израиль.
Царь произнес речь об узурпаторах захвативших Хеврон и что он истинный царь скоро прогонит этого трусливого пса Давида обратно в пустыню, где ему самое место.
Беная вошел в комнату, где отдыхал Иодай, его отец. Иодай возглавлял священников Аарона и был одним из сильнейших князей. Он подержал Давида в Хевроне и теперь приехал в Маханаим в поисках мира. Он лежал на софе с задумчивым видом. Увидев Бенаю, он устало произнес:
— А сын. Проходи, садись. Ну как тебе ситуация?
Беная задумчиво окинул взглядом комнату. Что он мог сказать. Иодай и сам все хорошо понял.
— Я думаю что здесь и так все понятно. Мир нам не видать. А теперь у царя в руках все ресурсы Израиля. Какое-то время он потратит на полное подчинение всех племен, а затем обратит всю мощь на нас.
— Да ты все верно подметил. Есть еще шанс на мирное соглашение. Я вечером иду на прием к царю. Там будет пиршество по случаю помазания. Но боюсь, что это обернется простым ультиматумом.
— Мне сопроводить тебя отец, — спросил Беная?
— Нет. Ни стоит. Я возьму несколько воинов для охраны, а если что случится. То лучше тебе быть на свободе.
В Хевроне между тем Давид держал совет, со своими людьми решая как реагировать на помазание Иш-Бошета.
— Не мирись с этим, — сказал Иоав. — Сейчас Авнер начнет укреплять власть над всем Израилем. Когда он это сделает он придет сюда и справиться с ним будет тяжело.
— Как произошло, — говорил Эзер, — что Авнер выжил в бойне в горах Гелбоа? А сам Иш-Бошет, где он находился в момент сражения? Почему он не возвратился в строй, лишенный отца и своих трех братьев, когда филистимляне прибили их гвоздями к стенам Бет-Шеана? Сорокалетний Иш-Бошет бежал, как ребенок, даже не попытавшись отомстить за братьев.
Давид слушал своих советников и пока ничего не говорил. Он не был в той битве и не смог защитить Саула, поскольку стал врагом дома Саула. Но он не желал продолжения вражды. Его люди стремились развязать войну со своими братьями ради своих личных амбиций. Ему было противно, что он своими руками уничтожал дом Саула.
— Помнишь Циклаг и вечер перед отъездом? Ты говорил, что дом Саула отрешен от власти, а значит, подлежит уничтожению? Так за что мы сражаемся? — восклицал удивленный Авишай. — Значит, мы напрасно пересекли пустыню? А воля Господа, изреченная через Самуила тоже ничто для тебя? Появился тот, в чьих жилах течет кровь Саула и ты не готов сразиться с ним?
Авишай был очень возмущен. Давид не хотел трогать Ионафана и все понимали, что значило он для Давида. Но не желание убить Саула в пещере или когда он спал в лагере, никто не понимал. Если царь твой враг и он в твоей власти, то один решительный удар и все кончено. Теперь все повторялось с Авнером и возмущение его людей росло.
Давид понимал, что бездействие приведет к тому, что его сторонники покинут его. Старейшины постоянно говорили об опасности от Авнера и Иш-Бошета. К тому же Авишай напоминал о воле Господа сказанную Самуилом о падении дома Саула. Возрождающийся дом Саула был опасен, и необходимо было выполнить волю Господа. Но Авнера пока поддерживали лишь племена на восточном берегу Иордана. А остальные ждали развязки, поскольку необходимо было очистить Изреельскую долину от филистимлян.
— Мы сразимся с Авнером, — решил, наконец, Давид, — Но подождем, что он предпримет против нас, и выступим на него.
Авнер пытался поднять Израиль и потому появился в Вениамине и начал там укреплять крепости. Небольшие отряды постоянно сталкивались, и все шло к большому сражению.
Когда разведчики донесли о подходе больших сил к Гаваону, Иоав поднял своих людей и направился на встречу Авнеру. Они встретились у пруда близ Гаваона и воины начали криками оскорблять друг друга.
Авне́р сказал Иоа́ву:
— Пусть юноши выйдут и померятся силами перед нами.
Иоа́в ответил:
— Пусть выйдут.
Вышло 12 человек со стороны вениамитя́н и Иш-Боше́та, сына Сау́ла, и 12 человек из людей Давида. Они схватили друг друга за голову, каждый вонзил меч в бок противнику, и все погибли.
Однако бесполезность этих смертей разожгла гнев людей Иоава. Схватка подходила к концу, когда они ринулись на воинов Авнера. Сильный натиск опытных воинов принес быструю победу и израильтяне побежали.
Асаи́л побежал за Авне́ром и преследовал его по пятам. Авне́р оглянулся и спросил:
— Асаи́л, это ты?
Тот ответил: «Я».
Авне́р сказал ему:
— Поверни направо или налево, поймай кого-нибудь из юношей и возьми себе всё, что снимешь с него.
Но Асаи́л не захотел отстать от него.
Авне́р опять сказал Асаи́лу:
— Не гонись за мной. Зачем мне убивать тебя? Как я тогда посмотрю в глаза твоему брату Иоа́ву?
Но тот продолжал преследовать его. Тогда Авне́р ударил его в живот тупым концом копья, и копьё прошло насквозь. Асаи́л упал и тут же умер. И каждый, поравнявшись с местом, где лежал мёртвый Асаи́л, останавливался.
Иоа́в и Авиша́й погнались за Авне́ром. Когда солнце уже заходило, они подошли к холму А́мма, что напротив Гиа́ха, на пути к пустыне Гавао́на. Вениамитя́не собрались вокруг Авне́ра в один отряд и стали на вершине холма.
Авне́р крикнул Иоа́ву:
— Неужели наши мечи никогда не насытятся кровью? Разве ты не знаешь, что конец будет горьким? Когда же ты прикажешь своим людям перестать преследовать своих братьев?
Иоа́в ответил:
— Клянусь живым истинным Богом, если бы ты не сказал этого, люди преследовали бы своих братьев до утра.
Авнер убил его брата; Иоав не собирался забывать об этом. Но так как он запросил пощады, Иоав протрубил в рог. Сражение и преследование остановилось, Авнер и вениамитяне поспешно убрались с другого склона холма, переправились через Иордан и отправились в Маханаим. Иоав сосчитал погибших: кроме брата, он потерял девятнадцать человек, убив триста шестьдесят людей Авнера.
Это не вернуло жизни Асаила. Иоав приказал отряду отвезти останки брата и похоронить в Вифлееме. Там женщины обмыли тело и похоронили юношу в городе его предков. Была ночь. Иоав вернулся на заре в Хеврон, полный боли и ярости.
Победа была за Давидом, но она ничего не определяла, ничего не давала. Лишь увеличивала пролитую кровь, которой с каждым сражением становилось больше.
Вторая глава Война за Нагорье
— Я много видел войн, поскольку с юных лет состоял на службе царя Саула, — говорил Давид, — Но такого я не видел никогда. Устроить эти игрища и потерять лучших бойцов. А потом напасть толпой и потерять еще семь человек. И знаешь, что вас спасло мои родичи? Вас спасло то, что против вас выступили новобранцы из Вениамина. Вы победили но Израиль остался за Авнером. Все теперь все походы я буду проводить сам.
Иоав и Авишай вышли вместе с другими командующими.
Иоава прорвало.