Алекс Голд – Тринадцать эльфиек для ДРАКОНА 4 (страница 43)

— Бли-и-ин... — вздохнув, провел ладонью по лицу и покачал головой. Как же он бесит! — Сука, я же уже признался в том, что отправил твоего брата на суд к Всевышним, чего еще тебе от меня надо?!

— Ты его сожрал?! — вперив в меня полубезумный взгляд, Ирис упрямо поджал губы. Да что ты будешь делать... Он теперь с этим меня будет доставать?!

— Лорик, дай-ка мне свой посох, — с напускным спокойствием проговорил я и протянул руку к эльфийке, ожидая, когда она передаст мне свое оружие.

— Зачем? — настороженно уточнила пепельная блондинка, прижимая деревяшку с драгоценным камнем к своей пышной груди.

— Я затолкаю его в жопу этому упырю! — прорычал я, многообещающе посмотрев на бесячего ветродуя.

— Не-е-ет, не да-а-ам! — взволновано протянула Глориоза и, отвернувшись от меня, крепче прижала посох к себе, словно опасалась, что я отберу его силой. — Он же потом грязный будет, — тихо всхлипнула она, бросив на меня жалобный взгляд.

У меня аж скула нервно дернулась... Ее только это заботило?! Я думал, она этого дебила остроухого пожалела! Заметив, как Ириска злорадно оскалился, я перевел на него хмурый взгляд, давая понять, что отказ бывшей хранительницы не спасет его тощий зад от расправы.

— Хватит лясы точить, — неожиданно напомнил о себе Пряник, призывая свою внушительную секиру. — Пора уже спустить чешую с этого наглого ящера, — он деловито хмыкнул, поигрывая грудными мышцами. Ну надо же, а раньше он любил потрепаться. В прошлый раз именно это его и сгубило...

— Согласен с Рододендроном, — пискляво поддержал его ледяной гигант.

Ох, а я и забыл, насколько противно звучит его голос... Стоп, этого подгорного булыжника зовут Рододе...эм...блин...язык свернуть можно. Даже, если бы расслышал его имя тогда, на подгорной арене, все равно бы не запомнил. Мало того, что Боги умом обделили, так еще и родители удружили с именем... Ну, зато он сильный! Интересно, а как Снежка зовут? Тоже, небось, без стакана коньяка не выговоришь? Может, спросить? Чисто из любопытства...

— Спокойно, Нивяник, — степняк поднял руку в останавливающем жесте. Нивяник? Хы-хы-хы... — Он должен осознать всю глубину своей ничтожности и убогости. Я хочу, чтобы он рыдал, ползая перед нами на коленях и моля о пощаде!

— Я тебе барышня что ли, чтобы рыдать? — деловито фыркнул, бросив на Ириса взгляд полный презрения. — Да и, по-моему, молить о пощаде, это по твоей части.

— Ах ты ж мерзопакостная чешуйчатая срань, — подобно ядовитому аспиду прошипел хренопузик, сжимая кулаки и явно борясь с желанием потыкать в меня копьем. Ну да, все же не может быть так просто. Я должен помучиться! Дурик остроухий...

— Слышь, Наивняк... — обратился я к ледяному гиганту.

— Нивяник! — резанув по моим бедным ушкам противным фальцетом, тут же поправил меня снежный эльф.

— А, да, точно, — я примирительно поднял руки и продолжил. — Я понимаю этих двоих утырков — одному я в бубен настучал, над другим мои девчата вдоволь потешились, но ты-то как в их компанию затесался? — искренне недоумевая, сложил руки на груди и покачал головой. — А ведь я сохранил тебе жизнь...

— Но убил моих товарищей! — холодно пропищал гигант.

— Да вы же сами нарвались! — недовольно нахмурился я, теряя самообладание. Достали, черти! — Не я на вас напал! Это вы мне хотели чешую попортить!

— Ну, мы же наемники... — пожал плечами Снежок.

— Это не оправдание! — возмущенно фыркнул я, отмахнувшись от Нивяника, как от назойливой мошки.

А я дракон! И что?! Мне теперь можно безнаказанно жрать и жечь всех подряд?! Хрен там! Вон, полоумный ветродуй уже предъявил мне претензии по этому поводу! И вообще, они же наемники, а значит, должны были быть готовы к тому, что однажды кто-то надерет их продажные задницы! А я даже не рвался стать этим кем-то — они сами на меня напали! Или эти остроухие хорьки надеялись, что я с радостной улыбкой поскачу с ними на черный рынок, чтобы меня там на органы распотрошили? Как-то наивно для наемников, не?

— Хватит! — визгливо рявкнул Ириска, который, судя по пунцовой морде и всклокоченным волосам, окончательно потерял терпение. — Мне плевать как, но сегодня ты сдохнешь! — злобно прорычал он, указывая на меня призванным копьем. Пф-ф-ф, даже не надейся хрен степной...

Наблюдая за тем, как наемная шушера начинает обступать нас, силясь взять в кольцо, а Пряник со Снежком многозначительно поигрывают своим громоздким оружием, я уже мысленно прикидывал план, как выкрутиться из щекотливой ситуации. Я понимал, что сам Ирис, даже вкупе с горняком и снежным, мне не соперник. Я превосходил их по силе и при поддержке той же Глориозы, вполне мог с ними справиться. Но вот остальные... Нет, они были слабаками, но я опасался, что они задавят нас числом. Блин, как же быть? Закусив губу, я задумчиво скользил взглядом по лицам противников, выискивая самое слабое звено, через которое можно было пробить брешь в окружении...

— Господин, — каким-то бесцветным голосом позвала меня Нари. Я даже вздрогнул от неожиданности и вопросительно посмотрел на нее. — Мне убить их? — легкий кивок в сторону хренопузика и его компании.

— Эм-м... — растеряно обронил я. Антеннария выглядела такой уверенной и спокойной, но вот я что-то сомневался, что она сможет справиться со всеми в одиночку. Нет, я бы, конечно, ей помог, но...

— Да чего тут думать? — прервала ход моих мыслей Лорик. — Конечно, убить! Этот жалкий дракон сам с ними не справится! — дерзко фыркнула бывшая хранительница, деловито откинув за спину длинные серебристые волосы. Млять, я тебе посох в попец затолкаю за такие выкрутасы!

Моя Тень лишь мельком взглянула на Глориозу, а затем вновь уставилась на меня, ожидая... приказа? Ах, ну да, Мастера же сказали, что теперь она служит мне. Но я как-то не думал, что девушка воспримет это настолько серьезно. С другими эльфийками мне так не везло... Видимо, мое замешательство и молчание Нари восприняла, как согласие. Я даже глазом моргнуть не успел, как она призвала парные кинжалы и неуловимо сорвалась с места. И начался кровавый танец смерти...

Глава-25 — Мы не такие уж разные…

Я впервые видел сумеречную убийцу в деле. Тот эльф, что пытался убить меня по дороге к морю — не в счет! Из-за заклинания Цеструм, я не то, что оценить мастерство, но даже видеть его не мог. А тут... Затаив дыхание, я наблюдал за тем, как Антеннария легко и изящно обрывает чужие жизни. В тот момент она была прекрасна! И дело было вовсе не в ее внешней красоте. Да и не кровавая картина, что постепенно заполняла поляну, вызывала мой восторг. Восхищение таилось в том, как девушка владела своим телом и оружием. Казалось, что каждое ее движение выверено до миллиметра — неуловимое, точное и смертоносное. Она не совершала ошибок, и противникам не было спасения от ее танца смерти! Глориоза, которая стояла рядом, в бой Тени не вмешивалась и лишь изредка бросала на меня взгляды, полные гордости, за мастерство своего народа. Казалось, что в первую очередь, она хотела продемонстрировать именно мне, насколько опасными могут быть ее сородичи. Но я и так это знал...

Очарование Нари исчезло в одно мгновение, словно осыпалось мириадами потускневших осколков. В тот момент, когда она прикончила еще одного из шушеры Ириски и наши взгляды встретились, буквально на несколько секунд, мое восхищение истаяло дымкой призрачного тумана, что так надежно скрывал их поселение. Нет, не ее смертоносность встревожила меня. Я вдруг отчетливо осознал, почему именно эту Тень отдали мне, и почему Лихнис не пустил ее со мной в диковинный лес. Антеннария была на грани... Она безжалостно убивала одного эльфа за другим. Ее рука ни разу не дрогнула, но мне казалось, что я воочию видел, как в этот момент страдала и мучилась ее душа. Как билась она в натренированном теле, словно запертая в клетке птица...

Нари была убийцей, но сама захлебывалась в пролитых ею реках крови. Каждая отнятая жизнь, затягивалась удавкой на ее шее. Она убивала не потому, что это доставляло ей удовольствие, а потому, что была рождена сумеречной эльфийкой. Все остроухие словно изначально были разделены и помимо отличной друг от друга магии, имели свои уникальные особенности. Кому-то суждено было стать первоклассным кузнецом, кому-то не было равных в зельеваренье, кто-то мог исцелить даже на грани смерти, а кто-то пришел в этот бренный мир, лишь для того, чтобы отнимать чужие жизни. Почти все они беспрекословно приняли свою судьбу и слепо следовали ей, даже не пытаясь вырваться из этого замкнутого круга. А от тех, кто хоть как-то выбивался из общей массы, наделенные властью правители, спешили избавиться или безвозвратно использовать их в своих корыстных целях. Так было со Стрелкой, Бякой, Фиалкой, Меко. Я больше, чем уверен, что и Лорик стала Хранительницей диковинного леса, который никогда не покидала, далеко неспроста. Лишь единицы осмелились принять себя и выбрать свой путь. Такие, как, к примеру, Моня или Орхидея с Мальвой. Они рискнули всем, отказались от всего, что имели и по собственной воле покинули родные края. Но Антеннария была другой...

Она была одинока в своей борьбе, ей не хватало смелости и решимости, чтобы вырваться из губительного плена стереотипов. И я прекрасно понимал ее — когда-то сам, долгое время, не мог решиться покинуть Клановый Дом и кардинально изменить свою жизнь. Убедить себя переступить незримую черту и буквально уйти в никуда, очень не просто и даже страшно. У меня это получилось, а вот Тень решила смириться со своим происхождением и судьбой. Именно это наполнило ее безразличием ко всему, ведь для того, чтобы убивать эмоции и чувства, не нужны. Оставалось лишь выжечь душу, что так жалобно стонала от беспорядочной череды смертей по чужому заказу, которая была главной составляющей жизни любого сумеречного эльфа. Они же прирожденные убийцы... Нари была на грани, и этот бой должен был стать для нее последним шагом. Еще один труп, два, десять... Еще пара капель крови и ее душа окончательно захлебнется, растворится в звенящей пустоте. И тогда, наконец-то, прекратятся эти муки совести за отнятые жизни. Тогда, все уже будет абсолютно безразлично, и она сможет убивать без сожаления. Просто пустая оболочка, получающая плату за то, что умеет делать лучше всего...