Алекс Голд – ШМара-4 (страница 35)

— Вот, попей, дочка, — будто уловив мое желание, проговорил все тот же женский голос, и моих губ коснулась что-то прохладное.

Видимо, какая-то чашка и, судя по запаху, с отваром трав. Горьковатая жидкость просочилась через слегка приоткрытые губы и потекла в горло. Мерзость, конечно, но мне ли сейчас привередничать? Я, правда, старалась глотать, но получалось плохо. Едва не подавившись, закашлялась. Чьи-то заботливые руки, аккуратно обтерли мое лицо и шею. Нет, так дело не пойдет… Ненавижу ощущать себя беспомощной! Да еще и находясь неизвестно где и в каком положении. Пора с этим завязывать…

Сделав над собой усилие, медленно открыла глаза. Мутная пелена, раскрашенная блеклыми красками расплывающихся объектов. Капец… Рядом слегка покачивалась какая-то тень. Видимо, ей и принадлежал успокаивающий голос. Потратив несколько минут на «прозрение» и дождавшись более-менее четкой картинки, осмотрелась, насколько это было возможно. Небольшая круглая хижина. Не комната, а именно хижина. Плетеные из каких-то веток стены, крыша из пальмовых листьев. Вход завешен плотным пологом. Через окно, на котором ветер колыхал тонкую занавеску, пробивался солнечный свет. Из мебели был только жесткий лежак, на котором покоилось мое бренное, страдающее от боли тело и небольшой стол, у которого суетилась высокая, загорелая женщина.

На вид ей было не больше пятидесяти. Поджарое и явно тренированное тело, облаченное в простое платье с яркой вышивкой. На открытых участках коже виднелся витиеватый синий узор. Длинные черные волосы были заплетены в тугую косу и перехвачены кожаным ремешком через лоб. Когда она повернулась ко мне, я смогла разглядеть суровое лицо, на котором уже появились первые морщинки. А в ее карих глазах словно поселились мудрость, отвага и заботливое тепло. Какой контраст…

— Наконец-то, ты очнулась, детка, — тихо проговорила она и, подошла ближе, помогая мне сделать еще пару глотков горького отвара. Гадость редкостная, но от нее вроде даже полегче…

— Где я? — едва слышно прохрипела я.

— Не переживай, ты у друзей, — успокоила меня тетушка и сдержанно улыбнулась. — Здесь тебе ничего не угрожает.

У друзей… С трудом верилось, что помимо моих девчат, в этом дебильном мире у меня еще есть друзья. Однако на душе было спокойно, интуиция молчала, и я решила лишний раз себя по зря не накручивать. Сейчас были дела поважнее — надо было срочно ставить себя на ноги.

— Простите… — обратилась я к женщине.

Каждое слово давалось с трудом. Нет, я понимала, что купание в соленой воде, да еще и со свежими ранами, парочка из которых были довольно серьезными, мне на пользу явно не пойдет, но что оно сделает меня настолько беспомощной… М-да, это писец…

— Магра, — подсказала мне тетушка. — Зови меня — Магра.

Выдавив из себя слабую улыбку, я сбивчиво и с длительными паузами, объяснила ей, что мне требуется, и попросила помочь. Женщина лишних вопросов задавать не стала. Надо, так надо. Помогла мне сесть, затем влила в меня несколько лечилок, которые я выудила из инвентаря. Поток боли ощутимо снизился, стало значительно легче, но передвигаться самостоятельно я все еще не могла. Пришлось вновь воспользоваться помощью Магры, чтобы перебраться с лежака на верный и такой полезный табурет. Активировав лечение, я мысленно приготовилась к тому, что сидеть на нем мне придется очень долго. Раны оказались гораздо серьезней, чем я предполагала, и исцелялись крайне медленно. Ну, ничего, зато жива! М-да…жива… Почему-то эта мысль больше тревожила, чем приободряла. Ни то чтобы я не хотела жить — очень хотела! Просто с момента моего попадания в этот абсурдный мир, я впервые оказалась в настолько плачевном состоянии и прекрасно понимала, что, скорее всего, дальше будет только хуже и сложнее. Шутки кончились. Впрочем, мне изначально было как-то не очень смешно…

— О, привет! — от мрачных мыслей, меня отвлекла вошедшая в хижину девушка, которая показалась мне смутно знакомой. А куда делась Магра? Я даже не заметила, когда она вышла… — Уже очнулась? Это хорошо! А то мы уже беспокоиться начали. Как-никак трое суток во мраке провела.

Трое суток⁈ Я аж нервно икнула. Нефигово меня так вырубило. Хотя, если учесть, сколько крови я потеряла, да и что в целом пережила, то это еще не так уж и много. Зато теперь очевидно, что здесь мне бояться действительно нечего. Хотели бы навредить, вряд ли бы стали выхаживать. Угу, осталось только понять, здесь это где? Себас, чтоб его собственная касатка покусала, вроде про какой-то остров говорил. Задумчиво нахмурившись, скользнула по девушке изучающим взглядом. Нет, я ее определенно где-то видела…

— Не узнала? — усмехнулась загорелая красотка, правильно расценив мою растерянность. — Это же я, Рымна!

Рымна? Эм-м-м… Рымна! Память услужливо подкинула воспоминание о встрече с тремя амазонками, которым я благополучно продала паршивца Клизмуса. Так вот на какой остров меня занесло! Надо же какая удача!

— Вот, теперь вижу — узнала, — удовлетворенно кивнув, улыбнулась девушка. — Тебе очень повезло, что в тот день в дозоре была именно я, и что у меня хорошее зрение и память на лица, — ее взгляд в этот момент был очень красноречив. Видимо, мне действительно повезло, что она меня быстро признала. — У нас незваных гостей не особо жалуют, — подтвердила амазонка мою догадку и, недовольно нахмурившись, посмотрела в окно. — Особенно тех, кто ворует бананы.

О, так вот откуда поставляют столь дефицитный товар в Жемчужные Шахты! Интересно, что им мешало договориться и скупать эти фрукты на легальной основе? А может местные с рыболюдами в принципе не ладят? Если так, то мне это, в какой-то степени, даже на руку. Вряд ли Керос или кто-то из его шушеры сунется на территорию враждебно настроенных амазонок. Впрочем, того зашитого утырка, это вряд ли остановит…

— Жаль только того дроу поймать не удалось, — будто прочитав мои мысли, опечаленно вздохнула Рымна.

Так и знала, что Молчун — темный эльф! Эх… Сука, да хоть сам морской дьявол! Мне от этого не легче! Какая в попу енота разница⁈ Эта «прелесть» хочет меня прикончить и его принадлежность к той или иной расе сего факта никак не изменит! Печально…

— Да, верткий мужик, — вздохнула девушка, по-своему расценив мой удрученный вид. Эм? Озадаченно моргнув, вопросительно посмотрела на нее. — Мы надеялись, что удастся его скрутить, но получив по стреле в плечо и бедро, он, вместо того, чтобы сдаться, тут же отступил обратно в море, а жаль… — загорелая красотка разочарованно поджала губы. — От дроу рождаются здоровые и крепкие дети, которые в будущем становятся великими воинами, но поймать этих вертких мрачников очень не просто, — раздосадовано пожаловалась она и в очередной раз расстроено вздохнула. — Раздобыть лесного эльфа и то проще…

Чего, млять⁈ Я-то наивно полагала, что ее опечалил сбежавший незваный гость, которого они собирались пристрелить в назидание другим, а она… Нет, серьезно⁈ Они вообще о чем-то, кроме размножения, думать могут⁈ Хотя, вряд ли… В нашу прошлую встречу, сестрички тоже были озабочены исключительно этим вопросом. Ох и злотрахучие они оказывается бабы! Кстати, об этом… Интересно, а как тут Клизмус поживает? Небось, как сыр в масле катается, со своим-то выдвижным херусом! Однако на мой вопрос о блондинистом лошпеде, Рымна опечалилась еще больше. Вот те раз… Неужто не оправдал ожиданий? У него же вроде все фурычило, как надо, когда я его продавала. Хотя, учитывая, как ему досталось от меня перед этим… Может, и отбила чего важного и необходимого для получения потомства… Блин, как бы мне сейчас не предъявили за бракованный товар. Не хотелось бы из-за гаденыша портить отношения с местными…

— Хороший был мужик, — накручивая на палец прядь смоленых волос, с сожалением вздохнула амазонка. Был? Они что, уже успели затрахать его до смерти? Видимо, этот вопрос слишком явственно проступил в моих глазах, и девушка поспешила прояснить ситуацию. — Ты не подумай, это не мы его… ну того… — мне показалось, или она даже слегка смутилась? — Раньше у нас проблем с рабами не возникало, но этот… — Рымна заметно погрустнела. По ходу дела все-таки выставят счет за некачественный продукт. Эх… — Он оказался жутко непокорным. Несколько раз даже пытался сбежать и все время грезил о том, чтобы тебе отомстить, — она не весело усмехнулась, посмотрев на меня. Ишь ты, какой злопамятный! — А потом… — девушка запнулась, словно сомневаясь, стоит ли вообще рассказывать мне о произошедшем. Да что такого этот олух натворил⁈ Мне уже пора компенсацию готовить или как⁈ — Он начал стремительно меняться. Стал замкнутым, мрачным и все чаще бормотал себе поднос что-то невнятное, будто разговаривал сам с собой. Некогда золотистые волосы, постепенно окрашивались в иссиня-черный цвет, а голубые глаза словно наливались кровью, превращаясь в пылающие яростью рубины. Загорелая кожа побледнела, а затем и вовсе стала мертвенно-серой. Эльф потерял аппетит, добровольно никого к себе не подпускал, а однажды, когда сестры вновь пришли за ним для проведения обряда… — амазонка замолчала, взволновано сглотнула, а затем продолжила. — Он…он вырвал себе сердце… — заметно побледнев, тихо проговорила она. — Его так и нашли сидящим у стены, с окровавленной по локоть рукой и с собственным сердцем на ладони.