Алекс Го – Безмятежный лотос у подножия храма истины (страница 2)
– Я вижу, что синий шисюн в порядке, – едва увидев ее, с явным отвращением произнесла Слива. – И даже успел вновь злоупотребить тем, что глава ордена так хорошо к нему относится.
– Сестра Слива, не говори так о своем шисюне! – возмутился «актер», который на самом деле оказался не актером, а местным боссом. И Вика перевела взгляд на него.
И вот это вот глава ордена? Разве это не должен быть старичок, седой как лунь и с жидкой бороденкой? Слишком уж несолидный, на вид максимум лет двадцать семь, а когда собирается заплакать, то кажется еще моложе. Да при этом почти неприлично смазливый, как какой-нибудь азиатский айдол. На то, что ее почему-то назвали «синим шисюном», она даже внимания не обратила: мало ли какие у них тут порядки. Эту девушку вот зовут сестрой Сливой, а она даже не морщится.
– Синий шисюн, позволь проверить твой пульс, – сквозь зубы процедила незнакомка, глядя на Вику все с тем же презрением.
– Зачем? – Вика на всякий случай зарылась поглубже под одеяло.
Что-то эта девушка ей совсем не нравилась, и от ее неприязненного взгляда по спине бегали ледяные мурашки размером с кулак. Хотя незнакомка выглядела миниатюрной и довольно хрупкой, у нее на лице большими буквами было написано: «Та Еще Стерва».
– Мне нужно убедиться, что шисюн в порядке.
– Да что там по пульсу определить можно? А что он повышенный, я и так могу сказать. Очнулась непонятно где, а кругом какие-то странные люди, и никто ничего не объясняет. Что происходит? Кто вы такие? И где я?
Лицо Сливы стало озадаченным, она переглянулась с главой клана, на что тот всплеснул широкими рукавами и ответил трагическим шепотом:
– Шиди даже меня не узнает.
Слива посерьезнела и теперь смотрела на Вику всего лишь подозрительно, а не с отвращением.
– Синий шисюн, позволь проверить твой пульс: ты перенес тяжелое искажение Ци, и мне нужно убедиться, что твое тело в порядке.
И как-то она так убедительно это сказала, что рука будто сама к ней потянулась. Не успела Вика опомниться, как ее уже держали за запястье маленькой ручкой с довольно короткими, но даже на вид острыми ноготками. По предплечью начали расползаться горячие мурашки, и Вика невольно передернулась. Она хотела было отнять руку, но хватка у этой Сливы оказалась просто железная.
По мере того как шло время, выражение лица этой девушки становилось все более хмурым. Прошло уже несколько минут, и Вика решила, что была достаточно терпеливой.
– И как по пульсу можно понять что-то, кроме проблем с сердцем? Если у меня проблемы с головой, то как их можно нащупать через запястье?
Слива наконец отпустила руку и мрачно уставилась на нее. Под этим темным взглядом Вика натянула одеяло до самого подбородка.
– Меридианы шисюна не пострадали, а вот Ци движется совершенно беспорядочно. Что последнее шисюн помнит?
– Я… – Вика открыла рот и почти сразу закрыла.
Она и правда не могла вспомнить, что такого с ней случилось, раз она очутилась непонятно где. Последние воспоминания были такими размытыми, словно она пыталась вспомнить раннее детство. Но при этом она четко помнила свое имя, фамилию, место жительства, номер телефона. Только не очень-то разумно было сообщать такую информацию незнакомцам. Если это все же не розыгрыш, то не стоит говорить им, что она из другого мира. В лучшем случае сумасшедшей сочтут. А в худшем – попытаются из тела выселить. Притвориться, что у нее амнезия, – самый лучший вариант, потому как натурально сыграть древнего китайца она точно не сможет.
– Я не знаю. В голове какой-то туман. Как меня зовут?
– Маленькая Полынь, – всхлипнул глава. – Синее Литературное Светило.
– Серьезно? – удивилась Вика. – Это все мое имя? Шисюн, ты так шутишь или мои родители действительно меня настолько ненавидели?
– Маленькая Полынь… – беспомощно повторил глава.
– А как тебя тогда зовут?
– Большая Сильная Сосна, Процветающая Добродетель.
Вика не сдержалась и хихикнула:
– Похоже, тебя родители тоже не очень любили. И как вы эти имена с такими серьезными лицами произносите? У вас тут принято людей в честь растений называть? А я-то еще удивлялась, почему сестру зовут Сливой. Казалось бы, при чем тут сливы вообще? А оказалось, что у нее самое милое имя из всех.
И только тут Вика заметила, что эти двое как-то слишком странно на нее смотрят, с какой-то жалостью, что ли, и даже смеяться над этими странными индейскими именами сразу расхотелось.
– Что такое?! – агрессивно огрызнулась девушка. – У меня стресс. Что, и посмеяться немного нельзя?!
– Шиди. – Глава просиял улыбкой, будто ему что-то приятное сказали, да и лицо Сливы немного расслабилось.
– Шисюн, подожди немного, я приготовлю тебе лекарство. После него ты сразу почувствуешь себя лучше.
Она направилась к выходу, и глава поспешил за ней. Вика облегченно выдохнула и натянула одеяло на голову, будто пытаясь спрятаться от всего мира. Девушка немного поорала в подушку, точнее, в подголовный валик, который был вместо подушки. Потом свернулась в клубок и попыталась успокоиться. Неужели она действительно умерла, а потом переродилась в этом теле? Как же там ее родители это перенесли? Ее брат? И что стало с Зефирчиком? О нем ведь позаботились?
Как сильная и независимая женщина двадцати восьми лет, Вика жила одна со своим котом Зефиром и шарахалась от разговоров о детях и замужестве, словно черт от ладана. А с возрастом такие разговоры с ней стали заводить все чаще и чаще, как будто даже в двадцать первом веке самым главным предназначением женщины оставалось получение кольца на безымянный палец и рождение ребенка, а лучше нескольких.
Если так подумать, то смена пола даже имела свои положительные стороны: теперь-то уж никто не спросит, не родила ли она еще. Девушка попыталась сосредоточиться на плюсах попадания, чтобы не скатиться в дикую истерику. И плюсы тут же нашлись. Она теперь знала китайский язык и могла читать китайские новеллы на языке оригинала! Вероятно, до привычных ей новелл тут еще не додумались, но ужасно трудолюбивые и плодовитые китайские авторы наверняка найдутся, а уж идеями для романов Вика их снабдит. Возможно, она даже положит начало новым литературным жанрам, не зря же у нее такое странное имя. Синее Литературное Светило… Девушка даже вслух его произнесла и только тут сообразила, что имя-то вполне китайское – Лань Вэньхуа, просто она автоматически переводит его, как остальные слова. Теперь понятно, почему имена показались ей такими индейскими, вроде Зоркого Сокола или Большого Облака.
А еще у китайского языка было одно важное свойство – в нем не имелось разделения по родам, так что она не спалится, даже если продолжит думать о себе как о девушке.
Также к плюсам можно было отнести то, что она довольно удачно попала. Не в какого-нибудь старика на последнем вздохе, не в слугу или раба, если здесь вообще есть рабство, а в молодого и вроде бы богатого человека. Который состоит в каком-то ордене, и глава этого ордена довольно трепетно к нему относится. Интересно, что еще за орден такой? Хорошо бы оказался вроде джейдайского – мало того, что фехтовать умеют, так еще и колдуют понемногу. У сестры Сливы, точнее у шимэй Ли, и у главы при себе были мечи, да и недалеко от кровати на подставке находился еще один, поэтому научиться им владеть наверняка придется. Хотя учительница физкультуры, которая преподавала у Вики в школе, долго бы смеялась, если бы узнала, что ей предстоит стать рыцарем с мечом. Но с тех пор Вика сильно похудела, начала заниматься фитнесом и довольно успешно боролась со своей любовью к сладкому, поэтому ей удавалось поддерживать себя в хорошей форме.
И глава, и шимэй Ли упоминали какую-то Ци, так что, возможно, всякие колдунства тут тоже будут. Например, как в фильмах, где герои парили в воздухе с изящно развевающимися рукавами и полами одежды или разбрасывались волшебными талисманами. Вика вспомнила, как в детстве отчаянно желала, чтобы ей пришло письмо из Хогвартса, даже английский начала усердно учить, и как ужасно расстроилась, когда чуда не случилось. А семнадцать лет спустя мечта неожиданно сбылась вот таким вот странным образом. Как говорится, бойтесь своих желаний, ведь они могут исполниться.
2
Лекарства
– Шимэй Ли, что скажешь насчет шисюна? Он поправится?
– Пока сложно утверждать что-то определенное. Если это действительно амнезия, то память может вернуться сама в кратчайшие сроки, а может не вернуться никогда, и медицина тут практически бессильна. Но это может быть и одержимость. Шисюн, ты прекрасно знаешь, как изворотливы порой злые духи, овладевшие чужим телом.
– Это не злой дух! Я уверен!
– Я знакома с Лань Вэньхуа восемьдесят лет, но ни разу не видела, чтобы он смеялся. Я даже злобные ухмылки у него замечала всего несколько раз за это время. И уж совершенно точно он не мог бы назвать чье-то имя милым! Да он вообще такого слова знать не должен!
– На самом деле он часто улыбался, будучи младшим учеником. И когда мы с ним только познакомились, он точно так же смеялся над моим именем, потому что я тогда был ниже его ростом и на сосну из нас двоих он походил больше. Но все изменилось после того случая в горах. С тех пор шиди стал совсем другим… – горько произнес Чан Вэньян.
– И все же простая проверка вреда не причинит, мы не можем позволить себе беспечность. Вокруг Лань Вэньхуа будет множество учеников, и большинство из них окажутся бессильны против голодного духа.