Алекс Гаф – Эволюция (страница 151)

— Есть!

Могучий корабль был слишком тяжел, чтобы уйти из-под огня противника. Словно медведь, отбивающийся от своры наседающих на него гончих, корабль отмахивался лапами-выстрелами, превращая врагов в кровавую кашу, но и ему все чаще и чаще приходилось проливать собственную кровь. Доклады о пробоинах и повреждениях шли нескончаемой вереницей, наполняя разум капитана сожалением, заставляя его искать выход из безвыходной ситуации. Их отсекли от своих, окружили, выбивая батареи орудий прицельным огнем, ведь враг прекрасно понимал, что сразу до сердца исполина ему не добраться, и потому старался лишить жертву возможности к сопротивлению. Гончие повисли на лапах, стараясь поглубже вонзить клыки, разорвать сухожилия.

— Вывести реакторы в запредельный режим, приготовиться к самоподрыву, — принял единственно возможное решение капитан Бакур, когда попытка пары крейсеров пробиться к нему на подмогу была сорвана.

— Корабль к самоподрыву готов, — доложил старпом, прижимая уши. Очередное попадание пришлось уже в бронекапсулу командного поста, отчего его изрядно тряхнуло, и несколько световых панелей с хлопком погасли.

— Подрыв, — распорядился капитан, недовольно дернув носом, его чувствительное обоняние всегда резко реагировало на запах паленой проводки, горелой электроники и прочее, что неизменно сопровождает бой.

Кнопка смерти вспыхнула, сигнализируя о конце пути славного линкора «Жаскаб».

— Да примет нас Прародитель, — отправил мысль своему экипажу Бакур, и выждав секунду, решительно вдавил овал, из которого бил столб молочно-белого света.

Разрастающийся огненный шар поглотил десятки своих и чужих истребителей, которые вели бой неподалеку. Мощный выброс энергии кратковременно ослепил ближайшие крейсера дракхов, но впрочем, они быстро справились с досадной неприятностью. Однако чуть позже некоторым из них это все-таки стоило жизни. Мши успели сманеврировать и открыть огонь за то время, что понадобилось пострадавшим на восстановление.

Своенравная богиня Иллариус лишь посмеялась над своими почитателями, не иначе как из мести за несоблюдение в прошлом положенных ритуалов, и Лондо с Виром проигрались в пух и прах. Впрочем, это их не сильно расстроило. Они прекрасно провели время, прощаясь в самом что ни на есть центаврианском стиле. «Славный был загул», — с теплотой вспоминал Вир. Вот только дела не ждали. Именно поэтому он сейчас спешил на встречу с бывшими вассалами мши. Он должен был убедить их вмешаться в войну с Тенями.

— Приветствую вас, послы, — настолько учтиво, как только мог, склонил голову Вир, — спасибо, что согласились на встречу.

— Здравствуйте, Вир, — шевельнул крыльями токати, — вы друг Лоуча и уважаемый нами разумный, мы не могли вам отказать.

— Но даже не пытайтесь просить нас вмешаться в священную войну сюзеренов, — добавил каурлианин.

— Сюзеренов? — опешил Вир.

— Конечно, — фыркнул Бжум.

— Но… а…

— Есть план противостояния тьме и опаляющему свету, Вир. К сожалению, он потребовал жертв, в том числе и с вашей стороны.

— Вы знали о тенях.

— Да, нас посвятили в древние тайны. Мы могли бы выступить единым фронтом, но тогда это стало бы лишь отсрочкой.

— Такое уже не раз случалось. Нам предложили рискнуть и попробовать разорвать порочный круг, многим это предложили, и все согласились.

— И вы устроили спектакль.

— Увы, — щелкнул клювом Пагроз, — пришлось пролить много крови, но у нас был выбор, и мы все его сделали.

— Почему? Объясните мне, зачем? В чем смысл того, что десятки рас воюют друг с другом?

— Это плата, Вир, — раздался знакомый голос за спиной. — Здравствуй, друг.

— Лоуч?!

— Да, это я, хотя на Вавилоне нахожусь инкогнито и ненадолго. Впрочем, кто отличит одного пушистика, — махнул хвостом мши, — от другого?

— Ты расскажешь мне, зачем все это было нужно?

— Нет, я хочу, чтобы ты сам понял, поэтому буду давать подсказки. Вы можете начинать, — обратился Лоуч к послам, — скоро моего отца не станет, возможно, он уже мертв, а значит, и наша месть завершилась. Как только запись с моим обращением начнет транслироваться по всем каналам, вы сможете нанести удар.

— Наконец-то.

— Давно пора.

— Их всех ждет смерть.

Воодушевленные вассалы мши покинули переговорную, оставив друзей вдвоем. Тем найдется, о чем поговорить, а у них теперь было много важных дел. Пусть все давно готово, но нужно же проконтролировать, вдруг что-нибудь пойдет не так. Никто не желал ударить в грязь лицом и подвести остальных. Привыкшие работать сообща, они собирались по-настоящему доказать, в первую очередь самим себе, что повзрослели и стали самостоятельными.

— Обнаружены множественные источники помех! Это корабли Теней!

— Вот и хорошо, — кивнул Кавя Зифе, — всем резервам, в бой.

— Атакуем, — пришла череда ответов, слившаяся в единую мысль, окрашенную деловой собранностью и полной сосредоточенностью на предстоящей схватке.

Появляющиеся, словно тени, что постепенно наливаются цветом и обретают форму и суть, корабли призраков попали под массированный обстрел выдвинувшихся эскадр мши. Это было для них весьма неожиданно и крайне неприятно. Нести потери, даже не открыв ответного огня, такого с ними не случалось давно. Избиваемые остатки флота дракхов не смогли обеспечить повелителей прикрытием. Впрочем, они и не пытались, ведь никто их даже не предупредил. Гордыня не позволила их хозяевам даже подумать об этом.

Тем не менее, пусть и с досадными потерями, но тени вступили в бой, и его картина начала стремительно меняться. Не столь легко и быстро, как ожидалось, но сомнений в том, кто победит, ни у одной из сторон не было. Могучие линкоры мши, заставлявшие дракхов трепетать, гибли под огнем черных кораблей после двух-трех прямых попаданий. Крейсерам, как правило, хватало одного, на более мелкие суда вообще никто не обращал внимания, их уничтожали походя, отмахиваясь убийственными лучами, словно от какой-то надоедливой мошкары.

Вот только и тени несли потери, весьма для них неприятные. Полновесный удар излучателями линкоров не оставлял их паукообразному кораблю шансов на выживание. Крейсера не способны были разом уничтожить их, но серьезно повредить вполне могли. Маневренность и системы маскировки не слишком-то помогали избежать ответного огня. По большей части черным кораблям приходилось уповать на броню, а она далеко не всегда была способна спасти их. И тем не менее, не имеющий значительного численного преимущества флот мши проигрывал. Корабли взрывались, разрезались на части, которые с остервенением добивали дракхи, и гибли, гибли десятками.

— Отправить сообщение о нашем разгроме, передать собранные данные, и атакуем, — распорядился первый коготь.

Флагманский линкор, в окружении десятка собратьев и последних крейсеров первого флота, начал разгоняться в сторону кипящей битвы. Судьба их была предрешена, и они не собирались ей противится. Незачем это было. Вот забрать побольше врагов, чтобы те не убили других, тех, кого не успеет спасти Прародитель, этого им хотелось, а о себе они уже не думали. Не для того их создавали, не ради этого они жили. Не о том мечтали.

— Минбар не может на равных сражаться с тенями.

— Верно, Вир, не может, а ведь за ними стоят ворлоны, у них огромное количество трофеев, и была как минимум тысяча лет на их изучение.

— Сотрудничая с тенями, вы в качестве платы требовали знаний!

— Именно! Конечно, они нам подсовывали, скажем так, порченый товар, но не всегда и не всем.

— А вы объединили все полученное, так?

— Да, Вир, все, кто участвует в заговоре против изначальных, обменялись дарами, полученными от теней и ворлонов, те ведь тоже не сидят на месте, шевелятся понемногу, вяло, конечно, но нам хватает.

— Значит, вы можете биться с ними на равных?

— Можем. Орион — это не станция вроде этой, — Лоуч постучал пальцем по столешнице, — а совсем иное.

— Вы готовите флот для битвы?

— Не только мы, корабли много где строят, ведь сейчас, по большей части, мы воюем старьем.

— Зачем же вы допустили нашу войну с нарнами?

— Тому было много причин, назови основные сам, ведь ты же думал о них.

— Читаешь мысли?

— Нет, в этом нет необходимости. Достаточно того, что я тебя хорошо знаю и верю в твой ум, способность понимать, даже прозревать суть, если хочешь.

— Спасибо, конечно, — смутился Вир, стараясь не показать, как ему приятно слышать о себе такое.

— Итак?

— Вы были не готовы, поэтому жертвовали малым ради большего?

— Да, и прости, что этим «малым» оказались твой народ и нарны.

— Ну, нам давно пора было встряхнуться, ведь мы деградировали.

— Не только вы, нарны тоже, их жажда мести была слишком сильна, она их просто сжигала. Всю расу целиком, это страшно, Вир, поверь мне, как телепату.

— Верю, Лоуч, даже я, не обладая твоими способностями, видел это во взглядах, которые на меня бросали нарны здесь на станции, а ведь среди них были мои ровесники. Мы с ними родились уже после окончания оккупации, они не знали ужасов нашего режима, а я никак не был к ним причастен, но они все равно были готовы вцепиться мне в горло.

— Да, нам с Шушшиком пришлось пару раз вмешиваться, гася порывы некоторых из них.

— Если не сейчас, то позже, но мы бы все равно сцепились с ними.

— Наверняка, а теперь появился шанс что-то изменить. Примирить ваши народы сложно, но можно. Начать придется с малого, с того, что конкретные центавриане простят конкретных нарнов и наоборот, а там, кто знает, возможно все и образуется.