Алекс Елин – Пока боги спят (страница 49)

  Жрицы Лоули всегда же вели довольно замкнутую жизнь. Мало кто знал, чем они вообще занимаются, кроме как служат службы и совершают ритуалы в храмах, куда, конечно же, был открыт доступ любому желающему. Вот только что же происходит в стенах этих храмов, жрицы не спешили предавать огласке.

  - Я усилю наблюдение за сообщениями из Миранды, - пообещал генерал. - Но я бы лично хотел убедиться в ваших словах.

  - Конечно, при удобном случае мы можем туда отправиться. Я договорюсь со жрецами Крома в Миранде, ведь среди них должны остаться те, кто помнит значение этого храма, - согласилась служительница Лоули.

  - Только не стоит затягивать, - позволил себе легкую улыбку Винсент.

  - Думаю, некоторое время после смерти Джонатана II, вы будете заняты. Как только у вас появится время и возможность - дайте мне знать, - вежливо ответила Оэктаканн. - Жрицы Лоули никогда не предавали своей богини и не предадут наследника Джонатана II.

  - Честно говоря, я буду рад, если в дальнейшем вы и ваши жрицы окажут помощь в успокоении Розми и, возможно, будут помогать новому королю, если случится вооруженное противостояние.

  - Хорошо, - согласилась жрица. Встала и направилась к двери, но через пять шагов она остановилась, повернулась и, усмехнувшись, обратилась к Винсенту. - И, генерал Бодлер-Тюрри, тут скоро к Его Величеству придет протест против ссылки в Миранду некоего Ривса Дримса, майора или капитана. Не надо заострять на нем внимание Его Величества и его канцелярии.

  - Капитана или майора? - удивился генерал. - Вопрос назначений офицеров и солдат решается уж точно не на уровне канцелярии Его Величества!

  - Дело в том, что Ривс Дримс - кавалер ордена "Во Славу Розми", и это дает ему право апелляции к Его Величеству в случае, если он не согласен с понижением в звании, новым местом службы, увольнением из армии. Так вот, именно он должен попасть в Миранду. Иначе может случиться непоправимое, - она чуть улыбнулась.

  - Он так сильно провинился?

  - Вина в данном случае не имеет значения. Он должен попасть в Миранду, - она вновь улыбнулась и направилась прочь. - Сейчас вам придет радостная весть.

  Прямо перед жрицей распахнулась дверь. На пороге стоял взбудораженный адъютант генерала.

  - Полковник Фишер только что сообщил, что принцесса Талинда жива! Она на базе на Розовом перевале вместе с полковником Увинсоном и подполковником Грейсстоуном. Только что завершили проверку генетического кода - это они! - радостно доложил молодой лейтенант.

  Мероэ лишь загадочно улыбнулась и вышла прочь.

  3

  Через северные ворота Миранды в город въехала старая синяя машина-универсал с проржавевшим капотом. На заднем сиденье и в грузовом отсеке автомобиля стояли сумки и тюки с дешевыми поделками: деревянные статуэтки богов и героев, деревянные же кружки, миски, ложки, которые использовались больше для декора дома, чем для приготовления пищи, были тут и банки с разными сушеными травами и веточками. Одним словом, это была машина обычного жителя хутора, что находились между Тритоном и Нерейдой. В город он приехал для торговли, в надежде подзаработать.

  Скучающие солдаты на пропускном пункте как обычно просветили машину на предмет тварей, которые могли спрятаться под днищем или же забраться в салон, взяли образец крови владельца автомобиля для экспресс-анализа. Ручной анализатор через минуту зажегся зеленым - этот человек был тем, за кого себя выдавал - человеком, а не тварью с болот, перевертышем. Потом скучающий старшина махнул хуторянину, мол, езжай отсюда прочь, не мешай честным воинам отдыхать.

  Хуторянин низко им поклонился, заискивающе улыбаясь, сел за руль и покинул территорию пропускного пункта, отгороженную от города высокой стеной. Охрана принялась дальше играть в карты прямо в караулке, оставив у входа "на шухере" молоденького ефрейтора, который не так давно угодил в Миранду. За компьютерами следил дежурный, как всегда следивший за мониторами одним глазом, прислушиваясь к веселой болтовне своих сослуживцев. Ефрейтор должен был сообщить караулу о приближении их начальника, капитана Лавджоя, которого боялись не только солдаты со стены, но и многие другие.

  Хуторянин же поехал по центральной улице города. Его старенькая машина разбрызгивала лужи, что попадались под колеса, сзади тихо перестукивались поделки из дерева. Вскоре он свернул на еще одну улицу, которая шла параллельно стене. Машину пришлось оставить на небольшой стоянке, что располагалась в тупичке - в Миранде не было широких пригодных для передвижения автомобилей дорог, только несколько центральных улиц города, и все. Местные жители ездили до сих пор на лошадях, или велосипедах, самые удачливые или отчаянные выбирали мотоциклы, большинство же жителей передвигались пешком - город был очень маленьким.

  Когда хуторянин вышел из своего старого авто, с ним произошли разительные перемены: плечи расправились, походка стала уверенной, движения четкими, резкими, выражение лица было уже непроницаемым. Его узкие бесцветные губы презрительно скривились, когда его пронзительные голубые глаза оглядели окрестности. Ринго Дервиш, глава храмовых воинов Сета, - а это был он, - захлопнул дверцу старой развалюхи и направился к одному из многоквартирных шестиэтажных домов. Там снимал квартиру несчастный хуторянин, останки которого уже доедали твари болот.

  Ринго поднялся по каменной сырой и холодной лестнице на шестой этаж и позвонил в обшитую деревом металлическую дверь (а в Миранде все двери были металлическими и прочными). Ему открыла невысокая девушка. Она узнала Ринго и немедленно отступила в узкий коридор квартиры, пропуская его внутрь. Девушка быстро закрыла за ним дверь, прошла в небольшую гостиную, куда направился Ринго, встала на пороге, ожидая, пока тот усядется в кресло и заговорит первым.

  - Итак, что ты узнала? Слова Марселя подтвердились? - без приветствий и предисловий спросил Ринго.

  - Узнала, узнала, - она очаровательно улыбнулась, устроилась на столе, болтая в воздухе длинными стройными ногами.

  - Так говори, - приказал Дервиш, не настроенный сегодня на заигрывания. Честно говоря, ему совершенно не улыбалось торчать в этих проклятых болотах столько месяцев, но приказ Марка он не имел никакого желания оспаривать. Это было чревато огромными неприятностями.

  - Я наблюдала несколько дней за гарнизоном и караульными. Они все пьют. Сразу же со службы идут в ближайшие бары и пивные. Напиваются по самое не хочу, - тоненькая девушка сделала вид, что не заметила его делового настроя и вытянула одну ногу, поставив ступню на колено воина. - Потом ползут домой. Некоторые приходят с выпивкой на службу, кто-то из штабных уходит домой после обеда. На стене дела обстоят лучше. Там боятся капитана Лавджоя - он командует пехотинцами, охраняющими стену, и разведчиками. Там не пьют в карауле. Почти не приходят с похмельем на службу, - девушка соблазнительно улыбнулась. - Когда вы спровоцировали ложную тревогу, люди Лавджоя быстрее всех среагировали и довольно оперативно были поставлены в ружье. Но они все же двигаются как улитки. Хуже всех дело обстоит с пилотами - они на дух не выносят пехотинцев, это взаимно. Пьют еще больше. Техники трезвыми могут не бывать по несколько дней. Они вообще никого не боятся, только полковника Лэндхоупа, но он не может быть везде одновременно. На стене его тоже уважают и опасаются.

  Девушка довольно улыбнулась, заглянула в глаза Дервиша. Он приподнял бровь, показывая, что ждет продолжения. Она досадливо фыркнула, закатила глаза к потолку, потом скорчила рожицу и вновь принялась докладывать о проделанной работе.

  - Вертолеты совершают облеты, но как я поняла из разговора с одним из пилотов, у них на ходу только четыре ударных машины, еще два грузовых вертолета, четыре вертушки на ремонте, причем три из них вряд ли вообще удастся починить. Командир взвода вертолетов мечтает отсюда вырваться, поэтому часто геройствует и много пьет, когда ничего не получается. Он не думает о своих людях, они ему не особенно подчиняются, - она презрительно улыбнулась. - Большей частью в Миранде уважают и подчиняются командиру гарнизона - полковнику Лэндхоупу; еще капитану Лавджою. Последнего еще и боятся, но он почти все время проводит на стене, а не в гарнизоне.

  Ринго призадумался.

  Сведения, что смогла получить его шпионка, ободряли, но он знал, что не стоит слишком сильно обольщаться возможностью легкой победы - жизнь частенько будет подбрасывать самые неприятные сюрпризы на пороге победы. Тем более, Дервиш разделял мнение Марка о том, что боги Света тоже не будут спать. Возможно, они уже давно не вмешиваются в дела людей и совсем перестали думать о Розми, но это было до тех пор, пока слуги Повелителя не начали шевелиться. Такие вещи боги Света чувствуют. И пусть всем богам Создательницей Мира напрямую запрещено вмешиваться в дела мира и людей (конечно же, Повелителю плевать на запрет Создательницы), но они как всегда найдут способы омрачить победу Сета.

  - Хорошо, - кивнул Ринго, сбрасывая с колена ступню девушки. - Покажи мне этих Лэндхоупа, Лавджоя и командира вертолетчиков. Я должен сам увидеть стену и укрепления.