Алекс Елин – Пока боги спят (страница 37)

  Нет, конечно, молодежь отсюда время от времени уезжает жить в большие города, в большую жизнь, уезжает, конечно... Но и возвращаются почти все. Потому что там-то жизнь другая: быстрая, жестокая; там техника и прогресс, а тут... Тут сплошные Великие Болота и желтые туманы.

  Но именно здесь, в Миранде, и сойдутся две необоримые силы, именно здесь и должна произойти битва богов Света и Тьмы. И даже богиня судьбы Луна не знает, кто победит. Именно в этом забытом всеми богами городишке должна начаться битва за мир.

  Жрец покачал седой головой.

  Наверное, боги Света пошутили, когда решили спрятать здесь, в сердце Великих Болот, Амулет Стареллы - матери болотных монстров, хозяйки Великих Болот. Ну, что ж, шутка тогда казалась смешной. Да и город был куда больше, богаче, его жителей не выкашивали странные болезни, не разрывали монстры, которых и тогда хватало, но все ж было куда меньше, чем нынче. Это потом Миранда стала тенью самой себя, а самые богатые и древние ее кварталы стали проваливаться в наступающие зыбучие пески. От проваливающихся кварталов пришлось отгородиться новой стеной. Потом из города ушли воины Крома и Лоули, что некогда тут жили, ожидая нападения тварей и приспешников Сета, что будут пытаться забрать Амулет Стареллы... Или же тех, кто решил захватить мир и уничтожить саму Создательницу. Эти тоже придут рано или поздно.

  Седовласый жрец уже лет тридцать служил в Миранде. Лет двадцать он знал тайну, что скрывалась в недрах скалы под храмом Крома. И столько же лет он надеялся дожить свой век в покое. Окончить свои дни он очень хотел до битвы за сам мир, которая должна начаться с битвы Света и Тьмы. Видимо, не суждено...

  Жрец знал Пророчество о битве за мир, об осколке души Создательницы, о внучке льва, о том, кто станет воплощением Тьмы, чтоб сберечь мир, и о том, кто отвернется от Тьмы, впустив в свое сердце Свет. Им суждено воспитать будущих воинов, но им же суждено принять на себя первый и самый страшный натиск Тьмы. И с ними или среди них, - жрец не знал этого, - будет тот, кто станет Спасением или Погибелью мира. Кого-то из них и должен был встретить седовласый жрец Крома. Встретить и передать ему знания об этом месте и о гибели мира, а еще о том, что Создательница однажды уже проиграла битву за мир. Мир был разрушен. Нельзя допустить это еще раз.

  Кто-то из Героев Пророчества уже начал свой путь в Миранду, ибо знаки, охранявшие Амулет от посторонних, зажглись, предвещая появление того, о ком говорится в Пророчестве. А значит, скоро придут и хозяева болотных монстров, желающие заполучить Амулет и вернуть Силу богине Тьмы.

  Жрец достал еще одну сигарету. Закурил. Он знал: как только он увидит одного из героев Пророчества, жить ему останется недолго.

  Седовласый служитель верховного бога вздохнул.

  Все же необыкновенный этот город, Миранда. Пьяный, грязный, ненужный своим жителям, полный отчаяния и боли, и все же именно здесь должна начаться битва за мир. Этот город никому не нужен, но именно здесь и будут биться пламенные сердца тех, кто будет решать судьбы миллиардов жителей планеты. Именно здесь, среди тумана, мха, лишайников, уныния и забытья прячется еще одно сокровище самой Создательницы Мира. Здесь она обретет себя и свою Силу, здесь бьется Ее сердце, сердце Розми, сердце всего мира.

  Забавно.

  Жрец выпустил сигаретный дым из ноздрей, покачал головой...

  А ведь когда-то тут стоял прекрасный город, полный цветов, смеха, солнца и радости. Когда-то... Пока Создательница не проиграла битву за свой мир...

  Глава 6

  27, месяц Разлива, 5555 года

  1

  Над горами поднималось солнце. Его розовые лучи прорезали небольшие тучки на западном горизонте, окрашивая их в розовато-золотой цвет. Из долин и от горных озер начал подниматься белесый туман, захватывая своими призрачными щупальцами все долины, ущелья и предгорья. Еще молчали птицы, когда уставшие люди небольшого отряда отправились в далекий путь домой по вражеской территории.

  Рик помогал идти Талинде, старавшейся не быть обузой, но при этом ее шатало из стороны в сторону. Стюарт и телохранитель принцессы несли бесчувственного пилота, а еще двое охранников шли позади и впереди их маленького отряда. Лейтенант и еще один молодой пилот из отряда Рика помогали идти принцессе и следили за самим отрядом и местностью вокруг него.

  К середине дня пошел проливной дождь. С одной стороны это облегчало задачу беглецов, и позволяло надеяться, что они смогут затеряться и следы их смоет водой, но с другой видимость резко упала, и если враг был где-то поблизости, его не смогли бы заметить. Как не смогли бы розмийцы заметить и помощь, если та все же вышла им на встречу.

  Отряд спустился в долину. Там под покровом дождя Стюарт нашел маленькую ферму, где из добротного каменного гаража угнал небольшой грузовичок, куда все погрузились. Талинда настояла на том, чтобы ее мать и раненный пилот ехали в кабине, сама же промокшая девочка забралась в кузов. Из-за этого вышел небольшой спор, и тут юная засранка впервые резко и довольно невежливо напомнила своим спасителями, что она - особа королевской крови, и она сама может решить, где ее место: в тепле кабины или под дождем! В конце концов, пилот ранен! Она обязана заботиться о своих людях, и она может потерпеть.

  Рик и Стю опешили от такой злой отповеди совсем юной девушки.

  - Ее бы через колено перекинуть и по заднице надавать, чтоб всю дурь разом выбить, - буркнул подполковник Грейсстоун.

  - Не получится. Начнет пищать, что так с особами королевской крови не обращаются, - хмыкнул Рик.

  - Я все слышу, господа, - откликнулась девчонка, устроившаяся в кузове. - Прошу прощения, но вы сами виноваты, что заставили меня напомнить вам о моем происхождении. Я не настолько ранена, чтобы мне было отдано место в кабине. Я вполне здорова и могу ехать в кузове, и не стоит возвращаться к этому разговору. Нам пора трогаться, пока хозяева не увидели, что мы угнали их машину.

  Девчонка стучала зубами от холода, ее и без того поразительно белая, словно прозрачная кожа, стала отдавать голубизной и покрылась мурашками, губы посинели, а нос стал ярко-красным. Некогда каштаново-рыжие волосы до пояса теперь превратились в мокрые темные сосульки неопределенного цвета, выбивавшиеся из косы. Она еще больше напоминала продрогшего тощего цыпленка, или грязного помоечного котенка, вышвырнутого под дождь. И лишь большие серо-зеленые глазищи сверкали на остреньком личике из-под прилипшей ко лбу челки.

  - Представляешь, что будет, если она станет королевой? Мне жалко Керши, - очень тихо добавил Стюарт, усаживаясь на деревянную лавку. Рик ударил по крыше кабины, давая знак телохранителю, сидящему за рулем, что можно ехать, обернулся к другу, отер мокрое лицо ладонью, хмыкнул и покачал головой, соглашаясь со Стюартом.

  Никто из их группы еще не знал о Кровавой Свадьбе. О ней на базе в Розми объявили после вылета звена Рика по тревоге, а потом как-то не до того всем стало.

  Дорога долго петляла по горам, по долинам. Розмийцы ехали по лесам, в обход селений, мимо крупных дорог и ферм, боясь, что их не увидят. Дождь был их помощником, но он же и мешал беглецам: на разбитых проселочных дорогах машина застревала в глубоких колеях, приходилось всем пассажирам толкать ее. Иоланта сначала помогала, понимая, что у нее просто нет другого выбора, а потом, после очередного падения в глубокую лужу, из которой они выталкивали грузовичок, принцесса впала в еще больший ступор и больше не реагировала ни на что, происходящее вокруг. Она сидела на пассажирском сиденье, и даже не шевелилась, глядя прямо перед собой. Выпавшие на ее долю испытания оказались слишком тяжелы для ее тонкой натуры и хрупкой психики. Голод, боль, холод, грязь и опасность, которую чувствовали все в их маленьком отряде, сломали женщину, привыкшую к жизни во дворцах, к сытости, безопасности, теплу.

  Талинда же помогала толкать грузовик, хоть от нее было не так уж много толку: девочка была не особенно сильной, да и маленького роста. Просто ей становилось легче, так она чувствовала себя нужной и не впадала в болезненное состояние ступора, куда ушла ее мать. К вечеру девчонка была окончательно измотана, у нее болело горло, из-за непрекращающегося дождя она не могла понять: это дождь течет по лицу или слезы. Ей бы тоже хотелось сесть и ничего не делать, просто уйти в себя до того момента, как ее доставят в безопасное место, но она от чего-то не могла себе этого позволить. Эти люди рисковали своей жизнью, спасая ее! Как же она может не помогать им? Ведь жить-то ей хотелось, значит, надо было приложить все усилия, чтобы им помочь.

  2

  Марк впервые за прорву лет посетил убежище жрецов Стареллы, затерянное среди Великих Болот. Последние жрецы нашли себе прибежище не только в главном храме Стареллы на территории обители Сета, большая их часть скрывалась и жила в Великих Болотах, в затерянном городе, окруженном трясинами и зыбучими песками. Город этот назывался Якомин и в силу понятных причин, - вечно голодные болотные твари, расположение в самом сердце Великих Болот и зыбучих песков, - ученые не могли до него добраться и исследовать. Жрецам же Стареллы и без амулета твари не угрожали. Слушаться не слушались, но и не нападали. Поэтому еще на заре времен жрецы богини-матери чудовищ обосновались в этом древнем заброшенном городе.