Алекс Елин – Безумья темный страх (страница 68)

- Маршал Дженси, генерал прав, прислушайтесь к его рекомендациям, - попросила королева. – Полагаю совещание оконченным. Маршал, вы проведите чистку, генерал проследит за командованием, а судьбу Риана будем решать позже.

- Лучше сейчас, семьи погибших требуют крови. В данном случае их следует удовлетворить, так у нас будет больше шансов погасить бунт, - настоял на своем генерал.

- Хорошо, организуем трибунал немедленно, - согласилась Талинда. - Маршал Дженси, мне очень тяжело об этом просить, но наказание не должно быть самым мягким. Самым жестоким тоже. Оно должно удовлетворить горожан, иначе мятеж вспыхнет с новой силой. В нынешней политической ситуации нам это не нужно, - покачала головой королева.

- Это приказ? – осведомился Конрад. Вместе со шрамом на щеке у него задергался глаз. Кажется, он впервые вспомнил, что тут сидит не просто некий генерал РСР, а ночной кошмар всех предателей и мятежников, цепной пес короны.

- Если вы настаиваете, то это приказ, - с трудом выговорила Талинда. – Пусть Риан останется в армии, но вам придется лишить его звания и должности. Переведите на границу с Керши. Результаты трибунала должны быть обнародованы.

- Вы делаете из него козла отпущения, Ваше Величество, - постарался в последний раз заступиться за полковника маршал.

- Да, и у нас нет другого выбора. Иначе нам придется публично расстрелять Риана и тех солдат, что стреляли в горожан, - глубоко вздохнув, произнесла королева. Лицо ее закаменело, превращаясь в бесстрастную маску. – Я сохраняю ему жизнь и возможность дальше служить в армии. Он спасает жизни своих подчиненных. Их тоже надо наказать, но мягче – офицеров понизить в звании, солдат… солдатам просто вынести взыскание и на некоторое время отправить под арест. Это все.

- Как прикажете, Ваше Величество, - поклонился, вставая маршал. Он быстро и четко покинул кабинет королевы.

- Думаете, я заработала еще одного недоброжелателя, Винсент? – спросила Талинда, устало потирая глаза.

- Нет, - покачал головой Бодлер-Тюрри. – Маршал Дженси – военный, он не политик. Он не может прочувствовать ситуации в стране целиком, и действует, исходя из обычной обстановки и привычных задач армии. Но он полностью предан Вам. Он будет сердиться на Ваш приказ, но он его выполнит. Ситуация же накаляется…

– Кажется, все летит в Бездну? – она попыталась улыбнуться, но получилась какая-то жалкая гримаска…

- Нет, Ваше Величество, - постарался утешить ее генерал. – Все поправимо, у Вас все получится, просто так совпало: злобные враги и Ваше доброе сердце.

- Короли не могут быть добрыми, я знаю, - девушка говорила довольно тихо, опять повернувшись к окну, за которым был парк ее Замка Королей, - но я не могу убивать и убивать… Это ошибка, я уже понимаю. Надо быть злой и мудрой.

- Лишняя жестокость тоже ни к чему хорошему никогда не приводила, - покачал головой Винсент. – Надо быть в меру жестким, в меру добрым, как мне кажется.

- Но сейчас я должна быть жестокой, - горько усмехнулась юная королева. – И мне надо этому учиться, если еще не поздно. Хотя в последнем я сомневаюсь.

6

Рик проклял затею Мэри еще в конце первого дня пути через горы, когда за горизонтом скрылся небольшой городок Коньскосор, где они закупили запасы еды и воды.

Все начиналось, как и положено, хорошо: самолет доставил их из Фритауна в Крахор – город на северо-западном побережье моря Мечты. В Крахоре был ближайший к Коньскосору аэродром, пригодный для посадки большого самолета, что военного, что пассажирского. В Великих Горах поблизости аэропортов не имелось, а заявиться на военную базу с экспедицией Рик просто не мог. Этого бы не поняло не только командование, но и его сослуживцы.

Из Крахора вся протрезвевшая компания отправилась на небольшом судне до места на побережье моря Мечты, куда обычно приставали все плавсредства, везущие желающих добраться до Коньскосора - небольшого городка, забравшегося в горы. Судно – это было гордое название утлой посудины какого-то рыбака, подрабатывающего еще и извозом. Когда во время небольшой морской прогулки к месту назначения налетел ураган, Рик решил, что тут в морской пучине даже не родного моря Ожиданий, он и найдет свой конец. Но, тем не менее, измученные путешественники добрались до пристани на скалистом берегу.

У жалкого каменного причала возвышались четыре каменных же дома, крошечный храм Краха и маяк. Сюда обычно и причаливали лодки, перевозившие всех желающих навестить Коньскосор или редких отчаянных туристов, желающих добраться до Оракула Ветров.

Путники более трехсот километров прошли пешком пока не оказались около города – постоянного сообщения тут испокон веков не водилось, автобус до причала ходил раз или два в неделю, что совершенно не способствовало оживлению движения на пустынной извилистой горной дороге. В первый день путникам даже пришлось ночевать в небольшой пещере около дороги. Лишь утром они поняли свою оплошность: через несколько километров от их ночлега был дом, подозрительно напоминавший постоялый двор со страниц романа о средневековье, где можно было поесть и снять комнату для ночлега.

Тут уж не выдержала душа Теодора. Он обматюгал свою спутницу, бившуюся об заклад, что в этих краях постоялых дворов, и тем более гостиниц, отродясь не бывало… В век пришельцев – точно. Вот в стародавние времена, когда где-то тут находилось государство горцев или же вотчина Сета – все может быть! А сейчас… Кому, кроме туристов, и местных жителей нужны эти дикие горы и равнины? Курорты находятся на востоке и на юге!

Постоялый двор заставил Мэри надолго замолчать, а Теодора материться и потирать болящую от ночного холода поясницу. Не спасли ни теплый свитер, ни толстая куртка, надетые Тео по случаю наступающей зимы, что уже ощущалась в предгорьях. И хоть снег здесь пока еще не выпадал, Тео и Рик подозревали, что скоро снежные бури доберутся и до предгорий, как они уже захватили сами горы.

Коньскосор лежал в горной долине и был небольшим, но очень уютным, ухоженным городком. Кругом росли сосны, ели и лиственницы, а по весне городок утопал в цветах. Мощеные брусчаткой извилистые улочки, аккуратные каменные домики под красными черепичными крышами, большой, изукрашенный искусной резьбой, храм Асамата на центральной площади, вокруг которого и вырос город. Коньскосор казался чуть ли не сказочной обителью цветочных фей и располагался в живописнейшей местности, поэтому у путешественников от восторга при созерцании этого городка обычно щемило сердце, и слезы умиления подступали к глазам. Но только не у Мэри и ее спутников, тащивших на себе львиную долю их поклажи.

В городке путешественники провели ночь, а на утро отправились в путь.

Вот тут-то Рик Увинсон и проклял все на свете!

Им пришлось продираться по каким-то узеньким тропам, часто проходившим по краям бездн, на дне которых клубился молочный туман или бежали быстрые холодные реки. Несколько раз «туристы» перебирались по раскачивающимся веревочным мостам через широкие ущелья, причем мостики эти совершенно не вызывали доверия у Рика, а веревки начинали местами лохматиться. Пару раз им путь преградили остатки оползней, через которые приходилось пробираться по шатающимся камням. Мэри же мчалась вперед как одержимая!

Еще бы! Ведь где-то впереди ее ждали драконы!

Еще большим испытанием для Рика стал Оракул Ветров, встретившийся им в пути. Посреди скал на самом краю обрыва на зеленом лугу стояла маленькая круглая беседка. Самая настоящая беседка: пять рядов круглых ступеней, служивших фундаментом девяти тонким колоннам из какого-то бело-голубоватого камня, поддерживающих куполообразную крышу. Посреди строения возвышался кусок серого гранита, из которого выступала фигура женщины с крыльями. Черты ее стерлись от времени, и она напоминала размытую фотографию, а не женщину. Через основание этой подозрительной конструкции проходила трещина, а вокруг в траве лежали валуны и остатки небольшого каменного жилища служителей Оракула.

Рика легендарный Оракул совершенно не впечатлил. Зато Мэри облазила все вокруг, даже чуть не рухнула с обрыва, когда потащилась обходить само строение, Рик едва успел схватить ее за рюкзак. Впрочем, ругань, обрушившаяся на голову рыжей бестии, не сделала ее более осторожной: через пять минут Мэри уже перегнулась над пропастью, пытаясь рассмотреть какие-то обломки, что упали куда-то на уступ под Оракулом.

Ночевали путешественники в развалинах жилища служителей. В ночи в лучах Самканы и Алифия[1] Оракул светился мягким белым светом, что выглядело просто фантастически, но сильно мешало спать.

Рик всю ночь просыпался от каких-то кошмаров и странных снов. То он был прикручен к столбу, его собирался расстреливать взвод каких-то головорезов; то он вбегал в ванную, в которой в кровавой пене билась Мэри Лаура; то его раненного кершийцы волокли на какой-то корабль, отвешивая пинки, а у него не было сил даже закрыть глаза; то он вел к алтарю какую-то девушку, ощущая неописуемую радость за нее… Бред полный!

Проклятый свет Оракула лез в глаза и не давал спать, кошмары будили в редкие мгновения, когда полковник Увинсон проваливался в забытье, а Мэри еще и болтала во сне. Судя по всему, ей снилось что-то приятное: она улыбалась, смеялась, и весело разговаривала с кем-то неведомым. Утром полковник был не в духе, злой, уставший, и пожелал убраться от этих проклятых развалин как можно быстрее.