Алекс Елин – Безумья темный страх (страница 56)

- Слежка за храмом Сета в пустыне Стенаний не дала никаких результатов – наши жрецы сидят тихо, - продолжил тем временем генерал. - Мой агент из Нерейды сообщает о том, что там все спокойно, происходит обычное пиковое нашествие, - генерал немного замялся. – Что там может быть еще… В центре Розми… - он нахмурился, а потом продолжил доклад. - На сей раз, я полагаю, возмутители спокойствия, связанные с Сетом, действуют из Керши и Алсултана. Наши возмутители спокойствия уже нам известны: Корнесси, недобитки Арено, Сандей и другие… К сожалению, вынужден Вас предупредить, Ваше Величество, что в заговоре, возможно, участвует семейство Увинсон из Ариэль.

- Они родственники полковника Увинсона? – удивилась королева.

- Это его отец. Полковник Увинсон, как и подполковник Грейсстоун пошли против семьи, их отцы поддерживают мировоззрение бунтовщиков. Нет доказательств связи их отцов с мятежниками, но… - генерал многозначительно пожал плечами.

- А самого дядюшку Нила именно в силу его болтовни и воплям о правах на трон, мы убрать и не можем, - Талинда постаралась увести разговор со скользкой дорожки. Она интуитивно верила Рику Увинсону и Стюарту Грейсстоуну. Объяснить эту веру она бы не смогла. Для этого надо было просто убегать с ними из вражеской страны. Устраивать погребальный костер матери. Пройти пещерами под Великими Горами. - Нам еще одного мученика только и не хватает, он итак выставляет Лоуренса моей жертвой. Но приставить соглядатая к каждому командиру, общающемуся с Нилом и его финансистами и старой знатью, мы тоже не можем – у нас просто людей не хватит, ведь надо еще следить за нашими любимыми кершийскими и прочими послами и дипломатами. Кстати, они в этом заговоре не отметились? – королева задумчиво взглянула на генерала, минута слабости и ужаса прошла, надо было думать и решать дальше.

- Пока я не имею на этот счет никаких сведений, Ваше Величество, -генерал пожал плечами. – Однако я имею все основания подозревать, что без Керши, Луисстана и Алсултана здесь дело, как всегда, не обошлось. Без них никогда ничего не обходится, - он заложил руки за спину, пожевал немного губами, а потом выдал главное. – И самое неприятное известие заключается в том, что я не могу быть на все сто процентов уверенным в моих агентах. Те, кто занимает командные должности, верны Вашему Величеству, я лично их подбирал, а вот рядовые агенты… В сложившейся ситуации, я не могу сказать, на чьей стороне они будут, когда начнется смута, и на какой стороне они уже сейчас. То же самое я не могу сказать о Вашей охране.

- Великолепно, - королева вздохнула. Она почему-то именно так и думала. И хоть про покушения на кузена и про гибель ее семьи генерал ничего не сказал, девушка была совершенно уверена, что это он подразумевает. – У нас на носу восстание, восстание народа и военных, а мы не можем быть уверены даже в наших агентах и в моих телохранителях! Очаровательно! – она со злостью пнула камень, лежащий в бордюре дорожки. Злость просто волнами начала подниматься в душе королевы. Да, что же это такое? За что ей такие страдания?! Чем она провинилась перед богами Света? Редко молится?! Или мало жертвует на храмы??? Но дед, мероэ и сами боги всегда говорили, что человек должен рассчитывать только на себя! Боги будут помогать лишь в крайнем случае!

- Я сделаю все возможное, чтобы мягко подавить восстание и прекратить брожение в умах военных и гражданских, но в сложившейся ситуации это будет очень трудно! – продолжил Винсент, разглядывая гладь озера. - Всегда найдутся недовольные и просто люди, полагающие решение Его Величества Джонатана II не вполне правильным. Многие же жрецы уже ведут работу с паствой, они не на Вашей стороне. Они на стороне Вашего дяди, особенно усердствуют жрецы Крома, Пантеры и Краха… Хотя встречаются жрецы других богов, но они явно в меньшинстве в своем ордене.

- И они ведь правы – у меня куда меньше прав на престол, чем у Лоуренса, я хоть и старше его, но я – женщина, - королева глубоко вздохнула, пытаясь подавить гнев. – Их даже винить нельзя.

- Таково решение покойного короля, его нельзя обсуждать. Король Розми стоит вне рамок законов и конституции, его действия могут осуждаться только богами Света, - немедленно отчеканил генерал Бодлер-Тюрри. Он верил в свои слова, и другой правды для него не существовало. Он был предан только правителю Розми. Никому больше. Но остальные жители страны мыслили свободно, они вполне могли признавать права Лоуренса и соглашаться с Нилом…

- Солдаты служат, прежде всего, Розми, а потом уже короне, так уж заведено, ведь и я служу Розми, - грустно улыбнулась Талинда. – Их нельзя упрекнуть, - она постаралась улыбнуться еще раз. Пролить кровь своих подданных… Стать кровавым тираном… Выбрать меньшее зло, чтобы предотвратить большее… Она не могла пока решиться на это… Не могла. Хотя уже понимала: если она сейчас не прольет кровь сотен людей, через какое-то время прольется кровь уже десятков тысяч розмийцев.

- Не буду спорить, Ваше Величество, но сейчас наша главная задача – не пропустить начало активных действий и отсечь армию от остальных заговорщиков, а так же выявить склонных к другой точке зрения среди Вашей охраны и моих агентов. И я бы предложил все же… убрать принца Лоуренса, - немного помявшись, выдавил Винсент.

- Нет, - даже остановилась юная государыня. – Нет! Я не убью ребенка! Он итак сослан в Замок Орла! Об этом никто не знает. Я просто ничего не сообщала о его судьбе, и пусть кто-то считает его мертвым, но он жив! Винсент, это не обсуждается. Я не пролью его кровь.

- Простите, Ваше Величество, но пока он и в самом деле жив, он будет служить вечным поводом для бунта! После окончания бунта, если он закончится Вашим низложением, принцу не удастся долго прожить. Его судьба решена. А так мы уберем причину восстания, Вы останетесь единственным и несомненным правителем. Можно будет организовать несчастный случай, и хоть половина сомневающихся не поверит в него, другая половина обязательно поверит! - воскликнул генерал. – Это надо сделать. Надо.

- Нет!!! Даже не думайте об этом! – повысила голос королева.

- Зря, Ваше Величество, - вздохнул генерал. – Я постараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы предотвратить восстание, но прольются реки крови.

- Сделайте.

- Я поклялся Вашему деду Вас защищать, и я это сделаю. Но я не согласен с Вашим решением. Его Величество был бы тоже не согласен с ним.

- Мой дедушка мертв. Решаю я. Я не дам пролить кровь невинного ребенка, - отчеканила Талинда. – Вы этого не сделаете, не так ли?

- Я подчиняюсь Вашим приказам, - склонил голову генерал. – Я помню свой долг.

- Хорошо, - кивнула королева.

- Теперь прошу меня простить, но я вынужден откланяться, очень много дел, а предстоит сделать еще больше, - генерал склонил голову перед королевой, прижав правую руку к сердцу, как требовал обычай.

- Идите, Винсент. Спасибо. Я полагаюсь на Вас, - она кивнула, попытавшись выжать измученную улыбку, но получилось довольно плохо.

Генерал ушел, а королева осталась в одиночестве у озера. Она долго смотрела на прозрачную гладь воды, на плавающих в озере белых и черных лебедей, на отражавшиеся в воде облака. Легко принять роль королевы, но стать ею – очень трудно, особенно если тебе всего лишь восемнадцать лет, и ты еще недавно шила платья куклам.

Интересно, что же имел в виду генерал, говоря о том, что он помнит свой долг? Вдруг существует посмертный приказ деда? Такое вполне могло быть. Дедушка сумел бы найти способ править из могилы. Если же он отдал последний приказ, убить Лоуренса, то кто иной, как не генерал Бодлер-Тюрри попытается его выполнить?

Генерал всецело предан ей, но истинным хозяином Винсента был ее дед. Неужели же генерал упорствует в своих разговорах о казни кузена, памятуя приказ мертвого сюзерена? Тогда, если она будет продолжать сопротивляться казни мальчика, может ли Винсент начать действовать в одиночку? И как же в итоге погибла ее семья?

Талинда взрослела очень быстро, понимала, что выбора у нее нет, его ей не оставили заговорщики и дедушка. Она поняла, что удел многих правителей – одиночество. От этого становилось еще грустнее и страшнее.

Недавно она открыла для себя, что ненадолго легче может стать, если хорошо и много выпить, лучше шампанского, вино не доставляло столько легкости и не производило нужного эффекта. В связи с молодостью, юная королева еще не познакомилась с последствиями злоупотребления алкоголя – организм довольно успешно справлялся, да и пила девушка пока не так часто. Поэтому временами Талинде казалось, что алкоголь – универсальное средство от ее бед. Особенно после второй бутылки шампанского.

3

Прошло два месяца с тех пор, как Миранде отказали в эвакуации, по сути, подписав тем самым ей смертный приговор. Мэр Мелланью выступил тогда по местному радио с сообщением о всеобщей мобилизации, следующим утром его призыв напечатали в местной газете, на первой полосе.

К облегчению мэра и полковника Лэндхоупа, горожане без особой паники восприняли новости о том, что положение Миранды серьезней не придумаешь, эвакуации не будет, прислать помощь в необходимом объеме никто не имеет возможности, и спасение утопающих, в общем-то, - дело рук самих утопающих. Посему, дорогие жители Миранды, коли жить хотите, то вставайте на защиту собственных жизней, да жизней своих близких – армия на этот раз не может самостоятельно защитить обреченный город, маловато солдат нынче будет… А вот тварей что-то многовато на сей раз собралось… и жрать им явно очень хочется…