Алекс Джун – Мое сердце отдайте волчице (страница 8)

Через минуту вошла Эл с двумя подносами, она уже успела заново причесаться и была чудо как хороша.

− Сегодня ты даже нормально питаешься? − сказал Вес, глядя как Тай уплетает мясо за обе щеки.

− Это вынужденная мера, мы в городе, и нет возможности поохотиться самой.

− Ясно.

Была уже глубокая ночь, а трактир и не думал пустеть. Тай слышала звон бокалов, смех и разговоры. Она почти допила бутылку вина и начала чувствовать лёгкое головокружение, мысли немного путались. Навязчивая мысль о том, что неплохо было бы выследить Энтэна по запаху, догнать и ещё раз извиниться не давала ей покоя, и даже алкоголь не мог её заглушить.

− Лучше я спать, − Тай медленно встала из-за стола.

− Я тоже скоро пойду, − ответил Вес.

Они с Эл обсуждали какую-то очередную байку, услышанную трактирщицей от одного из посетителей.

Девушка поднялась по лестнице и отперла ключом дверь своей спальни. В соседней комнате тихо спал Гин. Тай подошла к окну и открыла его настежь, прохладный ночной ветерок растрепал её волосы. Спать совсем не хотелось, на небе светил тоненький месяц, окружённый яркими звёздочками. С улицы доносился шум праздника, фестиваль «Летние Ночи» был в самом разгаре.

− Я не буду его преследовать, только немного проветрю голову, разомнусь, – решила Тай.

Она скинула свою одежду на пол и выпрыгнула на улицу. Двигалась волчица очень быстро. Всё, что могли заметить случайные прохожие – лишь чью-то тень, промелькнувшую между домов.

Тай наслаждалась бегом и свободой, она готова была выть от радости, но сдерживала себя. Сделав пару кругов по ночным улицам, избегая освещённых мест и гуляющих людей, волчица остановилась на окраине города. Знакомый запах манил её прочь, в сторону деревни пастухов, где ещё недавно Тай расправилась со шхорнами. Видимо, Энтэн решил сразу наведаться в разрушенную землянку, оборудованную под лабораторию. Тай медлила. Алкоголь в крови приглушал разум, а сердце тоскливо тянулось к тому, кого она уже твёрдо решила вычеркнуть из своей жизни. Энтэн снова её манил, но в то же время пугал. Что она скажет ему? Что сделает? Тай сжала челюсти и повернула обратно. Она проворно запрыгнула в окно своей спальни, бесшумно юркнула в кровать и забралась под лёгкое одеяло. Подушка была мягкой и безумно вкусно пахла, уткнувшись в неё носом, девушка тут же уснула. Гин вздрогнул и открыл глаза.

− Какого хрена, Вес, тут же две кровати! − Гин потянул одеяло на себя, но вместо Веса обнаружил в постели голую Тай.

Она сладко сопела, свернувшись клубочком. Не веря своим глазам, Гин ткнул её пальцем в щёку, но девушка не шелохнулась. Тогда он быстро укрыл её с головой одеялом и сел, пытаясь окончательно проснуться. Должно быть, ему просто приснился реалистичный сон. Гин похлопал себя по щекам, нащупал на тумбочке спички и зажёг свечу, а потом откинул край одеяла. Длинные чёрные волосы девушки мягкими волнами разметались по подушке, её розовые губы были чуть приоткрыты, а размеренное дыхание говорило о глубоком сне. Гин сглотнул, прокручивая события последних часов. Как так получилось, что он заснул один, а проснулся рядом с голой Тай? Скрип распахнутого окна подсказал ему, как девушка могла очутиться в его постели. Но зачем? Гин провел ладонью по лицу, стирая остатки сна, а потом решил всё прояснить.

−Тай, ты чего? – он потряс девушку за плечо, − Эй, это моя кровать!

Она нехотя открыла один глаз, и посмотрела на мужчину.

− Разве уже утро? По-моему, ты рано пришёл меня будить! – Тай снова сомкнула веки.

− Это не я пришёл тебя будить, это ты зачем-то залезла в мою постель! – злобно прошипел Гин. – Что если сейчас сюда Вес поднимется, а ты тут без одежды?

– Не ворчи и дай поспать. Ты такой нудный! – Тай пнула Гина в бок. – Кыш!

– Сама кыш! – Гин схватил её за пятку и засунул ногу Тай обратно под одеяло.

Внезапно ему стало смешно. Как эта малявка умудряется постоянно вляпываться в такие странные истории? То она сбежала от принца, то прослыла демоном, поедающим людей, а теперь вот зачем-то залезла в его кровать и ещё кричит ему «кыш» словно надоедливому голубю. Гин тихонько встал, вышел из комнаты и толкнул соседнюю дверь, за которой располагалась спальня Тай. Не заперто. Обрадованный, он вернулся к себе, подоткнул вокруг сопящей девушки одеяло и осторожно взял её на руки, намереваясь отнести в её комнату. Но, стоило ему подойти к двери, как на лестнице раздались знакомые шаркающие шаги. Гин заметался со своей ношей по комнате, не зная, что лучше предпринять. Сердце в панике сжалось, Гин почувствовал себя мальчишкой, которого вот-вот застукают родители за постыдным занятием. Он швырнул Тай обратно на кровать, а потом два счёта оказался у входа. Едва Вес попытался войти, как Гин с силой захлопнул дверь, чуть не прищемив другу пальцы.

− Прости дружище, я не один, погуляй часок, − шёпотом сказал Гин.

− Когда ты успел с кем-то познакомиться! – удивился Вес – Ладно, понял… Нашёл тоже время развлекаться!

Вес побрёл обратно, продолжая что-то недовольно бурчать себе под нос. Гин вздохнул и обернулся, но Тай уже и след простыл, лишь только ветер трепал занавески у распахнутого окна, да лунный свет заливал его смятую постель. Гина разобрал нервный смех. Он снова лёг в кровать, стараясь уснуть до прихода Веса, чтобы не пришлось отвечать на его дурацкие вопросы.

***

− Как нехорошо всё вышло, − лихорадочно размышляла Тай. – Почему мне вечно так не везёт! Что теперь Гин подумает обо мне? А ещё это дурацкое стекло!

Она уже сидела на краю кровати в своей комнате и перевязывала ступню. Когда Тай осознала, где находится, она так торопилась поскорее убежать, что не заметила, как наступила на разбитую кем-то бутылку.

−Не надо было столько пить! – злилась девушка, бинт не слушался и выскальзывал из рук, голова кружилась. Кое-как остановив кровь, Тай легла в постель. Она постаралась припомнить, что натворила в комнате Гина. Он швырнул её на кровать, а до этого куда-то нёс, наверное, в её комнату. А ещё ранее она пинала его и обзывала нудным. И, конечно, была голой. Боги! Уж лучше бы она потащилась за Энтэном. Он давно привык к её сумасбродству. Тай заскулила от досады и смущения, колотя ногами и руками по кровати, что было сил. «Да и плевать!» – наконец выкрикнула она, не заботясь о том, что её услышат в соседней комнате. Постепенно сон окутал Тай, освободив от тяжких дум и переживаний. Девушка погрузилась в сладкое забытьё до самого рассвета.

Вес ел свой завтрак, ни на секунду не переставая сверлить друга тяжёлым взглядом. Гин же сидел, как ни в чем не бывало, и невозмутимо жевал яичницу, делая вид, что ничего не замечает.

− Может, расскажешь, наконец, пока Тай не пришла?! – возмутился Вес.

Гин отложил вилку и задумчиво посмотрел в окно, день обещал быть тёплым и солнечным.

− Что вы вчера делали, после того как я ушёл спать? – серьёзно спросил он.

− Да это-то тут причём! Не смей менять тему разговора! − Вес уже кипел от злости.

− Я вовсе и не пытаюсь сменить тему, − Гин устало потёр переносицу, − если будешь реагировать спокойнее, я тебе всё расскажу, а то ты разорался на всю таверну.

− Ну??

− Тай вчера залезла в моё окно, видно перепутала. Извини, что не пустил тебя сразу, просто она была без одежды, видать, бегала в облике волчицы по городу, я боялся, что ты всё неправильно поймёшь.

− Да ладно! – изумился Вес. − И что было?

− Так я и знал, что ты ерунды понапридумываешь! – разозлился Гин. – Ничего не было, и быть не могло! Ты хоть помнишь, сколько ей лет? Да и вообще, мы на задании, а не на увеселительной прогулке!

− Ну, про возраст – это отдельная тема, − философски заметил Вес. – Ты, правда, думаешь, что к ней применимы человеческие мерки? Вот волки, например, редко до двадцати лет доживают…

− О чём спор? – Тай внезапно появилась у их столика и села на свободный стул.

− Ешь скорее, я взял тебе яичницу и чай, − Гин придвинул к девушке тарелку, − нам по-хорошему уже пора идти в порт, чтобы успеть к полудню.

Тай покосилась на Гина и с неохотой взяла вилку. Она вяло ковырялась в еде, скорее для вида размазывая желтки по тарелке, чем завтракая. Вес чувствовал напряжение, которое возникло между напарниками, он открыл было рот, чтобы спросить, как им спалось, но Гин одарил его своим самым убийственным взглядом, после которого заткнулся бы даже сам Глава Золотой Долины, а он был известный упрямец и несносный болтун.

Покончив с едой, троица двинулась в путь. Гин и Тай сторонились друг друга, и Вес не знал, как лучше сгладить возникшую между ними неловкость.

− Я вот всё думаю, − начал он издалека, − сколько живут оборотни?

− Какие? – не поняла Тай, они шли уже примерно час, и порезанная нога всё настойчивее давала о себе знать. Девушка изо всех сил старалась не хромать и не отставать от мужчин.

− Ну, сородичи твои, − неуверенно ответил Вес.

− Насколько мне известно, я такая одна.

− А как же родители, они кто вообще?

− Наверное, вам лучше обо мне побольше узнать, − задумчиво ответила Тай. − Мы всё-таки напарники, я расскажу свою историю.

– Обожаю твои рассказы! – оживился Вес. – А ты, Гин?

Но тот лишь неопределённо пожал плечами. Тай ненадолго замолчала, прикидывая с чего лучше начать.

− Примерно лет двадцать назад в Зелёной Долине один талантливый учёный по имени Нуск открыл свою исследовательскую лабораторию. Под его руководством работало десять человек, их целью было создать идеального воина, превосходившего по своим физическим данным обычных людей. Исследования велись тайно, так как используемые методы были довольно жестоки и бесчеловечны. Нуск хотел вырастить абсолютно новое существо, обладающее уникальными качествами. Он пытался скрестить человека с развитым интеллектом, и животное, превосходящее человеческий род в физической силе и ловкости. Экспериментов было довольно много, в них участвовали медведи, волки, украденные люди, но ни один из них не удался, созданные в лабораторных условиях эмбрионы погибали. После тщетных попыток, Нуску, наконец, удалось решить проблему. Не знаю точно, каким образом, но он создал уникальное вещество – хис, или по-другому искусственную душу. От Крина мне известно лишь, что процесс приготовления этого вещества был достаточно трудоёмким и потребовал многих человеческих жертв. Нуск успел получить лишь одну порцию хис, но всё равно это было весьма грандиозное изобретение. Хис ввели слабому умирающему эмбриону, гибриду волка и человека, это позволило ему не только выжить, но и, как выяснилось позже, приобрести ряд определённых качеств. Гибрида выносила и родила волчица. Это произошло примерно шестнадцать лет назад, меня назвали И, я была первой и единственной в своём роде. Нас с мамой почти всё время держали в клетке на цепи, выпуская лишь для того, чтобы провести очередной эксперимент. Развивалась я как обычный ребёнок, гораздо медленнее, чем растут волчата. Но всё равно рядом с мамой я предпочитала звериную ипостась и превращалась в человека, лишь когда этого требовал Нуск. Волчья форма давала мне гораздо больше преимуществ – сверхскорость, сила, в человеческом обличии эти качества, к сожалению, не проявлялись. Был ещё один нюанс. Я не могла противиться воле Нуска, делала всё, что он мне приказывал, даже если не хотела этого. Хис наградило меня не только уникальными способностями, но и невозможностью ослушаться своего создателя. В лаборатории я прожила примерно четыре года, меня научили ходить и разговаривать, правда, хорошо обращался со мной только Крин. Он был самым молодым учёным и единственным, кто видел во мне ребёнка, а не орудие для убийств. Крин играл со мной, пока никто не видел, читал книжки, приносил нам с мамой разные вкусности и даже подарил мне плюшевого медвежонка. Оказывается, он долгое время придумывал план, как освободить нас и защитить от Нуска. Крин обратился за помощью к Главе Белой Долины и рассказал о тайной лаборатории, трудящейся над созданием сверхлюдей. Лишь обо мне он утаил. Тому, конечно, не понравилось, что в Зелёной Долине, которая находится по соседству, проводят подобные эксперименты. Он тайно послал наёмников зачистить территорию и арестовать всех учёных. Но Глава Зелёной Долины узнал о вторжении белых на свою землю, и направил нескольких воинов во всём разобраться. В итоге на лабораторию сначала напали белые, а потом и зелёные подоспели. Завязалась драка, нам с мамой и Крином чудом удалось сбежать. Как выяснилось позже, Нуска арестовали белые, почти всех учёных убили, лишь некоторые успели скрыться, а лабораторию сожгли. Зелёные же, увидев последствия чудовищных экспериментов, горы костей пропавших жителей и прочее, обвинили во всём Главу Зелёной Долины. Хотя Глава Долины упорно отрицал свою причастность к лаборатории, его сняли с должности и посадили в темницу, до сих пор неизвестно, имел ли он к этому отношение.