Алекс Джиллиан – Улей. Книга 2 (страница 53)

Я снова, как болванчик киваю, не сводя напряженного взгляда с его лица. Сердце колотится на разрыв, боль отступает под воздействием зашкаливающего адреналина. Я словно очутилась в триллере про Зомби-апокалипсис, но только за дверью не вымышленные Голливудом твари, а доведённые до звериного облика люди. Они жертвы… жертвы изощренной жесткости себе подобных. Но сейчас у меня нет права на сострадание. Корпорация уже убила в них все человеческое. Это не убийство, а акт милосердия.

«Давай», Дэрил подает хорошо изученный зрительный сигнал, и мы одновременно отскакиваем назад. Дверь отлетает в сторону, с грохотом ударяясь о стену.

Шершни с гортанным рычанием врываются в узкий коридор. От ужаса стынет кровь. Уродливые оскаленные лица оказываются совсем близко. Они настолько огромные, что не промахнулся бы даже Антон. Мысль о брате оседает в груди свинцовой тяжестью, я взвожу курок и начинаю стрелять по движущимся мишеням. Целюсь в голову, чтобы наверняка.

Вой, рычание, хрипы, хлопки выстрелов, звуки массивных падающих тел. Мое лицо и волосы в крови, кусочках костей и мозговой жидкости. Я задыхаюсь, тошнота волнами подкатывает к горлу.

Дэрил тянет меня за руку. Проход, наконец, свободен.

6.2

Дальше все, как в кошмарно-реальном сне. Мы бежим через сад, по мокрой траве. Ливень хлещет в лицо. Ветки деревьев рвут в клочья одежду и царапают кожу. Я не чувствую боли, холода, усталости, ничего не чувствую, кроме одержимой потребности двигаться вперед.

— Справа, — крик Дэрила заставляет меня очнуться, и я разряжаю последний патрон в выскочившего из-за толстого ствола пальмы шершня.

Он, тем временем, ликвидирует еще двоих. Я начинаю судорожно считать пули и трупы. С трупами проще. Два в гостиной, четыре у запасного выхода, трое сейчас. Всего девять. Патронов было больше. Возможно, вдвое или даже втрое. Боже, у нас с собой больше ничего нет. Все оружие осталось в доме.

Остановившись, чтобы передохнуть, я оглядываюсь назад, удивляясь, как далеко мы удалились от виллы. Снова смотрю вперед, узнавая знакомые очертания леса. Отсюда до бункера буквально полкилометра. Я знаю, зачем он меня сюда привел.

— Ты в порядке? — Дэрил зарывается пальцами в мои волосы, заставляя посмотреть на него.

— Нет, — не в состоянии храбриться, отрицательно качаю головой. — Патроны кончились, — бросаю бесполезный Глок на землю.

— Возьми мой, — Дэрил вставляет в мои пальцы свой пистолет. — Обойма наполовину целая. Должно хватить.

— Не смей. Не возьму, — жалко всхлипываю я, разжимая пальцы. Он рывком прижимает меня к себе, засовывая пистолет в мою кобуру, целует в макушку и обещает, что осталось потерпеть совсем немного.

Я киваю, но не верю. Ни капли не злюсь, что он врет. Не тот случай. Вымученно улыбаюсь, закидываю лицо, ловлю его губы своими и отчаянно целую, впиваясь ногтями в его затылок. Он отвечает так же неистово. За нашими спинами раздаётся очередная серия взрывов. Дом и его периметр превращаются в огромный пылающий факел, сжигая все и вся оказавшееся внутри.

Мне плевать.

Сейчас плевать.

Я не могу оторваться.

Сейчас мужские губы и горячий настойчивый язык — центр моего мира. Все остальное тлен и пародия.

Пару месяцев назад я и понятия не имела, что смогу испытывать нечто подобное. «Просто мышца» разрывается от эйфории и восторга, пока вокруг горит земля и гибнут люди, до которых мне нет никакого дела.

Так целуются в последний раз. Мы оба это понимаем.

— Скажи, — оторвавшись, хрипло требую я, глядя в затуманенные светлые глаза.

Ручейки стекают по мужественному лицу, и я размазываю их пальцами, поражаясь, почему вода не шипит, соприкасаясь с его пылающей кожей. Дождь идет сплошной стеной, смывая с меня грязь, пот и кровь, в черном небе сверкают кривые зигзаги молний. Мы бесконечно долго смотрим друг друга в глаза, но на деле не проходит и тридцати секунд.

— Скажи, — повторяю сквозь зубы.

— Я вернусь, — снова читаю по губам и пропадаю в коротком прожигающем насквозь поцелуе.

— Не это, — сдавливаю ладонями его скулы и яростно рычу. — Скажи! — а в следующую секунду плачу, как ребенок, которого безжалостно обманули. — Так нечестно, Дэрил.

— Ты забыла, — прижав губы к моему уху, шепчет он, до боли стискивая мою талию. — В этой игре нет никаких правил, — оттолкнув меня, он взмахивает рукой в сторону леса. — Беги, Диана.

Врезавшись спиной и раненным бедром в ствол дерева, я сдерживаю стон от стреляющей боли. Сжимаю зубы, и опустив голову, исподлобья смотрю, как Дэрил разворачивается и начинает медленно удаляться в направлении полыхающей виллы.

В первые мгновенья я еще верю, что он вернется, или хотя бы оглянется назад, но он продолжает идти уверенной походкой. Безоружный, бездушный монстр, голыми руками вырвавший мое сердце.

А если я не побегу? Он же не бросит меня здесь?

Открыв рот, я хочу закричать, но мои губы затыкает мозолистая мужская ладонь, и в следующее мгновенье мощное твердое тело прижимает меня к царапающей спину кроне, полностью обездвиживая и не позволяя дотянуться до оружия.

— Он не вернется, детка, — произносит знакомый голос.

Я едва различаю его слова, шум в ушах все еще глушит другие звуки. Эйнар отводит голову назад, и встретив его немигающий взгляд, я снова начинаю мычать и брыкаться.

— Тихо, или я могу нечаянно сделать тебе больно, — он медленно убирает ладонь, с моего лица, но вместо нее вставляет в рот дуло пистолета. Говорит спокойно и размеренно, совсем не так, как обычно. — Ты хочешь жить, Диана? Можешь кивнуть, я пойму.

Я прекращаю дергаться и делаю то, что он требует. Глупо провоцировать здоровенного мужика с пушкой, вставленной тебе в зубы.

Скользнув взглядом вниз по его телу, я замечаю, что мой вожделенный автомат неплохо приспособился на его плече и внезапно вспоминаю, что случилось с Антоном, когда он напал на меня с ножом. Сейчас ничего подобного не происходит. Значит, я нахожусь в слепой зоне и ничто не помешает Эйнару выстрелить в меня, если его цель действительно в этом, что крайне сомнительно. Учитывая его недавние признания, я бы поставила на другой вариант, но …

Боже, мне нужна хотя бы крошечная передышка.

Я больше не могу.

Не могу…

Виски сжимает пронзительная ослепляющая боль. Я безвольно опускаю руки и закрываю глаза.

— Вот и умница, — удовлетворенно произносит Эй. — А сейчас мы вместе пойдем искать запасное укрытие, — он медленно отводит пистолет, собираясь убрать его в кобуру, но резко заваливается в сторону.

6.3

Я не успеваю толком ничего понять. Эйнар только что стоял передо мной, уверенно ставя условия, а теперь катается по траве, сцепившись в схватке с лысым мужиком в камуфляжных штанах и голым испещренным шрамами могучим торсом. В том, что эта особь мужского пола говорит отсутствии груди, но я могу и ошибаться.

Шершень массивнее и физически сильнее Эя, но тот шустрее и изворотливее. Выбравшись из-под массивной уродливой туши, он бьет противника кулаком в висок, тот хрипит и еще больше свирепеет. Зарычав, шершень блокирует попытку Эйнара дотянуться до оружия и сбивает его с ног. Навалившись сверху, разъярённый монстр бьет Эя лбом в переносицу, а затем сдавливает огромными ручищами шею.

— Стреляй, — сдавленно хрипит Эйнар.

Услышав (несмотря на отсутствие ушных раковин) и видимо поняв слова Эя, шершень резко вскидывает голову и замирает, уставившись на меня совершенно диким злобным взглядом.

Облизав острые зубы, чудовище ослабляет хватку и грозно рыкнув, сползает с несопротивляющейся жертвы. Оцепенев от ужаса, я не могу пошевелиться, словно парализованная смотрю в омерзительное перекошенное лицо с глубокими рытвинами на щеках и подбородке, будто из них кто-то вырвал куски плоти. Оскалив изуродованные следами старых шрамов губы, он по-звериному прыгает в мою сторону.

Автоматная очередь, выпущенная в спину, застает шершня над землей. Дернувшись в воздухе, он издает протяжный вой, и падает к моим ногам, успевая задеть кожу на лодыжках грязными острыми ногтями, и только потом издает последних вдох.

— Только не говори, что он тебя настолько очаровал, что ты не смогла в него выстрелить, — сплюнув на траву сгусток крови, раздраженно бросает Эйнар.

Его нос выглядит хреново, как и вся физиономия в целом, но, судя по настрою, жить будет. Он ждет какого-то ответа, а я ошеломлённо молчу, пытаясь осмыслить случившееся. Боже, он ведь и правда мог меня убить, пока я просто тупо стояла, ничего не предпринимая.

— Я, конечно, подозревал, что ты прешься от монстров, но не думал, что настолько, — не дождавшись от меня никой реплики, Эйнар еще пытается шутить. Все-таки у парня железные нервы и стальная выдержка. Зря я сомневалась в его способностях.

Он осторожно приближается к трупу, толкая его ногой, и только убедившись, что тот не воскреснет, расслабляется, вешая автомат на плечо. Потирает крепкую шею, на которой уже начали темнеть следы от рук шершня. Ему нехило сегодня досталось. Впрочем, Эйнару не привыкать выбираться из смертельных передряг. В ином случае Дэрил бы не выбрал его… Не выбрал — для чего?

Спрятав лицо в воняющих кровью ладонях, я сдавленно всхлипываю, ощущая, как на меня обрушивается смертельная усталость. Боль пульсирует во всем теле, чувствую себя полной размазней. Меня к такому не готовили, черт возьми.