Алекс Джиллиан – Улей. Книга 2 (страница 3)
— Что конкретно он сказал? — перебивает Кронос и по тону его голоса я понимаю, что для него разговорчивость Мина — большое и неприятное откровение.
— Дословно: Улей организовал убийство ее семьи, потому что отец не поверил в гибель дочери и стал лезть туда, куда не надо, — подняв голову, четко отвечает трутень.
— Он назвал какие-то имена? — потерев ладони друг о друга, задумчиво интересуется Крон.
— Нет. Имен не было, — уверенно кивает Эйнар.
— Как пчелка среагировала на слова господина Мина?
— Все случилось в течении нескольких секунд. Она взбесилась. Ни он, ни я не ожидали такого бурного всплеска агрессии. Пчелка вцепилась зубами в его руку, вырвала нож и полоснула им по горлу господина Мина, а затем выколола глаза. Когда я подбежал, он уже бился в судорогах.
— Как тебе удалось вызвать Бута? — после непродолжительной паузы, спрашивает Кронос.
— Я снял часы с господина Мина, догадавшись, что на них должна быть кнопка экстренного вызова.
— Странно, что он сам ее не нажал. Не так ли?
— Секунды…все случилось за секунды. Он просто не успел.
— Но господин Мин попытался, — вставляю я. — Но ошибся кнопкой и запустил механизм находящейся в номере конструкции, в следствие чего погибла еще одна его личная пчелка с минус первого уровня.
— Какое чудовищное невезение, — покачав головой, с фальшивым сожалением заключает Крон, и поочередно сканирует меня и Эйнара глубоко задумчивым взглядом. — Чтобы убедиться, что все было действительно так, мне понадобиться заключение экспертной криминалистической группы.
— Крон, я считаю, что мы можем обойтись без криминалистической группы, — снова вмешивается Медея, ласково поглаживая мужа по плечу. — Нам ни к чему глаза и уши спецслужб. Мы справимся своими силами. Совет ни о чем не узнает, и наша репутация будет чиста. По-моему, здесь все очевидно. Трутень нарушил инструкцию и не осмотрел пчелку. Если бы он это сделал, то господин Мин был бы жив и здоров. Я придерживаюсь первоначального варианта. Убрать свидетелей, а потом организовать нашему почетному гостю трагическую случайную смерть и роскошные похороны.
— Ликвидировать Эйнара нецелесообразно, — поднявшись из кресла, я неторопливо направляюсь к овальному столу. Охрана подрывается за мной, но Крон жестом приказывает им не суетиться. — Во-первых, у него высокий рейтинг среди гостей, Эйнар приносит корпорации больший доход, чем любой из трутней двенадцатого уровня, — положив ладони на столешницу, я немного наклоняюсь вперед и проговариваю свою мысль, глядя исключительно на Кроноса. Медее мое предложение точно придется не по вкусу. — Во-вторых, гости ждут его появления на сезонном стриме. В-третьих, мы потеряли выгодный частный контракт, но можем получить новый, выставив Эйнара на аукцион. Разумеется, только в том случае, если он выживет. Учитывая, что парень год продержался на шестом уровне, у него неплохие шансы и следовательно высокая цена.
— А если он будет болтать? — ожидаемо влезает Дея. — Это риск, Бут. Я против.
— Моя госпожа, — я учтиво склоняю голову и придаю своему голосу вибрирующую низкую интонацию, от которой она обычно сразу начинает течь, как сука. — Я осмелюсь повторить: трутень продержался на шестом уровне в течении года. Кроме него, этого не удалось никому. Заверяю вас, он осознает истинную ценность жизни и не посмеет сказать ни слова.
— Я принимаю аргументы батлера, — озвучив свой вердикт, Кронос снимает с повестки ликвидацию трутня, а я задаю вопрос, который должен был прозвучать еще в начале:
— Когда мы соберемся заслушать показания Каталей Гейден? Разве она не должна находится сейчас здесь и отвечать на вопросы вместе с нами?
— С этой ненормальной все понятно. Ее хозяин убит, она больше не нужна, — пренебрежительно отвечает за мужа Медея.
— Я допрошу ее сам, — коротко отвечает Крон, заставив жену заскрежетать зубами, а меня невозмутимо принять его решение. — Но до того, как пчелка подтвердит ваши показания, вы оба находитесь под наблюдением.
Глава 3.1
Глава 3
Кая
— Боже, опять ты, — едва разлепив веки, сонно стонет пчелка, ничуть не удивившись наличию батлера в постели, в которой она абсолютно точно засыпала одна.
С некоторых пор увидеть с утра физиономию Бута на соседней подушке перестало быть чем-то из ряда вон выходящим. До нормы пока далеко, но и вскакивать и с ужасом вопить: «Что ты тут забыл?», — нет ни малейшего желания. Подумаешь, валяется рядом, пялится в потолок, сложив руки на мерно вздымающийся груди. Как покойник, ей богу. Чертовски живой и до рези в глазах идеальный, но… Красивые замороченные психопаты — не ее тип. К тому же, ей с ним все равно ничего не обломится.
— А ты опять не рада, — ухмыляется Бут, поворачиваясь на бок. Пристальный сосредоточенный взгляд, как рентгеном, просвечивает заспанное женское лицо, затем опускается ниже, вынуждая Каю инстинктивно одернуть задравшуюся футболку.
Стоп! Футболку?
Откуда, черт возьми, взялась футболка?
— Ты очень крепко спала, пропустила много интересного, — фраза звучит двусмысленно, заставляя пчелку подпрыгнуть на месте. — Неужели не спросишь, кто тебя сначала раздел, потом одел? — сукин сын откровенно издевается. — И тебе совсем неинтересно, в чьей постели ты провела эту ночь?
Он, конечно, козел и провокатор, но перечисленные вопросы ее и правда интересуют. Нахмурившись, Кая быстро пробегает взглядом по развалившемуся на другой половине кровати мужчине. Спасибо, что на сей раз он не голый. Рубашка, брюки на месте и даже почти не помялись. Не хватает только пиджака.
Повертев головой, Кая замечает недостающую часть костюма аккуратно повешенной на спинку стула. Обычное движение задействует лицевые мышцы, вспыхнув болью в той части, куда пришелся удар взбесившейся пчелки.
— Только не говори, что это твой дом, — севшим голосом выдавливает пчелка.
— Я здесь отдыхаю, поэтому — да, его можно назвать моим.
— Супер, вот я и побывала у тебя в гостях. Черт… — глухо застонав, Кая дотрагивается кончиками пальцев до пульсирующей щеки. На ощупь отек не такой огромный каким мог бы быть, но жутко болючий. — Паршиво выглядит? Да? — спрашивает она, перехватив внимательно наблюдающий за ней мужской взгляд.
— Трой пообещал, что через неделю ты будешь, как новенькая, — протянув руку, Бут бережно отводит тонкую кисть от ее лица. — Лучше не трогай.
— Ты позволил этому извращенцу снова приблизиться ко мне? — вне себя от ярости, вспыхивает Кая.
— И даже осмотреть, — нагло сообщает батлер.
— Ты говорил, что разберешься с ним!
— И я разобрался, но не нашел доказательств выдвинутых тобой обвинений. Трой не делал того, о чем ты говорила, — утверждает Бут.
— Выходит я лгунья? — нервно усмехнувшись, пчелка натягивает футболку на прижатые к груди колени.
— Не думаю, что ты хотела намеренно меня обмануть, — миролюбиво отзывается Бут. — Трой действительно тебе неприятен, и именно по этой причине твое подсознание ищет способ устранить подальше вызывающий опасения объект.
— Почему ты всегда говоришь, как чертов мозгоправ? — закатив глаза к потолку, фыркает девушка.
— Почему ты устроила драку, Кая? — быстрый переход на другую тему приводит ее мысли в ступор. — Ты говорила, что никогда не будешь сражаться за мужчину.
— Я имела в виду что не буду сражаться за тебя, — вызывающе бросает она, вздёрнув подбородок. Натянутые мышцы снова причиняют боль, согнав с нее всю спесь.
— Я хорошо помню тот разговор, — бархатисто «поёт» мерзавец, прикасаясь костяшками пальцев к синякам на ее щеке. — Ты была так уязвима, напугана. И взволнована.
— Я не знала, чего ждать, — дернувшись от неожиданности, Кая настороженно всматривается в непроницаемое лицо. Какого хрена он опять распускает руки? И что за дурацкий сексуальный тон? Охмурить решил? Зубы заговаривает? Не на ту напал маньяк недоделанный.
— Так будет всегда. Но теперь ты не боишься, — Бут не спрашивает, а скорее признает очевидное, но желания возражать и оспаривать у нее нет от слова совсем.
— Теперь, когда речь заходит о стримах, меня раздирает ярость и ненависть, а не страх.
— Ярость и ненависть? — лениво вскинув бровь, Бут медленно проводит пальцами по ее губам, заставив задержать дыхание и настороженно свети брови.
— Ярость и ненависть! — быстро кивнув, запальчиво подтверждает она.
— И сейчас? — вкрадчиво интересуется батлер, запуская табун пляшущих мурашек по ее спине.
— И сейчас, — с грозным видом огрызается пчелка.
— Почему ты устроила драку, Кая?
Вот пристал, зануда! Ищет обходные пути, не с одной, так с другой стороны пытаясь залезть ей в голову.
— Потому что Эйнар мой, — ударив Бута по руке, рявкает Кая. Не хрен тянуть к ней свои загребущие клешни. Пусть других лапает. — А я в отличие от вас не делюсь и не торчу от групповушки под наркотой.
— Твой? — снисходительно удивляется батлер. — Кая, ты, кажется, забыла, что здесь нет ничего твоего.
— Разве не ты его мне подарил?
— Ты неправильно поняла. Эйнар — не подарок, — невозмутимо возражает батлер. Кая саркастично хмыкает, не поверив в его показную брутальную самоуверенность. — Он должен был развлечь и отвлечь тебя.
Глава 3.2
— Отвлечь от чего? Или от кого? — парирует девушка, окинув Бута выразительным взглядом.
— Думаешь я имел в виду себя? — откинув голову, он искренне смеётся, а она мучительно краснеет.