Алекс Джиллиан – По ту сторону глянца (страница 19)
От моего внешнего вида у Круглова-старшего пропадает дар речи, густые седые брови сходятся на переносице, темные восточные глаза смотрят испытывающе и тяжело. Мне становится не по себе, хотя Эдик с пеной у рта заверял, что его отец очень хорошо ко мне относится. Когда-то так и было, но после того, как их с мамой опыт совместного проживания закончился не на самой приятной ноте, многое могло измениться. Да и какой здравомыслящий отец будет потворствовать дружбе единственного сына и дочери бывшей любовницы, наставившей ему рога с кучей вонючих алкашей.
Тем не менее мужчина распахивает дверь шире, кивком предлагая мне войти. Убегать поздно и глупо. Жутко смущаясь, я перешагиваю через порог.
— Здравствуйте, Руслан Олегович, — прикрывая волосами опухшее лицо, робко топчусь на коврике в прихожей. — А Эдуард дома?
— Нет, Варя. — он отрицательно качает головой, забирая у меня сумку и вешая на крючок для верхней одежды. Мне неловко и стыдно, хотя ничего плохого я не сделала. — Я сам два часа, как с вахты вернулся. Ты заходи, — Руслан Олегович по-отечески улыбается и отступает назад. — Есть будешь?
Я судорожно сглатываю, вдыхая аппетитный запах только что приготовленного плова, и кротко киваю. Выдав мне тапочки, мужчина приглашает следовать за ним на кухню. Я скромно сажусь на табурет в углу возле стола и, заметив розетку, ставлю свой телефон на зарядку.
Пока Руслан Олегович накладывает мне щедрую порцию плова и наливает чай, мобильник, наконец, включается. Я быстро проверяю мессенджер и пропущенные звонки. Почти все от Эдика и пара тревожных сообщений от Марины. Забавно, но тревожится она не за меня, а за платье, которое я ей так и не вернула.
Пишу подруге, что со мной и платьем все в порядке и в скором будущем мы обязательно встретимся все втроем. Грызлова посылает мне класс и ржачный смайлик.
Эдику набираю гораздо дольше: «
Эдька тут же просматривает и сразу набирает.
— Потом ответишь. Ешь, — Руслан Олегович ставит передо мной тарелку с чашкой, подает приборы и садится напротив. Черт, как же неловко.
— А вы не будете? — смущенно лепечу я, отключая звук на телефоне.
— Я уже поел, — поясняет мужчина, не отрывая от меня пристального изучающего взгляда. — Не стесняйся, Варь. Мы же не чужие люди.
— Спасибо, — вежливо благодарю я и, взяв вилку, с жадностью набрасываюсь на ароматный плов. — Очень вкусно, — хвалю кулинарные способности отца-одиночки.
Мать Эдика умерла, когда ему было десять. Рак груди, обнаруженный на последней стадии, сожрал ее за три месяца. С тех пор Руслан Олегович так и не женился. Я ни разу не видела его выпившим или даже слегка подшофе. Пашет, как проклятый, оплачивает сыну образование, два года назад сделал в квартире евроремонт, готовить умеет и человек хороший. Чистоплотный, работящий, ответственный. Не могу понять, как мама могла просрать такого мужика. Жила бы как у Христа за пазухой и горя не знала.
— Ира постаралась? — протянув руку, мужчина осторожно отводит волосы с моего лица и убирает за ухо.
Я молча киваю, запивая сладким крепким чаем сытный плов. Тарелка пустая, в желудке приятная наполненность и немного клонит в сон.
— Пьет? — спрашивает Руслан Олегович.
— Ага, — отвожу взгляд в сторону.
— Что собираешься делать?
— Работать и учиться, — пожав плечами, тихо говорю я.
— Эдик сказал, что в институт ты не поступила.
— В следующем году снова попробую.
— А сейчас какие планы? — настойчиво интересуется мужчина.
— Хочу снять комнату.
— Есть на что?
— Да, — настороженно вглядываясь в обветренное смуглое лицо, снова киваю я.
Он подумал, что я денег клянчить пришла? Очень похоже на то. Вот тебе и «не чужие люди». Поднявшись из-за стола, Руслан Олегович забирает мою тарелку и ставит ее в посудомойку.
— Варь, не пойми меня неправильно…, — начинает издалека, повернувшись ко мне спиной, но закончить я ему не даю, мгновенно уловив посыл.
Хватит с меня унижений. Утром один белобрысый козел выставил за порог с мусорным мешком, разорившись на целое такси. Дома отлупила мать, стащив непонятно откуда взявшуюся в моей сумке наличку. Хотя почему непонятно? Я точно знаю, кто мне их туда подложил и зачем. Теперь вот отец Эдика подбирает слова, чтобы побыстрее спровадить проблемную соседку подальше от единственного сыночка.
В общем, лимит на сегодня переполнен. Сама уйду. Красиво и гордо.
— Спасибо за плов, Руслан Олегович, но мне пора идти, — вскакиваю на ноги и, выдернув зарядку из розетки, пихаю ее в карман.
— Ты Эдику больше не звони, Варь, — даже не думая меня задерживать, сурово смотрит на меня сосед. — У него своих проблем полно.
— Я понимаю, — суетливо одевая старенькие кроссовки, соглашаюсь я. — Хорошего вечера. Эдику привет.
Из квартиры Кругловых вылетаю как пробка. Куда идти ума не приложу. Плетусь на остановку и какое-то время сижу там, перебирая в телефоне адреса ближайших хостелов. Эдька периодически названивает, но я упорно скидываю. Не до него сейчас.
На номер в отеле тратиться не хочу. Выбираю самый дешевый вариант в пяти остановках отсюда и открываю страницу бронирования. Процесс тормозит вызов с неизвестного номера. Первая мысль почему-то о Максе, но я с раздражением тут же ее отметаю.
Зачем ему мне звонить? Он доходчиво дал понять, что не заинтересован. Даже денег не пожалел, чтобы откупиться от прилипалы. Напугался, поди, что подмочу его чистоплюйскую репутацию.
Тупо и нелепо получилось, но сама виновата. Повелась как поплывшая идиотка на смазливую холеную рожу и спортивное поджарое тело. Что я кубиков на прессе ни разу не видела? У моего первого, Сани Игнатова рельеф покруче был и разворот плеч пошире. Ростом и физиономией, правда, немного не дотянул, но зато на соревнованиях по бодибилдингу в прошлом году второе место занял.
Мы с Игнатовым три месяца официально встречались. Ухаживал красиво, подарки дарил, в кафе водил, в кино на вечерние сеансы. Переспали только на пятом свидании, как порядочные, а через два месяца Саша заявил, что не видит у наших отношений будущего и почти сразу начал встречаться с другой. Длинноногой газелью с утиными губами и наращенными белыми патлами.
Не буду врать, расставание далось мне тяжело, хотя если честно, не так уж и сильно я была в него влюблена. Там больше физиологии было. Умом Санек не блистал. Говорить, кроме качалки, сушки и спортивного питания, особо не о чем, но секс мне с ним нравился. Само собой, все прелести телесных удовольствий я познала не с первого раза, и даже не с пятого. Втянулась через пару недель активной сексуальной жизни. Игнатов в этом плане был неутомимым, при любой возможности норовил стянуть с меня трусы. И я наивно полагала, что бурная страсть со стороны парня проявление сильных чувств. Ага, щас, держи карман шире. Натрахался до одури и на следующую переключился.
Я тогда от обиды и небольшого ума тоже блондинкой стать решила. Вытравила натуральный цвет, волосы сожгла и испортила, а краше для мудака Игнатова не стала. Полгода прошло, а кажется — целая вечность. Почему вообще, я о нем вспомнила? Забыла же давно, пережила и перевернула страницу, решив, что прекрасно обойдусь без мужиков.
И обходилась! Пока не встретила на кокаиновой богемной вечеринке бессердечного и холодного как айсберг принца. Такое ощущение, что до сих пор под допингом. Не выходит он из моей головы, хоть убей. Думаю и нем каждую свободную минуту и в груди так болезненно печет, что плакать хочется.
Даже сейчас смотрю на незнакомый номер, знаю, что звонит не он, а внутри все сжимается и трепещет. Мне бы еще хоть разок его видеть. Об остальном даже не мечтаю. Стоит вспомнить, как скреблась в запертую дверь его спальни, от стыда заживо сгораю. Ни на одного парня так не вешалась, а тут словно нездоровое помутнение накрыло. Как с катушек слетела. А Макс … Он же просто посмеялся надо мной.
— Варвара? Это Агния Данилова, — звучит в трубке знакомый женский голос, а у меня сердце в пятки от волнения.
Ничего себе! Вот уж кого точно не ожидала услышать. Я почему-то была уверена, что эта гламурная дамочка с Рублевки и думать обо мне забыла после того, как ее смазливый протеже отправил меня на такси в родные Щелковские пенаты.
— Добрый вечер, Агния Валерьевна, — взглянув на часы, восторженно лепечу я. — Я так рада, что вы позвонили.
— Викторовна, — сухо поправляет она. — Но можно и без отчества, Варь. Я еще не настолько старая. Ты не передумала насчет работы?
— Согласна хоть сейчас приступить. Скажите куда приехать и примчу со скоростью света, — радостно верещу в трубку.
— Три тысячи в сутки тебя устроит? — деловито интересуется Викторовна. Конечно, никакая она не старая, но за сорок точно есть, хоть и выглядит круто для своего возраста. Мне бы так сохраниться в ее годы.
— Устроит, — быстро соглашаюсь, мысленно подсчитывая, что за месяц накапает почти сотня. Это на треть больше, чем я предлагала Красавиным за услуги поломойки.
Данилова диктует адрес. Как я предполагала, Рублевское шоссе. Кто бы мог подумать, что самый дерьмовый день в моей жизни закончится фантастическим везением. Спасибо, Боженька, что пожалел свою пропащую рабу, я не забуду твою доброту. В лепешку разобьюсь, но выжму всё из выпавшего шанса.