Алекс Джиллиан – (Не) в кадре (страница 69)

— Богданова, где ты болтаешься? Я полчаса тебя повсюду ищу, — окликает меня Эдька Круглов.

Вика привезла моего школьного друга в Сочи, чтобы он сделал из нас самых красивых невест на всем побережье. Я знаю, что со своей задачей он справится на отлично несмотря на то, что наши отношения в последние годы нельзя было назвать даже приятельскими. Ничего личного, и дело вовсе не в обиде на его отца. Просто мы в какой-то момент пошли разными дорогами, которые крайне редко пересекались. Он все еще не женат и такой же дамский угодник. До сих пор работает гримером в театре, влюбляясь в молоденьких актрис, и мечтает об открытии собственного салона красоты.

— У тебя вообще-то свадьба через два часа, — пыхтит он, скользя по крупной гальке подошвами модных ботинок. — А ты шастаешь, черт знает где. Ну, Богданова… — погрозив мне кулаком, он теряет равновесие и инстинктивно хватается за меня. И я бы рухнула на камни вместе с ним, если бы со спины меня не поддержали сильные мужские руки, которые я мгновенно узнаю.

— Спасибо, Макс, — благодарно шепчу, доверчиво прижимаясь в каменной груди и, откинув голову ему на плечо, ловлю губами приветственный поцелуй.

— Эдик, я тебе твой кулак в жопу засуну, — рявкает Максим, не выпуская меня из крепких надежных объятий. В них так хорошо и уютно, что я мурлычу от удовольствия, напрочь забыв о присутствии Круглова. — И выучи уже новую фамилию. Она без пяти минут Красавина.

— Без двух часов, если быть точным, — невозмутимо уточняет Эдька, поправляя свой коротковатый и, наверное, жутко стильный зеленый пиджак, из-под которого торчит оранжевая футболка. Ладно хоть брюки нейтрального белого цвета, иначе я бы засомневалась, стоит ли доверять ему причёску и макияж. Удивительно, как при полном отсутствии вкуса в одежде, Эдику удается творить невероятную красоту с лицами и волосами актеров.

— Эдь, мы все успеем, — расслабленно заверяю я.

— Вика давно готова и ногами сучит, требуя, чтобы я занялся второй невестой. Она рассчитывает, что Макс… — Круглов с опаской косится на Красавина. — Успеет организовать вам мини фотосессию.

— У нас есть свадебный фотограф, и это не я, — Макс сцепляет пальцы на моем животе и мурашечно нежно касается губами моего виска. — У меня с собой даже аппаратуры нет. Так и передай моей сестре. Припахать брата на этот раз не выйдет.

— Такой грозный, — крутанувшись, я разворачиваюсь к нему лицом и обнимаю за шею. — Не хочешь рассказать про таинственную выставку в Третьяковке, о которой вскользь упомянула Вика? Готовишь что-то грандиозное?

— Это сюрприз, — хитро улыбается он.

— Сюрприз? Мне начинать бояться? — восклицаю с шутливым ужасом.

— Вот только давай без иронии, — оскорбляется Макс. — Я, между прочим, три месяца готовился, а рыжая стерва, как обычно, меня сдала.

— Слушайте, может, хватит уже обниматься? Время-то не резиновое, — недовольно бурчит за моей спиной Круглов.

— Ладно, иди, — с досадой морщится Макс и нехотя отпускает меня, но сначала доставляет на безопасный деревянный настил. — А я пока наших мам сменю и присмотрю за хулиганами, — быстро чмокнув в кончик носа, он направляется к резвящимся детям и радостно лающему Родьке.

— А все-таки мы не зря сходили на ту вечеринку, — проследив за моим взглядом, самодовольно заявляет Эдик. — Вон какого принца ты себе заграбастала. И все благодаря мне.

— Вообще-то ты меня там бросил, — усмехнувшись, напоминаю я.

— Ну и что? — невозмутимо парирует Круглов. — Главное — результат.

Эдик приводит меня в коттедж Вики, где Золушку в поношенном спортивном костюме совсем скоро превратят в настоящую принцессу. Викуля в ослепительно-белом струящемся платье с открытыми плечами и глубоким разрезом на бедре выглядит фантастически, запредельно красивой. Рыжие волосы собраны в высокую прическу, на длинной шее поблескивает изысканное колье из белого золота, инкрустированного бриллиантами. Никаких страз, корсетов и фаты. Все очень нежно, не банально, элегантно, и при этом невероятно сексуально.

— С ума сойти, ты великолепна, Викуль, — искренне восклицаю я.

— Подожди, ты еще не видела, что я выбрала для тебя, — открыв шкаф, она достает оттуда точно такое же платье, что красуется на ней, но пудрово-розового оттенка.

Я замираю в восхищении, теряя дар речи от переизбытка эмоций. Мне нравится, очень. И ничуть не смущает, что у нас с Викой один и тот же фасон. На меня платье садится совершенно иначе. Я намного ниже и объемнее в груди. Никто из гостей даже не заметит, что невесты вышли в одинаковых платьях.

— А теперь туфли, — Вика достает из коробки уже знакомую мне пару лабутенов.

Не ворованных, а честно подаренных Максом вместе с помолвочным кольцом внутри. Правда, в связи с некоторыми непредвиденным событиями, а если быть точнее с эротическими кульбитами на переднем сиденье, нам пришлось знатно попотеть, чтобы его найти.

— Макс настоял, чтобы ты была в них. И думаю, он их покупал с расчетом на это мероприятие, — усмехнувшись, заключает Вика. — По цвету подходит идеально. Цени. Я старалась. А теперь садись, — она отодвигает стул перед туалетным столиком, заставленным разнообразной косметикой и средствами ухода. — Эдик, приступай, — командует нашему общему визажисту. А пока тот колдует над моей внешностью, незаметно достает бархатный футляр и протягивает мне. — Это тоже от Макса. Он хотел сам, но я запретила ему к тебе приближаться.

— Мы уже виделись, — признаюсь я. — На пляже.

— Вот засранец. Не удержался все-таки, — со смешком комментирует Вика.

Немного волнуясь, я открываю футляр и потрясено задерживаю дыхание, разглядывая изумительной красоты комплект с розовыми алмазами. Ожерелье и серьги тонкой ручной работы и наверняка зверски дорогие, но я не хочу и не буду ругать Макса за излишнее транжирство, потому что он не просто купил мне дорогую побрякушку. Это очередное признание в любви, запечатанное в благородном металле и щедро присыпанное россыпью драгоценных камней особенного оттенка. И хотя я давно выросла из розового цвета, и мои вкусы давно изменились, скрупулёзное ностальгическое внимание Максима к мелочам трогает меня до глубины души и… до слез.

— Так, оставить мокроту, — ругается Эдик, убирая влагу из уголков моих глаза с помощью ватных палочек.

Вика берет свободный стул и присев рядом, усердно дует мне в лицо.

— Так лучше? — спрашивает она.

— Ага. — киваю я. — Знаешь, Вик, мне кажется, у нас будет девочка. Ощущения совсем другие и столько знаков вокруг…

— Ну и классно. Не думаю, что для Макса принципиален пол. Он такой счастливый ходит, что будет рад даже тройне. У вас там, кстати, один?

— Один. Слава богу. Так сразу стать многодетной матерью я пока не готова.

— Какие ваши годы. Наверстаете еще.

— Спасибо, хватит пока двух. А вы с Рудольфом еще не думали о детях? — спрашиваю я, невольно любуясь рыжей красавицей в зеркальном отражении.

— Ох, Варя… — внезапно помрачнев, протяжно выдыхает Вика, заставив мое сердце обеспокоено сжаться.

— Что такое?

— Ничего. Просто предсвадебный мандраж, — отмахивается она, натянуто улыбнувшись. — Ты такая счастливая, Варь. Светишься вся. — добавляет с тщательно скрываемой тоской в голосе и нервно хватается за свой телефон, когда тот начинает активно вибрировать.

— Будущий муж соскучился? — интересуюсь я, настороженно наблюдая за быстрой сменой эмоций на ее лице. — Вик? — настойчиво зову, но она словно не слышит. Мобильник, наконец, перестанет звонить, но уже через секунду одно за другим начинают пиликать сообщения. — Это не Рудик, да? — с упавшим сердцем догадываюсь я.

— Нет, — Вика качает головой, сверкая, как медный таз.

Вот черт, кажется, нашего ведущего свадеб ждет незапланированный элемент в сюжете. Под кодовым названием: «Сбежавшая невеста».

— Твой режиссер? — задаю риторический вопрос, уже точно зная, какой услышу ответ.

— Он здесь. Только что прилетел. Представляешь? Говорит, что любит меня и никому не отдаст. — Вика захлебывается от восторга, суетливо вскакивая со стула. — Он приехал за мной, и ночью мы вылетаем на Багамские острова.

— Багамские острова звучит, конечно, заманчиво, но ты замуж выходишь, Вик. Гости собрались, жених ждет, — пытаюсь образумить свою импульсивную сумасбродную подругу.

— Свадьба будет, Варь. Гостям хватит и одной, а я тоже хочу как ты… по-настоящему. Понимаешь? И не через десять лет, а сейчас, — возбужденно щебечет она, подхватывая со столика свою сумочку и проверяя в ней наличие паспорта. — Извинишься перед всеми за меня? Ага?

— Ага, — обречено бормочу я, понимая, что, если Вика что-то вбила в свою голову, переубеждать ее — дохлый номер.

Несмотря на очевидные различия в наших характерах, я сама всегда была такой. Если приняла решение — меня не свернуть… с небольшим и единственным исключением, благодаря которому я оказалась здесь.

— Будь счастлива, сестренка. Увидимся в Москве. Люблю вас обоих, — чмокнув меня в щеку, Вика со скоростью ветра вылетает из комнаты.

На стремительное бегство одной из невест Эдик реагирует с хладнокровным спокойствием, вызывающим у меня определенные сомнения.

— Ты знал, что ее режиссер появится?

— Догадывался, — небрежно пожимает плечами Круглов. — Не забывай, что я нахожусь в гримерках театра практически двадцать четыре на семь и много чего интересного слышу. Скажу больше, об этом догадывался даже жених.