Алекс Джиллиан – Нам нельзя (страница 11)
– Знаю, – отзываюсь, помрачнев. Выкладываю на стол мобильник, чтобы не пропустить сообщение от Снегурки. Если она, конечно, соизволит ответить. – Без обид, Темыч, сеструха твоя – огонь, но не созрел я еще для серьезных отношений.
– Ты ей об этом сказал перед тем, как в трусы залез? – недобро щурится Красильников.
– Само собой, – кристально честно признаюсь я. Другой бы брат морду набил, но Артем мужик понимающий и сестру свою знает, как облупленную.
– А ты чего один болтаешься? – любопытствует Темыч, быстро свернув неудобную тему. – Обормоты твои вчера тут такой шухер навели. Бар осушили, всех девок перещупали.
– Это они могут! – ухмыляюсь я.
– А сейчас где? Отсыпаются?
– Не, Тём. У них продолжение банкета. В сауне куралесят. Я только с самолёта. Все самое интересное пропустил, а присоединяться на трезвую голову как-то не тянет.
– Вы, как обычно, в парк-отеле у канатной дороги?
– Да, там. Заезжайте, мы вам всегда рады, – приглашаю я, стряхивая пепел и залипая на входящем от Мальцевой:
«
В голову внезапно приходит шикарнейшая идея.
– Слушай, Тём, а твоя избушка все еще стоит?
– Какая избушка? – Артём в недоумении чешет затылок.
– Домик недалеко от ущелья. Мы там катались два года назад. Помнишь?
– Ну, ты выдал – избушка, – оскорбленно возмущается Красильников. – Батя эту крепость своими руками строил. На совесть! На века! Не то, что сейчас лепят из говна и палок понаехавшие столичные олигархи.
– Ну так? Стоит ваша крепость? – спрашиваю нетерпеливым тоном.
– А что ей будет? Еще лет сто простоит.
– Ключи дашь? Я за аренду заплачу.
– Обижаешь, Макс. Вы мне клиентскую базу на пять лет вперед обеспечили. Ключи сейчас принесу. В коморке моей. А тебе зачем, если не секрет?
– Секрет, – загадочно улыбаюсь я. – Только никому. Лады?
– Могила, – хмыкает Тёмыч, – Анжела, кстати, на утро обзорную экскурсию на снегоходах заказала для себя и своих подружек. Вадик их повезет, – сообщает он, вставая из-за стола. – Я тоже обещал присоединиться, если китайцы передумают.
Ну и китайцы, и тут влезли, – мысленно ухмыляюсь я. У себя новый год не отмечают, а к нам в разгар сезона едут с удовольствием.
– Мама, как обычно, ищет приключений на задницу, – со смешком замечаю я. – Сто раз уже с вами каталась. Тём, ты Вадима предупреди, чтобы не велся на ее подкаты. Батя опять налажал, она немного не в себе. Может начудить.
– Не дети, сами разберутся, – отмахивается Артём. – Мне одна из подружек понравилась. Кристина, вроде. Ничего такая, хоть и возрастная.
– Ты и сам не мальчик, – подкалываю Тёмыча.
– Тридцатник в этом году отметил, но чувствую себя максимум на двадцать девять, – лыбытся он в ответ. – Ладно, всё, пошел.
– Иди, – киваю я.
Артём быстро сваливает, а я печатаю новое послание своей Снегурке. Мое наглое заявление о настойчивости она проигнорировала. Придется доказывать, что не пошутил.
Все три сообщения почти сразу загораются прочитанными.
Она меня откровенно посылает, и это, пиздец, как заводит.
– Держи, – связка с ключами приземляется на столешницу, а сам Красильников садится на прежнее место. – Там только не прибрано. Давно никто не заглядывал. И не забудь генератор врубить, иначе без света останетесь.
– Разберусь, – уверенно отзываюсь я.
За разговорами засиживаемся с Тёмой до полуночи. Только собираюсь уходить, как к нам присоединяется Вадик. Старший Красильников. Мама с первой встречи прозвала его медведь, и внешне он действительно на него похож. Высоченный брутальный бугай с широкими плечищами и суровой физиономией. На самом деле Вадим такой же простой и легкий в общении, как его младший брат. Не весельчак-гуляка, но хороший мужик, серьезный. Вдовец, дочка маленькая и трагедия за плечами, которая его не сломила, за что ему особый респект.
У Вадика, как всегда, куча новостей и вопросов. Интересуется моими проектами, как тут откажешь? Тем более есть у меня для его бизнеса пара интересных идей, а приятное с полезным совмещать я люблю, хоть и предпочитаю со своими не работать. Братья Красильниковы в категорию ненадежных партнёров не входят. Я им даже собственную жизнь бы доверил. Не зря они местная легенда. Лучших гидов еще поискать, но абы какие заказы не берут. Исключительно по рекомендации от постоянных клиентов.
Сам не замечаю, как пролетает время. Сашка, как и предполагалось, слилась из переписки первой. Сейчас, наверное, десятый сон смотрит. Надеюсь, что эротический и со мной в главной роли. Мне тоже пора закругляться, иначе завтрак наш просплю, а у меня на него грандиозные планы и фантастические ожидания.
Возвращаюсь около двух ночи. В арендованном шале тихо, темно, воняет перегаром и сигаретным дымом. В гостиной на первом полнейший разгром. Пустые бутылки, окурки в одноразовых стаканчиках, залитые алкоголем и присыпанные пеплом столы, повсюду разбросаны упаковки от пиццы и прочие остатки бурного вечера. Хорошо хоть елку не снесли. Горничные утром в обморок рухнут, когда явятся прибираться, но им не привыкать. Каждый год одно и то же.
Стараясь не шуметь, поднимаюсь по лестнице на второй этаж. С удовлетворением отмечаю, что вечеринка сюда не добралась, в отличие от полуголой незнакомой блондинки, почивающей на моей кровати.
Презент от заботливых друзей, запакованный в красный кружевной комплект, безмятежно сопит в обе ноздри, раскинувшись звездой. Если не сильно придираться, то девчонка очень даже ничего. Есть на что посмотреть. В любой другой день я бы, не колеблясь, прилег рядом и утром воспользовался щедрым предложением, но не сегодня.
Еще раз окинув сочную блондинку оценивающим взглядом, уверенно выхожу из своей спальни и отправляюсь на поиски свободной. К счастью, такая находится быстро.
Плотно закрыв за собой дверь, торопливо раздеваюсь и с блаженным стоном падаю на подушку. Завожу будильник на семь утра, не забыв снова заглянуть в переписку со Снегуркой. Перечитываю с идиотской улыбкой на губах, пока усталость не берет свое. Вырубаюсь мгновенно и сплю без сновидений до самого утра.
– Блядь, раскидал свое дерьмо и дрыхнет, – вместо сигнала будильника я слышу недовольный вопль Никитоса, запнувшегося за мои ботинки. – Ты какого хера здесь улегся? Я тебя по всему дому ищу.
– Насчет дерьма я бы возразил, – разлепив глаза, раздражённо смотрю на опухшую морду друга. Выглядит так себе. Всклоченный, помятый, благоухающий крепким перегаром.
– Девчонки весь мусор собрали и посуду намыли, – спешит оправдаться Ник.
– Вы их отправили, или здесь еще?
– Здесь, – зевнув, сообщает Никита, плюхаясь задом на край кровати. – Тебе блонда совсем не зашла? Симпотная вроде.
– У меня другая в разработке, – качнув головой, отвечаю я.
– Че за телка? – в бледно-голубых глазах друга вспыхивает любопытство. – Познакомишь?
– Нет пока.
– Вчера снял?
– Еще не снял.
– Форму теряешь. Слабак, – ржет Никитос.
– Поговори мне.
– Да пошел ты. Опять от компании отбиваешься.
– Кто бы говорил. Ты прошлой зимой нас на неделю кинул, зависнув с рыжей стриптизершей на все праздники.
– А я думал, вы не заметили, – усмехается Ник, потирая шею в характерных отметинах. – Зачетная была сучка, но и вчерашняя не хуже. Тоже рыжая, прикинь?
– Вот тебя клинит.
– Мы, кстати, завтракать собираемся. Девки наготовили с утра. Хозяйственные попались. Потом на подъёмнике в горы. Ты с нами или свою телочку обрабатывать будешь?
– Последнее, – констатирую я, ощущая растущее раздражение от слов друга. А все потому, что назвать Сашу телкой у меня бы язык не перевернулся, но, если начну зубоскалить, Ник в еще больший раж войдет и не отстанет, пока не выпытает все подробности.