Алекс Че. – Тёмный Бард (страница 19)
Внимание!
На меня обрушился просто шквал звуков ночного леса. Забавно. Все время, что мы шли до этого я считал его тихим. Теперь же я понял, что все это время был окружен каким-то шелестом, жужжанием, стрекотанием, топаньем, пыхтением лязгом и еще целой кучей слабо различимых звуков.
Восприятие: +1
Настроение тоже резко скакнуло вверх, достигнув уровня плинтуса. Все же невозможность услышать даже собственное дыхание или биение пульса в ушах давало ощущение того, что я просто нахожусь в каком-то ночном кошмаре, и теперь это ощущение начало отступать.
– Тормозим, – выдохнул Хардгрим, как-то подозрительно уставившись на меня, – Дальше идем быстро, но тихо.
– Что? – единственное, что я смог из себя выдавить.
– Ты либо гораздо более опытный сильный и хитрый, чем кажешься…
– Либо? – затянувшаяся пауза меня нервировала.
– Либо чрезвычайно везучий идиот, – раздраженно припечатал гном, – Иначе объяснить произошедшее я не могу.
– А что не так-то? – значительно снизившийся темп помог восстановить часть дыхания и начать нормально общаться, – И кто такой этот
– Владыка могильной тишины и траурного безмолвия, – ответила Элли, – Младшее божество темного пантеона, относящееся к плану Смерти. Считается, что взывать к нему могут только жрецы и посвящённые некроманты.
– А барды вообще могут к кому-то взывать? – что-то мне не нравится охват аудитории, да и ситуация всё сильнее пахнет керосином.
– Могут, – неожиданно подключился к разговору Герман, – Исполнять славления и гимны, призывая благословения на союзников. Могут даже быть младшими жрецами. Собственно, поэтому мы ещё живы, а ты с нами.
– Это как? – подобрался я, почуяв возможность.
– Этот бой должен был стать для нас последним, – слова клирика заставили Элли сильнее сжать посох, а Хардгрима издать какой-то странный фыркающий звук, – Противник превосходил числом, удачно распределил воинов, используя наши слабые стороны, и атаковал из засады. Когда ситуация стала безвыходной, менестрель Илленис начал исполнение гимна Фортуне, великой богине удачи, младшим жрецом которой он являлся. И заранее отвечу на глупый вопрос, если бы он сбился во время исполнения, или еще как-то ошибся, то в лучшем случае просто бы сжег остатки личной силы. В худшем – вызвал бы гнев богини и её проклятье.
У меня по спине пробежал холодок. Получается, если бы я прервался, почувствовав перенапряжение или песня бы банально не зашла, меня бы проклял местный младший божок?! Явно прочитав мои мысли, паладин злорадно ухмыльнулся и тоже присоединился к беседе.
– Именно. Но не только на исполнителя. Если кто-то напал на барда во время исполнения гимна, проклятие ляжет на него. Так было с той подлой крысой. Не знаю, на что он рассчитывал, возможно, хотел потом снять проклятие в храме покровителя, но гимн он прервал. После чего я смог отсечь ему три из четырех конечностей, и он с позором бежал. А на его месте появился ты. И нам всё же повезло… – Алиендор грустно улыбнулся.
– Ну да. И теперь я непонятно где, а вместо меня по улицам города бегает жуткая неведомая херня и жрет людей, – меня аж передернуло от этой мысли, – Не говоря уже о том, что я потерял всё, что у меня было. Сказочное везение…
– Тем не менее, гимн твой был принят, и нам не пришлось сражаться со стаей сумеречных охотников в чаще леса. Напади они тогда, со всех сторон и близкой дистанции, без потерь бы не обошлось, – снова вступил в диалог гном, – Откуда ты вообще знаешь славления тёмных богов?
– Да это просто песня из моего мира! И чем так страшны эти охотники, – я посмотрел на небо, где все еще сиротливо висела первая луна, – Ты же говорил, что опасные твари проснутся только с восходом второй луны.
– Это и есть «опасные твари»! И они должны были крепко спать в логове. А я как последний увалень расслабился и думал только о дороге и времени, чуть не проморгав атаку. Кстати, вот и место ночёвки.
Лес постепенно начал редеть, упираясь в каменистый скальный выступ, внутри которого было что-то вроде заваленной валунами пещеры. Источников воды вокруг я не заметил, значит внутри должен быть какой-нибудь родник. Лишь бы не шахты Мории. Тело разом потяжелело, напоминая, что я уже больше суток на ногах, и требуя отдых и нормальный сон. Да и поесть было бы неплохо. Желудок громко заурчал, выражая солидарность.
– Согласна с Медведем, – хихикнула Элли, – Перекус и отдых нам всем сейчас не повредит.
Отвратительный звук, напоминающий скрип кирпича о стекло, резанул слух и разнесся по окрестностям.
– Не одни мы здесь хотим есть, – улыбнулся Герман, указывая за спину.
Метрах в двухстах, прикрываясь сумраком от густых крон деревьев, стоял сумрачный охотник. Тварь запрокинула голову, открыла пасть, и снова издала этот отвратительный звук. В следующую секунду, голубая вспышка ветвистой молнии метнулась в увлеченно визжащего монстра. Тварь не успела среагировать и рухнула, подергиваясь в конвульсиях.
– На всю стаю меня не хватит, – Элли тряхнула рукой, сбрасывая остаточные заряды, – Давайте быстрей.
Вопреки моим ожиданиям, больше бежать не пришлось. Группа ощетинилась оружием и быстрым шагом направилась к точке привала. Впереди шел гном, тыл прикрывал паладин, а я вместе с тремя бойцами и клириком образовали квадрат вокруг волшебницы, высоко вскинувшей начавший потрескивать синими искрами посох. Хотя кого я обманываю, двое бойцов со щитами просто оттеснили меня в середину, чтобы не мешался.
И первая же атака показала, почему бег был бы плохой идеей. Из ближайших зарослей, с двух сторон на Хардгрима метнулись две смазанные тени. Первая практически стелилась по земле, а вторая, не добегая метров пяти, рванула в длинном прыжке, выставив вперед лапы с выпущенными когтищами и широко разинув клыкастую пасть. Гном сделал пол шага назад и ничуть не уступающим по скорости движением нанес одновременный встречный удар секирами. Два обезглавленных тела покатились по траве, увлекаемые инерцией.
Одновременно с этим, за моей спиной раздался глухой удар и срежет о металл. Практически сразу после этого свист, хлюпанье и звук пары глухих падений подсказали, что паладина атаковали точно так же. А значит, нужно ожидать… Парный разряд молнии, рванувший в разные стороны с навершия посоха волшебницы, подтвердил мою мысль раньше, чем я успел повернуть голову в сторону потенциальной угрозы. Все, что мне оставалось, это матерясь сквозь зубы наблюдать за рухнувшей в паре метров от меня тушей килограмм под двести.
Наша миниатюрная тесла-башня слегка покачнулась, но продолжила движение. Монстры же, проявив явные признаки здравомыслия, новых атак больше не предпринимали, и это напрягало. Оставшиеся до убежища метров пятьсот мы преодолели спокойно. Я изо всех сил вглядывался в ночной мрак, но ничего существенного разглядеть не мог. Только зелено-коричневое месиво леса, серая скала, врезающаяся в это зеленое море как нос ледокола, и валяющиеся над входом валуны черного цвета. Которых раньше не было!
Восприятие: +1
– Наро-о-од! – я ткнул пальцем в сторону засады.
– Знаю, – буркнул гном, – Готовьтесь.
Ну да, кого я пытаюсь удивить? Хотя, тройка бойцов проследила в указанном мной направлении и дернулась. Похоже, что парней явно брали в усиление к этому квартету профессионалов.
–
– Я всё, – девушка закинула в рот какой-то кругляш, напоминающий большую таблетку, – Дальше только самооборона.
– Принято, – кивнул гном, – Подготовь ключ.
Элли достала из поясной сумки металлическую табличку, которая в ее руке начала тускло светиться, покрываясь символами. В этот момент на нас навалились сразу со всех сторон. На этот раз монстры не пытались налететь на нас в прыжке. Скорее нас пытались раздергать, чтобы атаковать из наиболее выгодной позиции. Для этого две наиболее крепкие и шустрые особи скакали возле Хардгрима, по очереди обозначая атаки клыками, когтями или длинным, оканчивающимся костяным шипом, хвостом. Весь этот смертоносный арсенал клацал, свистел и щелкал в считанных сантиметрах от гнома, но воин подгорного племени медленно шел вперед с неумолимость стального айсберга, лишь изредка подставляя оружие в точку настоящего удара.
На Алиендора насели сразу трое, метя в голову и сочленения доспехов. Расположившиеся с трех сторон твари словно по команде коротко взвизгивали и синхронно обрушивали на паладина хлесткие удары хвостов. Я едва успевал рассмотреть мелькающие в воздухе шипы, но Алиендор спокойно реагировал на каждую атаку, часть из которых принимал на щит, часть парировал мечом, одновременно стараясь подрезать хвосты нападающим, а от оставшихся спокойно уклонялся. При этом он умудрялся поддерживать темп группы, двигаясь спиной, а пару раз даже прикрыл одного из бойцов.
Вот уж кто действительно не справлялся. Хотя не мне об этом говорить. Тем не менее, бойцы едва успевали реагировать на выпады одиночных противников даже не пытаясь контратаковать. И если бы не флегматичный Герман, успевающий прикрывать и себя и третьего, наиболее слабого, из бойцов, наш левый фланг уже давно бы посыпался. Мне же оставалось только держать оружие на изготовке и стараться не споткнуться о случайную корягу.