Алекс Бутаров – Ваше хвостатое высочество. Том 2 (страница 31)
Лика рванула с места в карьер, прихватив со стола пачку бумаг, на которых магистр Иоан глубокой ночью умудрился успеть начертить наш куб для распыления раствора сульфата серебра. Начертил, кстати, в положении «на попа», даже свечку под углублением нарисовал, чтоб всем понятно было, зачем там странная дырка. Вон, даже трубку к заливной горловине приладил, чтоб уж точно без ошибки. Меня она побудила поторапливаться самым простым и эффективным способом — цапнула под локоток свободной рукой, так что выбор оказался невелик — или резво следовать за собственной рукой или с ней же прощаться. Выбрал первое и заработал ногами.
На сей раз нам предоставили тоже двуколку, но обычную, нормального размера и с нормальной лошадью. Я аж выдохнул. Все же тот непарнокопытный мастодонт, на котором мы сюда приехали, меня несколько напрягает. А тут нормальный транспорт, я на примерно такой двуколке в детстве в зоопарке катался. Только там пони был, которому, по большому счету, было наплевать на все, кроме морковки, которую он получал в конце поездки. Включая и любые манипуляции с вожжами. Пони с философским видом огибал большую клумбу, делая примерно стометровый круг и вставал строго на том месте, откуда стартовал. Спросом этот пони пользовался умопомрачительным, ибо порулить самостоятельно коняшкой, да еще и покатав при этом подружку, жаждали все. На управляемую старым высохшим дедом тележку, в которую влезало шестеро, очередь была в разы меньше. Но, в любом случае, несмотря на столь внушительный коневодительский стаж, я имел весьма смутное представление о том, как этим гривастым кроссовером управлять. На наше счастье, Лика, похоже, прекрасно управлялась с любым транспортом, доступным в этом мире, так что и минуты не прошло, как мы выехали к местным стекольщикам.
Стекольная мастерская располагалась в ничем не примечательном кирпичном сарае на окраине города. К нам вышел старший мастер, у которого театральные страдания Лики на тему разбившихся в дороге прекрасных кубов для ароматической лампы не вызвали ни малейшего интереса, в отличие от чертежей. Руку магистра Иоана мастер признал сразу, похвалил их качество и сообщил, что к завтрашнему дню все сделает. Лика уточнила кое-какие детали и раскланялась, оставив щедрую предоплату.
На этом, в принципе, сегодняшняя программа была завершена. Лика, чуть подумав, сообщила, что собирается в «достойную харчевню», что, по-видимому, означало приличный ресторан. Весьма своевременно, с учетом того, что с этой гонщицей «на облучке» мы по дороге таверны видели только снаружи и на большой скорости, а на обед получили лишь незначительное количество пищи духовной в виде общения с таможенниками.
Поездка много времени не заняла и завершилась у двухэтажного здания с большой надписью «Петух и утка», дополненной резными изображениями соответствующих пернатых. Пока при головах и перьях. Надо полагать, внутри они представлены в уже приготовленном виде. Вывеска, кстати, была украшена целой гроздью разных корон, прямо намекая на то, что в этом заведении харчевались целые поколения разных самодержцев. Мы слезли с двуколки, Лика отдала вожжи одному из оборотней-подростков в жилетке с такой же эмблемой и он, вскочив на е место, быстро уехал за дом. Похоже, тут не только у нашего торгового представителя своя «вертолетная площадка».
Внутри харчевня выглядела вполне классически — каменные стены с не слишком большими окнами, деревянные перекрытия, огромный очаг, на котором можно было зажарить бычка, кондовая деревянная стойка и такие же столы со скамьями и стульями. Лика выбрала столик на двоих у окна и быстро направилась к нему. И если кто-то подумает, что придержать стул садящейся даме легко, то глубоко ошибется. Ибо для этого нужно сначала обогнать голодного оборотня, на всех парах мчащегося к лежащему на столе меню. Уж не знаю как, но мне это удалось, за что и получил благодарную улыбку этого самого оборотня. Уф, теперь и самому сесть можно…
— Смотри, это у них меню дежурных блюд на сегодня. — проинформировала меня Лика, закапываясь в свой экземпляр книжки в пару десятков страниц толщиной. — Все, что здесь перечислено — уже готово и принесут за пару минут. Если захочется чего-то особого, то или просишь полное меню или даешь рецепт. Но лично мне ждать неохота. Так проголодалась, что готова кого-нибудь покусать. — продолжила она ликбез, продолжая терзать меню.
— Главное, чтоб не меня. А то начну шерстью обрастать и на луну выть. — ехидно прокомментировал я и полез в свою книжку.
— Не волнуйся, в нашем мире оборотни такими свойствами не обладают, так что без луны обойдешься. — не менее ехидно заявила она и поинтересовалась — Присмотрел себе что-то или нет пока?
— Присмотришь тут… — растерянно ответил я. — тут две дюжины листов с двух сторон каждый. Я из и прочитать не успел, только пролистать.
— Тогда бери, как и я утиные ножки со сметанно-чесночным соусом и овощами. И вот этот морс. Он у них очень вкусный.
— Лика, а чем мы платить будем? — тихо спросил я, заметив отсутствие цен в меню. И это означало вовсе не успешное построение коммунизма в конкретном королевстве, а то, что данное заведение относится числу тех, где посетителей цены не интересуют. Иными словами — высшей ценовой категории. — У меня местных денег нет, а мои во дворце остались. —.
— Вообще-то, если ты даже ту драную сторублевку из вашего деревенского магазина надумаешь продать, то сможешь выторговать столько золота, что наш коник не довезет. А если более конкретно, то вот кошелек, — с этими словами она вытащила откуда-то из-под стола и протянула мне классический средневековый кожаный кошель на завязках. Странно, кстати, что-то я не припомню, чтоб у этого платья карманы были. — Там пара дюжин золотых. Средний ужин на двоих в этой харчевне обычно укладывается в два, дашь три и все будут довольны.. — прояснив мои дальнейшие действия, — И не волнуйся, я полог тишины поставила, так что нас никто не сможет услышать или прочитать слова по губам, если мы не обращаемся именно к нему. Так здесь почти все делают, так что скорее отсутствие полога удивит. — добавила она, и показала глазами на официантку. Или здесь это подавальщица? Похоже, заказ должен делать я.
Я, поймав ее глазами, кивнул. Подавальщица подошла с грацией и видом настоящей принцессы, явно переплевывая Лику, всплывающий в памяти образ которой в костюме огородного пугала (ну да, моём, но в нём-то она!) наиэффективнейшим образом и с большим запасом перебивал любые вечерние платья и прочие изыски. А потому знание о том, что она принцесса, да еще и наследная, укладываться в подсознании не желало никак. То ли дело подавальщица — ее я в моих собственных драных портках не видел. Нет, все же официантка, советская. Ни одна подавальщица так озарять окрестности чувством собственного величия не потянет.
Сия сиятельная особа высочайше соблаговолила принять наш заказ и проследовала куда-то за стойку, действительно уже через пару минут вернувшись с полными тарелками и кувшином. Все принесенное было аккуратно расставлено на столе, морс разлит по стаканам, а на колени нам возложены (иначе и не скажешь!) большие салфетки. После чего официантка, кивком высочайше разрешив приступать к трапезе, вернулась к стойке. Я пребывал в некотором удивлении по поводу столь… высокого стиля работы официантки, ибо ничего подобного не видел и в одном ресторане даже на нашей драгоценной Рублевке. И не на Рублевке тоже. И тут я заметил, что Лика, разве что, не лопается от смеха.
— И что это было? — поинтересовался я.
— Давняя история. Эта харчевня всегда ценилась местной династией. И вот была в этом королевстве одна жутко строптивая ненаследная принцесса. Все было не по её, все было не так. Извела своими претензиями весь двор. И вот однажды отец, не выдержав вечных скандалов, заявил дочери, что она сама ничего делать не умеет, а с советами лезет. А дочка была очень строптивой… В итоге она наорала на короля и сбежала. Да так успешно, что довольно долго ее найти не могли. А когда нашли, то выяснилось, что она устроилась в эту самую харчевню подавальщицей. И самое забавное, что свои претензии на предмет неправильной работы подавальщиц она не постеснялась предъявить хозяину таверны. А тот, вместо того, чтоб выгнать взашей наглую девку, решил ее выслушать. А выслушав — предложил научить подавальщиц работать так, как ей хочется. За пару недель принцесса умудрилась научить работавших здесь деревенских девиц вести себя так, чтобы её саму это устраивало и заведение обрело особый шарм, каковой тщательнейшим образом сохраняется и по сей день. После чего родители не утерпели и забрали ее домой, прервав дальнейшее реформирование общепита. С отцом она помирилась, после того, как тот с глубочайшим удивлением признал наличие у нее определенных организаторских талантов. Женихи потом чуть не передрались у дворца, но замуж она вышла по своему выбору, став одной из моих пра-пра-прабабушек. — завершила она рассказ с каким-то странным оттенком в голосе. А я постарался окончательно вернуть челюсть на место и все же обратить должное внимание на принесенную нам вкуснятину. А то какие-то подозрительные идеи начали закрадываться…