Алекс Бредвик – Все еще десятник (страница 16)
Несколько часов шло накопление сил. Позиция у меня была такая, что я не видел происходящего в проходе обычным взором. А вот иногда смотря с помощью магии, я отслеживал происходящее. И мне становилось в какой-то степени больно. Люди гибли десятками, причём с обеих сторон. Силы Афин и Спарты в данный момент просто забрасывали друг друга пехотой. Осадные орудия у Афин были уничтожены, лучники не могли удобно работать из-за гор и выставленных защитных систем. У нас же просто лучникам и осадным орудиям негде было развернуться. И трупы лежали буквально всюду. Но, что радовало, наши продвигались вперёд. Медленно, но верно. И примерно треть пути была преодолена там.
— Осталась последняя партия… — устало произнесла Лайкана, когда пролетела мимо, сбросив очередного десантника. — После этого мы на отдых. Не рассчитали силы… дальше сами.
— Понял-принял, — отсалютовал я ей, после чего через первого попавшегося сотника передал информацию для командира всей этой операции.
По сути… гарпии нам сейчас и не нужны были. Боеприпасов с собой достаточно, лучников — треть от всего личного состава, пехота сможет сдерживать любой натиск из-за высоты. В общем… преимущество направления, внезапность… всё на нашей стороне. А противник явно отвёл очень много бойцов отсюда. Осталось только всё грамотно провернуть.
И вновь магический взор на поле боя. Противник пытается изо всех сил сдержать наш натиск. Александр чуть ли не лично направляет бойцов, буквально стоит в опасной близости от поля боя. Иногда даже вступает в бой сам, показывая бойцам пример и вдохновляя их. Где Митрокл, даже не могу понять, он любитель сливаться с толпой. Может, где-то среди обычных бойцов отдает приказы и рискует жизнью, пока отец зарабатывает баллы среди бойцов. Вот только никто не знал, что если бы не гарпии, если бы не моя идея, доработанная ими… сейчас бы ничего не было.
— Последние летят, — показал рукой в небо до сих пор приходящий в себя после короткого перелёта Алкид. — После этого в бой?
— Окончательное рассредоточение сил — и в бой, — кивнул я. — Всё, отходи. И давай уже возьми себя в руки! Ты сын Ареса или кто⁈ Не срами его честь своим страхом! Сам Арес был бы рад снизойти на противника с небес, была бы у него такая возможность.
— Даже мироздание подтверждает мне этот факт! — протянул я руку воину.
Он посмотрел сначала на моё лицо, полное уверенности, потом на руку, вздохнул и схватился за неё. Я потянул на себя, он рывком встал. После этого я его ударил по плечам, приводя окончательно в порядок, после чего направил к остальным. Ификл, Астерра и Артамена его уже ждали.
Последние бойцы… самые важные. Вместе с ними было продовольствие, которое могло понадобиться, если бы что-то пошло не так. Да, у каждого с собой было немного вяленого мяса, немного сушеных фруктов, но нормальная еда… да и у них её не было. Всё то же самое: сушёное и копчёное. Но даже так, застрять в горе лучше с едой и водой, чем без неё. Эх… как бы сейчас тут пригодился Палиас!
У последних проблем с перелётом было меньше всего. По наставлениям всех прошлых десантников система была немного доработана: ремни были наспех обмотаны тряпьём, так что лечить кровавые потёртости не пришлось. Да и вообще приземление было более-менее нормальным. Несколько вывихов, и не более того. Даже удивился. Хотя на всякий случай каждый раз активировал самоисцеление.
— Три часа… — возмущённо говорил тысячник, которого назначили старшим. — Знал, что так долго… но сколько наших ради этого маневра полегло?
— А сколько будет в итоге спасено? — покосился я на него. — Враг не ждёт этого удара. Мы его застанем врасплох и просто сомнём. Так почему переживать? Да, жаль бойцов, но таков путь войны. И плохо спартанцу плакать из-за гибели товарища, которого домой вернут на щите! Ибо они погибли как герои!
— Всё должно получиться, — вздохнул командир. — Но всё равно сомнений полна душа моя…
— Развей их, взяв в руки свой клинок и отдав приказ бойцам действовать, — улыбнулся я, смотря в его глаза. — Ведь у нас всё готово. Все на своих позициях. Осталось только начать движение.
— Так чего же мы ждём⁈ — возмущённо спросил сын Ареса.
— Пер, свисти, — повернулся тысячник в сторону одного из сотников.
Тот и начал свистеть. Насвистывать условный сигнал. Он повторился ещё много раз с разных направлений. Да, это могло выдать нас… но пока противник додумается — будет уже поздно. Мы уже ударим их во фланг и растерзаем этих тварей культа! Сбросим в море и сможем пробиться дальше, занять Мегару, а потом пробиться в Элевсин!
— Ну, за Спарту! — ударил я себя кулаком в грудь, бодря самого себя, и первым двинулся вперёд.
А за мной пошли остальные. Первый Десантный Легион.
Глава 10
— Спартанцы! — воскликнул афинянин на нашем пути.
Но было уже поздно. Буквально отовсюду, со всей территории гор, наш Легион выдвинулся вперёд. Удары наносились по всему периметру. Слаженно. Одновременно. Разрушительно. Это был настоящий фурор, бойцы, которые оказались в лагере неподалёку, не были готовы к нашему появлению, в панике бежали или бросались чем попало. И всегда умирали.
Я был первым, кто ворвался в лагерь противника. Бойцы тут были измотанные битвой, уставшие. Поэтому сопротивления оказать просто не смогли. Палатка стала кровавой буквально за два десятка секунд, после чего я выскочил наружу. Встретил двоих. Бежали. Точнее, убегали. Паника и страх в глазах. Отчаяние. Понимание. Принятие. Оба мертвы от повышенного содержания металла в телах. Даже броня не спасла бедолаг.
Тут же в новую палатку. Встречаю в ней Алкида, который буквально на моих глазах прыгнул на бойца со щитом, снёс его, а потом просто оторвал голову. Голыми, чтоб его, руками. Мне даже страшно стало от его ярости, его неистовства, его злобы.
Выскочил. Ещё тройка бойцов. Один только вооружён, но тут же кинулся на меня. Занёс меч над головой. Глупо. Не успеет дотянуться. Делаю выпад. Пронзаю грудную клетку… способность убивает других двух и ещё кого-то в палатках неподалеку. Слышу крик удивления и ужаса.
— Та — моя! — прокричала Артамена, пролетая мимо меня, запрыгивая в очередную палатку, где моментально её стенки окрасились в кровавый.
Бегу дальше. Краем глаза заметил, как Астерра сносит своим щитом сразу тройку бойцов, а потом методично добивает их. Сам же в этот миг отбивался сразу от пятерых. Улыбка с лица не сползала. Злость — вот что я сейчас чувствовал. Злость и удовлетворение. Противник, косвенно виновный в смерти моего товарища, погибал сам. Враг, который коварно напал на нас во время трудностей, вместо помощи перед угрозой всему миру сам оказался в ловушке.
Лагерь оказался большой. Примерно к середине его истребления воины противника смогли частично организоваться и в некоторых местах даже начали откидывать наши силы. Вот только сейчас воевала только пехота. Лучники готовились. Занимали наиболее удобные позиции. И разжигали костры. Ибо сегодня время не только крови и страха. Не только боли и отчаяния. Ещё и огня.
— Отступаем! — наигранно в панике прокричал я. — К ним идёт подкрепление!
Несколько бойцов поняли, что к чему. Время пришло. Прикрывая друг друга, мы начали буквально бежать назад. Часть отрядов пехоты уже была там, скрывались они, но линия обороны пехотой уже готовилась. Нельзя допустить, чтобы враг накинулся на нас и смял наших лучников. О нет…
И насчёт подкрепления я не шутил. Спасибо магическому взору, командование этих воинств Афин поняло всю опасность происходящего, и они довольно много сил начали снимать с направления главного удара. Вот только на что они надеялись? Что мы отступим? О нет. Мы сделаем всё куда хуже.
Перед нами был просто огромный палаточный лагерь. Ветер сегодня был хороший. Не такой сильный, чтобы задуть пламя, но и не слабый, чтобы пламя не раздулось. И лучники… они знали, что бессмысленно стрелять по пехоте. Зачем? Перед нами есть замечательная мишень — тканевые палатки с деревянными каркасами. Поджечь… и наблюдать за тем, как войска противника сгорают в этом аду!
Но быстро отступала только часть. Большая, правда, но всё же. Мелкие группы наиболее хорошо подготовленных и снаряжённых бойцов сдерживали натиск. Все были минимум в магическом снаряжении, минимум две синих полоски на любой части снаряжения у каждого. И одни только наручи, которые обеспечивали огромную выживаемость отрядам, чего стоили. Ранение? Плевать. Каждый мог применить самоисцеление. При этом существовала в каждом отряде строгая очерёдность применения, чтобы не было лишних дёрганий. И каждая десятка при этом была сильно слажена.
— Треть сил уже тут, — пробормотал я себе под нос. — Нужно дальше держать…
Но всё равно не хватало всего нашего мастерства и могущества, чтобы избегать жертв. Мы старались действовать осторожно, но чем больше врагов становилось перед нами, тем больше единовременных сражений было. И тем больше бойцов погибало. Десятки, правда, но всё равно много.
— Уже край лагеря! — прокричал Ификл. — А ну, в сторону!
Я тут же понял, чего хочет этот здоровяк. На нас пёрли единым строем примерно пять десятков бойцов Афин. Старая система, пять десятков удобны, да… но не столь точечно управляемы, как десяток, и не столь мощны, как сотня. Лишнее звено. Но в любом случае… мишень получилась интересная.