Алекс Бредвик – Синхронизация. Том 1 (страница 38)

— Как тебе твой класс? — покосилась на меня мама, оценивая меня.

— Интересный, — показал я тату, немного засучив рукав на правой руке. — Очень… перспективный. Если научиться действовать в рамках ограничений, то весьма мощный, даже сейчас.

— Не забывай, что ты практически на треть сильнее всех остальных, — чуть тише прошептал отец. — В норме примерно пятьдесят процентов синхронизации. Но то, что ты немного дурачок, этот факт не отменяет.

— Пап, блин, — вздохнул. — Чё сразу дурачок-то?

— Ну какой нормальный человек будет брать класс, который не даёт взаимодействовать нормально с остальными? — усмехнулся он. — Особенно учитывая тот факт, кем ты вырос.

— И кем?

— Болваном, который сам не понимает, что ему нужна компания, а не одиночество, — спокойно пояснил отец. — Хотя, судя по тому видео, ты даже тут выкрутился. Но учиться вам ещё и учиться… Могу, кстати, с той эльфийкой свести, на видео было видно, как ты зависал.

— Макс! — возмутилась мама. — У него есть Ханако!

— Я не про эти дебри, Лиз, — еле сдержал смех отец. — Я про сугубо деловые отношения. Она умеет фехтовать. Именно в нужном направлении. У тебя защитный класс и твои советы нашему сыну будут вредны, то у Катрины советы будут полезными. А зная его класс, то, может, попутно пару навыков откроет. Кто знает. Кстати, выйдем за город, покажешь навыки?

— Угу, — кивнул, но говорить что-то уже не хотелось.

А всё потому, что и мама туда же. Почему они все думают, что я с Хано встречаюсь? Ну вот почему? Ну и чёрт с ним. Пускай думают, что хотят. Почему я вообще на такое должен реагировать? Не должен. Я же смог пойти наперекор, по сути, отцу с его ожиданиями? Смог. Он хоть явно не особо доволен моим выбором, но сейчас… забавно. Он даже сейчас пытается мне помочь, а не ругает, не спорит. Да, немного обидно его слова звучат, но зато он честен, не скрывает свои чувства.

Мы покинули город и направились из южной части на восток — на Холмы Баэрга. Я не особо вникал в историю мира, но если верить справке через карту, то тут когда-то «давно», ещё до самого создания мира нами, была битва короля людей Баэрга и Древнего Ужаса. Можно сказать, местная легенда о том, как Древний Ужас раскололся на другие Ужасы. Что-то мне это напоминает, хех. Хотя, возможно, так оно и было в какой-то степени, может, удар в реальности, когда Регулятора расщепили, был одновременным с ударом в виртуале? Интересная теория, но доказательств этому нет. Но в той битве король умер, тут же его похоронили, а один из холмов превратили в курган.

Пока шли, болтали об изменениях в мире. Мама всё же редко сейчас тут появляется, отец просвещал её. Но по большей части я ни черта не понимал. То, что кто-то где-то сразил особо сильного Ужаса — понятно. А вот названия городов, какие-то там забугорные гильдии, которые воюют друг с другом, споры между городами, кто кого и где должен уничтожать. Политика и не только, в общем, так что слушал я вполуха.

— А у меня такой вопрос, — повернулся я в сторону отца. — Вот сколько раз наши рейнджеры после действий сёрферов уходили в сторону кластеров Регуляторов, а всё никак не могут уничтожить их. Почему так?

— Потому что там вычислительных мощностей столько, что резерв раз тридцать только у одного Ужаса есть, — хмурился отец. — При этом ремонтные и строительные боты постоянно работают. Мы боремся, а они за время операции могут возвести до трети нового комплекса там, где мы вообще не ожидаем. Ну очень грубо говоря.

Грубо говоря, всё, что мы делаем, — мартышкин труд. Причём это мама шёпотом сейчас повторила, буквально следом за моими мыслями. Значит, я в какой-то степени прав. Но, с другой стороны, а что будет, если этого не делать? Что с нами станет? Явно на этот вопрос отец сейчас отвечать не будет. И не потому, что не хочет, а потому, что не сможет. Не знаю почему, но я чувствовал, что именно так оно и есть.

— Вот тут, — осмотрелся на вершине холма отец, а его глаза на миг вспыхнули серебром, — нас точно никто не будет беспокоить. Только в долину между холмами спустимся.

Несколько минут пешком — и мы стоим возле небольшого ручейка. Отец снял перчатки, и я увидел ровно то, что видел раньше у Блуждающих. Синие трещины. Не такие, как у них, мелкие, лёгкие… но они были. Папа опустил руку в воду и улыбнулся. Ему явно эти трещины доставляли физический дискомфорт, если даже не боль. Мама на него смотрела с тревогой, положила руку на плечо, а тот не стал одёргивать, хотя ему это не нравится.

— Всё в порядке, не переживай, Лиз, — практически прошептал он. — Процесс пока встал на месте. Аватару, а значит, и телу ничего не грозит.

— А как… как так? — подошёл я с другой стороны. — Понимаю Блуждающие, мне объяснили, кто это такие. Жалко их… но ты-то дома, ты в нашем мире тоже есть!

— У отца была клиническая смерть в капсуле, когда тебе было девять, — старалась как можно отстранённее говорить мама. — Поэтому у него сейчас такая капсула. Она строже следит за жизненными показателями. На неё были потрачены все сбережения тогда, какие смогли соскрести со своих счетов. Хотя покупка ещё одного модуля для дома могла мне сулить повышение на работе, так как это ускорило бы некоторые исследования. Но… для меня семья важнее.

— Сказала женщина, пропадающая всё время на работе, — с лёгкой издёвкой сказал отец. — И не смотри на меня так. Я в капсуле реже бываю, чем ты в своём научном модуле.

— Эх… — вздохнула мама. — Ты прав. Но мне отпуск пока не дают.

Вот они, настоящие взрослые. Даже в Реатум тянут свои реальные проблемы, хотя этот мир вроде как позиционируют иначе, что он для отвлечения. Хотя каждый свой смысл закладывает в любое действие. Вот и сейчас родители решили просто поговорить, коли есть такая возможность.

— Так, поле антимагии отключил, — поднялся отец, из-за чего его трещины начали светиться чуть сильнее. — Ник, дай руку. Которая с татуировками.

Я молча кивнул и протянул ему правую руку. Отец сразу, немного осторожно, щурясь, явно от боли, зажал моё запястье между своими ладонями и стал ждать. Мама в это мгновение пристально следила за процессом, её глаза покрыла цифровая пелена — явно какой-то «навык», связанный с её работой. Выглядело… интересно. Даже её фигура слегка покрылась помехами, словно пропуская через Аватара колоссальный объём информации. И это ещё раз говорит о том, что всё-таки этот мир — симуляция. Для нас он не реален, как бы красив ни был.

— Есть что? — покосился отец на маму, но та только нахмурилась.

— Указательный палец. Вторая фаланга. Смотри сам, — довольно сухо, даже в какой-то степени строго проговорила она.

В следующий миг отец разжал наши руки и застыл, нахмурившись. Вот только если брови он свёл, то вот глаза всё равно выдавали истинную эмоцию — удивление. Потом он улыбнулся, взгляд на миг потупился, а следом улыбка стала ещё шире. Почему-то мне стало тут же тепло на душе.

— Плюс одна ловкость, а значит, синхронизация округлилась до большего процента для пересчёта характеристик, — старался говорить он сухо, строго, но всё равно что-то да проскакивало в его словах. — Процесс… явно идёт и без продолжения контакта.

— Уникальное сочетание высокой синхронизации и класса? Или просто особенность высокой синхронизации? — словно в пустоту задала эти вопросы мама — для родителей я пока, видимо, перестал существовать.

— Для определения этого его нужно было найти до того, как Ник выбрал класс, — говорил папа так, словно меня тут не было. — А сейчас уже не имеет значения. Есть уникальный случай восстановления синхронизации. Причём, как понял, у меня процесс куда более… трудный, нежели в описанном нашим сыном сценарии.

— Расскажи ещё раз про ту Блуждающую, — повернулась ко мне мама.

Неприятно почему-то быть объектом исследования, если честно. Но, вспоминая детали, спасибо Индри — он не стал язвить, а начал подсказывать, — мне удалось довольно правдоподобно вспомнить все детали встречи. Всё же там я был немного шокирован, а значит, спокойно что-то упустил. А вот Холодный, на то и дух, заметил действительно больше, чем я. Поэтому и рассказ получился более… цельным, наверное.

— Получается, у Блуждающей процесс идёт быстрее, — задумчиво проговорила мама. — Пока могу связать это только с тем, что Аватары Блуждающих стали полностью цифровыми объектами, из-за чего на них воздействие в Реатуме со стороны особенностей системы куда более эффективное. У тебя же, Макс, есть реальное тело, на основе которого и формируется твоя синхронизация в первую очередь.

— Хочешь сказать, что, пока последствия клинической смерти не устранены полностью, мне даже с помощью сына синхронизацию не восстановить? — скорее уточнял он, но всё равно какая-то опаска в голосе у него звучала.

— Я бы не советовала тебе восстанавливать всю синхронизацию. До восьмидесяти процентов — да. Более — нет. Можешь даже считать это запретом. Нагрузка на твой организм оказалась довольно высокой, в стрессовой ситуации ты не выдержал, — сухо говорила мама, а потом перевела взгляд на меня и уже с теплотой и тревогой одновременно проговорила: — Поэтому мы хоть и хотим, чтобы ты пошёл по пути сёрферов, тем не менее понимаем, почему ты выбрал иной путь.

Грубо говоря, подсознательно я понимал, что действительно высокая синхронизация отца стала причиной того, что эта самая синхронизация просела, что его реальное тело пострадало. А если бы он действительно умер, то что тогда? Мгла! В Туман такие вопросы! Папа сейчас тут, и это главное! И у меня есть реальная возможность ему хоть как-то помочь. А значит… я буду помогать! Может, и не восстановим всё, как они хотят, но ему точно будет проще, он сам себя не будет бичевать. Иной раз по нему видно, как он грустит из-за всего этого. А за его грустью, я уверен, всегда скрывается куда больше, чем за грустью мамы.