Алекс Бредвик – Реатум. Книга 2. Подготовка. Том 2 (страница 7)
Усмехнувшись, я пошел в тактический зал. И да, Николас оказался действительно там: сидел в кресле и смотрел на идущую в данный момент битву на множестве виртуальных экранов. Как-то непривычно видеть нечто современное в этом мире. И откуда вообще идет трансляция, с каких источников?
— Угу… правый фланг… — бормотал он себе под нос. — Нужно вынести предложение на его временное усиление… это отвлечет внимание Ужаса…
Я подошел к креслу, в котором сидел Маг Души, и стал внимательнее всматриваться в происходящее на линии боевого соприкосновения, как это было подписано. Всего было четыре направления, за которыми следил бывший офицер СГБ: восточный фланг, который уходил закруглением к Алате, к небольшой роще возле нее; восточно-центральный участок, грубо говоря, это тоже восточный фланг, но располагался он возле дороги в сторону южных Степей; западно-центральный участок — аналогичен предыдущему, шел до леска, где были руины Старого Ола; западный участок, по сути, самый тяжелый, именно туда перло больше всего скелетов даже сейчас.
— А не лучше усилить запад? — озвучил я свои мысли вслух.
— Ужас не дурак, он этого и хочет, — спокойно ответил Николас. — Тогда он ударит в то место, где слабо. Мы не можем выделить больше сил, как я понимаю, Город не всемогущ, обеспечение реальности должно продолжаться, а воинов третьего ранга и выше для изменения ситуации не так много, чтобы это как-то повлияло на исход боя.
— Неужели неживые усилились? — присмотрелся я к битвам. — Вроде всё те же скелеты.
— Не усилились, а количественно их стало в сотни раз больше относительно первого дня, — глянул на меня офицер. — Я хоть и могу помочь тактическими советами, но меня редко слушают. А я просто тренируюсь, помогаю Джус и ее отряду. Она сейчас на поле боя по указанию твоей матери.
— Уже тут, — чуть ли не с пинка она до конца открыла приоткрытую дверь. — Разодрали на кусочки, уроды. И всех бойцов от работяг.
— Кто на этот раз?
— Костяные химеры, — поморщилась она. — Сильные твари. Граница второго и третьего ранга. Было бы их штук пять… справились бы. А их сразу три десятка напало. Хорошо, что Долбишера смогла отправить предупредить обороняющихся на востоке.
— Ты знал! — ткнул я в него пальцем.
— Это было очевидно, парень, — покосился он на меня. — Но раз Джус тут, значит, и я не нужен в этом здании. Сколько откат на выход на этот раз?
— Семь часов, — размяла она плечи. — А еще дебаф на двенадцать часов на половину характеристик какая-то тварь навесила.
— А это что-то новенькое, — хмыкнул Николас. — Ладно, шуруй отдыхать, лисичка, я пока с пацаном поболтаю. Уж больно мне интересно, как он умудрился всю эту хтонь пробудить.
— Это не я!
— Ну-ну, — посмотрел он на меня так, будто всё уже знал. — Пошли, нечего тут делать. Заодно посмотрим, насколько сильным тебе нужно стать.
Я молча кивнул и первым вышел из здания. Николас вышел следом, после чего прикрыл двери, положил на них руку. Видимо добавив толику энергии, он активировал какой-то магический механизм, который запер дверь изнутри. Маг на всякий случай дернул дверь, убедился, что та закрыта, угукнул собственным мыслям, после чего, засунув руки в карманы, медленным шагом пошел в сторону импровизированного тренировочного поля. Я — за ним.
Джус уже сидела на своем месте силы, прикрыв глаза. И вот только сейчас я заметил, что у нее уже два хвоста. То есть она стала сильнее. Это радовало. Если правильно помню, то у нее раньше было четыре. Есть куда стремиться, но я за нее действительно рад, потому что ее силы возвращаются. Раньше она была сильнее меня, а сейчас, я уверен, с ней вообще не смогу сравниться.
— Давай свой самый сильный удар, Ник, — прошлась белесая волна по всему телу Николаса. — Не переживай, я навык смог восстановить, теперь у меня три тысячи защиты и сто тысяч прочности. Даже если и пробьешь защиту, прочность не снесешь.
— Да и защиту не пробью, — призвал я меч, осматривая его. — У меня урона столько даже с навыками нет.
— Поэтому и говорю — бей.
И снова эта пугающая невозмутимость. Но на этот раз… она была заразительна. Я сделал глубокий вдох, взял поудобнее меч… и тут увидел перед глазами, что была применена настройка тренировочного поля боя, что урон будет всегда максимальным, как и шанс критического урона.
— А что, так можно было? — удивился даже я.
— Можно, — скрестил руки под грудью Николас. — Так ты бить будешь или нет?
Сделав пару шагов назад, я разогнался. Меч вмиг окутало золотистое пламя, а следом молнии стали бить в разные стороны. Скорость моя немного увеличилась… жаль, что от нее не зависит урон. Или зависит, но я чего-то не знаю. Три… два… раз…
— Ха! — постарался я ударить в живот.
Это глупо, потому что броня у него по всему телу одинакова… перед глазами тут же пробежали строчки расчета, но я не успел их прочесть, так как легким движением руки меня отправили в полет. И, смотря уже на небо, держа в руке свой меч, я вчитывался в строки текста.
— Я слабак… — усмехнулся я, поднимаясь на ноги. — Говорю же… кх… не пробью.
— Сколько у тебя там сумма характеристик? — приподнял одну бровь Николас. — И сразу, сколько ты недель в Реатуме, а?
Открыв меню с описанием персонажа, я быстро нашел взглядом свои характеристики и улыбнулся. Выглядело это весьма и весьма прилично на самом деле. Суммарно двести пятьдесят одна единица, уверенный первый грейд силы, если правильно помню.
Всё тут же рассказал Николасу, который на меня смотрел с такой иронией во взгляде, что было даже как-то некомфортно. Потом на лице появилась улыбка, а следом мужик засмеялся. Я не понимал его сейчас вообще. Он действительно сам себе на уме.
— Знаешь… за три недели в Реатуме я смог добраться только до суммы из ста двадцати, вроде, характеристик. Да, у меня синхры столько нет, как у тебя, поменьше будет. Но всё равно, — встряхнул он руками. — У тебя характеристик от синхронизации чуть меньше двух пятых от общей суммы. Ты больше ста пятидесяти характеристик суммарно достал с помощью снаряжения и достижений. И это сильно, пацан. А урон у тебя хороший. Не как у убийц, конечно, те под полторы тысячи под всеми своими усилениями с твоими характеристиками способны выдать, но и для этого им нужно много всего сделать. А ты всего две способности активировал и нанес больше шести сотен урона. Сильно, Ник, сильно. Но есть куда расти.
— Я с этим согласен… — посмотрел я сначала на Мага Души, а потом на свой меч. — Но мне сначала нужно как-то освоить какой-нибудь навык Мгновенной Смерти.
— О как… — с пониманием осмотрел меня Николас. — Синхронизация — и благо, и проклятье. Не понаслышке знаю. Увы, такому тебя обучить не смогу, сам не знаю, но вот дать направление, чтобы сам сформировал… могу. Что тобой движет?
— В каком смысле? — отозвал я меч, после чего сразу появился Индри рядом со мной, а сам я упер руки в бока.
— В прямом, Ник, в прямом. Ради чего ты сражаешься? — прищурился Маг, а на его лице появилась загадочная улыбка. — Только не рассказывай мне про всякую брехню типа защиты города, родных, близких. Это всё понятно, но что это подпитывает? Ради чего ты лезешь в каждую битву?
Я не понимал, причем тут навык и его слова про мотивацию. Но задумался. А действительно, ради чего? Чтобы не попасть под купол города и его администрации? Так они всё расставили так, что я уже там. Даже сегодня ко мне придет в гости девятка, чтобы поговорить именно со мной. Не знаю, чем этот разговор закончится, но ничего хорошего я не жду. Нет… почему же? Почему?
Почему-то вспомнилась Лита с ее азартом и завораживающей улыбкой. Как она потянула меня драться, как мы с ней вместе дрались против первых кабанчиков, как экспериментировали. Мне именно это нравилось. Узнавать что-то новое, рисковать, испытывать то, что я не испытывал ранее. Даже тогда был страх, да, но было и то, что оказалось куда сильнее этого самого страха. Желание сражаться? Нет… или да?
— Жить хотелось, — усмехнулся я. — Мне просто хотелось жить так, как я сам того хочу.
— Что каждый раз заставляло твою руку поднимать меч? Разве только это? Жить все хотят, даже я. Но мы не в силах поменять некоторые особенности нашего… хех… бытия. Что, Ник? Что?
Что? Я вновь призвал меч, услышав недовольство со стороны Индри. И посмотрел на него. Сейчас на нем не было ни единого ржавого пятнышка. Царапины и зазубрины оставались, но в принципе лезвие восстановилось. Эволюция? Нет. В том, что я буду становиться сильнее, даже не сомневаюсь. Нет. Чтобы становиться сильнее, нужно кое-что другое. Почему я не хотел помирать, когда оказался на рогах Царя Оленей? Почему меня запекало заживо, а я отказывался сдыхать?
— Ради побед, — оскалился я. — Меня бесит помирать не потому, что я боюсь смерти в этом мире. Не-е-ет. Меня бесит помирать, потому что я проигрываю!
— Вот оно, пацан. Вот оно. Если ты видишь врага, ты хочешь просто надрать ему зад. И тебе плевать на всякие моральные устои, ведь так? Ты готов, если надо, сражаться грязно. Так вот. Твои враги уже показали, что они будут сражаться грязно, — положил он руку себе на грудь, широко улыбнувшись, а у меня снова кольнуло в том месте, где пробили копьем. — Поэтому будь готов сам на самую грязь. Этот мир не благороден, вообще. Его создали люди, впихнув все грехи, какие только возможно. Поэтому и смерть может быть такой, что будешь сожалеть. Или с ума сойдешь.