Алекс Бредвик – Реатум. Книга 1. Синхронизация. Том 2 (страница 8)

— Пришли, — свернули мы за очередной угол, и перед нами показался забор больницы.

По сути — обычное модульное здание, которое можно достраивать в любой момент дальше. Удобно на самом деле. При необходимости её всю могут перевезти глубже в город. По крайней мере это было сделано в целях безопасности, если где-то будет прорыв Тумана. А так, десять этажей чисто медицинского здания. Машины туда-сюда катались тут вообще постоянно, и чаще всего именно скорые. Всё же город-миллионник, один из немногих, так что неудивительно.

На воротах нас остановил сотрудник СГБ. Видимо, усиление не только по школам пошло, но и по всем важным объектам. Проверив нас, наши пакеты, отправил в бюро пропусков. Так как я был сыном больного, на меня оформили пропуск сразу, а вот с Ханако возникли проблемы. Её не хотели пускать, ибо не являлась мне и моему отцу кем-то родным, мол, не положено, хотя прямого запрета не было. Но в конечном итоге «сжалились» и тихо пропустили. Главное, сказали, не попадаться на глаза другим проверяющим, идти строго по маршруту, который мне указали.

Отец лежал на пятом этаже — отделение неврологии центральной нервной системы. Это было одно из отделений на этаже. Было ещё периферической нервной системы и ещё какой-то. Общего назначения, что ли, до него мы не дошли, свернули раньше.

Около сестринского поста нас сориентировали, в какую именно палату пройти, ещё раз осмотрели пакеты, строго сказали сделать так, чтобы блины к концу нашего визита пропали. И отпустили. Когда мы вошли в палату, отец лежал на кровати и дремал. Подушка приподнята, сам на спине, а руки со сцепленными друг за друга пальцами — на груди. Мама всегда папу будила, когда он так засыпал.

— Дядя Макс? — с опаской уточнила Ханако.

— Не сплю, — пробормотал он едва понятно, после чего открыл один глаз и улыбнулся. — Половина восьмого уже.

— Как дошли, — развёл я руки в стороны, пакеты, благо, положил на стулья.

Папа кивнул и потянулся, после чего резко схватился за ногу и выругался. Неожиданно свело ногу. А потом ещё приговаривал, что вот, мол, что значит жизнь после двадцати пяти. И сам посмеялся. Я не понял, что это была шутка, Ханако тоже. Вышла какая-то шутка-самосмейка. Может, взрослые её и поймут.

В итоге посидели, поболтали. Отец рассказал, что ему уже назначили лечение, какое именно. Например, массаж. Причём про массаж рассказывал так, словно ему никогда его не делали, и он эту «процедуру» пробовал делать впервые. Такие высокопарные словечки подбирал, что у меня даже язык не повернётся их повторить. Слишком сложно и заковыристо. Потом что-то ему с сосудами на голове делали, какие-то датчики ставили, лазерные процедуры. В общем, полный спектр за пять дней, начиная от сегодня, заканчивая четвергом. В четверг вечером или пятницу утром должен быть уже дома, если всё будет хорошо.

— Как-то так, — улыбнулся он.

— Пап, а часто бывает, что Ужасы внезапно слабеют? Ну, из личного опыта.

— Я один раз сталкивался, — немного подумав, ответил он. — Там какой-то квест, как потом узнал, был на его воплощение. Штурмовали целыми гильдиями монстра, который успел набрать силу. Как его победили, так и Ужас ослаб. А мы как раз его резиденцию, скажем так, штурмовали. Потом от своих коллег слышал, что у них подобные ситуации были. Не частое, но и не уникальное явление.

— Мама мне написала, что сёрферы подготовиться до конца не успели и рванули. Переживает, что может всё накрыться.

— Я тебе так скажу: они готовы уже как минимум неделю, ха-ха-ха, — не сдержался отец. — Просто некоторые, скажем так, нежные больно, хотят отдыхать больше, чем работать. А тут, как понимаю, от города восьмёрка или девятка могла быть в качестве командира или наблюдателя. Засекли и рванули, забыв о том, что у людей своя личная жизнь может быть. Ибо Город…

— Давай без этих мантр, — перебил я его. — Знаю я всё это. Ты это вот буквально всегда говоришь.

— Ты к экзамену готовился сегодня? — прищурился отец.

— Не-а, — мотнул я головой. — С перегрузом вылез из капсулы. Голова опять болела. Но не как в прошлый раз. Так что быстро прошла. А потом к тебе собирался. Приду домой — по теории пробегусь. За практику не переживаю вообще.

— А меня мама умучила… — жалостливо проговорила девушка. — Теорию знаю, хоть и не на отлично, а вот с практикой беда.

— А что у вас? — глянул папа на нас по очереди.

— Программирование, — ответила за меня Ханако.

— Ну тогда понятно, — посмеялся он. — Ну что, давайте есть? А то я чувствую этот восхитительный запах! Уже даже слюну тяжело проглатывать, сколько её много!

— Па-а-а-ап, — склонил я голову и покачал. — Ну некрасиво же.

— О как, ха-ха-ха, — засмеялся он в полный голос. — Это что ж должно было произойти, чтобы сын отца стал учить жизни?

— Туман… — вздохнул я.

А Ханако меж тем достала блины, из-за чего комнату наполнил приятный запах домашней выпечки. Но с папой я был согласен. Слюнку уже тяжело было сдерживать, настолько это чувствовалось и выглядело аппетитным!

— Налетай, — сделала шаг в сторону самодовольная девушка, видя, как сразу два человека действительно с радостью накинулись на её творение.

И в этот момент такая гордость была в её глазах, что улыбка сама по себе появилась у нас с папой на лицах.

— Оч вкуфно! — приподнял он в руках надкусанный блин. — Брафо пофару!

— Мгла… ну хоть с набитым ртом не болтай, — покачал я вновь головой.

И вот почему мне за него перед Ханако краснеть приходится, а? Как ребёнок он себя сейчас ведёт.

Глава 4(29)

Пока мы сидели у отца, я всё хотел его расспросить о случае, когда он потерял синхронизацию, как так вообще вышло. Просто мало ли как судьба моя повернётся. В нашем Городе, да вообще в нашем мире, люди не совсем сами куют своё счастье. Всё же, если Совет может ухватиться, он хватает и не отпускает, пока не выпьет все соки. По крайней мере, случай с отцом именно так и говорит. Но папа ответил односложно: «Потом». И всё. Больше я не смог ни слова из него выдавить относительно его прошлого. Ханако, кстати, тоже всячески пыталась подвести разговор… но папа оставался папой, прямо ей заявил, легонько щёлкнув по носу: «Опыт не пропить!»

Так что мы просто болтали… обо всём и ни о чём. Но какое-то неприятное чувство, близкое к разочарованию, наверное, у меня осталось после посещения папы. Вроде бы и рад, что с ним всё хорошо, а его просто пораньше положили в больницу для лечения, но в то же время… почему он не может поделиться своим прошлым? Неприятно? Или что?

В итоге по пути домой мы молчали. Ханако старалась меня не трогать, заметив моё не самое лучшее расположение духа, только обнялись уже в подъезде, ибо время приближалось к комендантскому часу. Да разошлись. Дома я посмотрел в уже полупустой холодильник, вздохнул и прошёл к себе в комнату, по пути насыпав коту поесть, ибо этот полосатый засранец опять всё съел и мог начать орать среди ночи, что его величеству хочется жрать.

— Так, где там мой учебник? — порылся я в шкафу, после чего нашёл требуемый предмет.

Помня опыт прошлого теста, лучше реально ещё раз пробежаться глазами по тексту. Поэтому мною ненавистная теория начала вновь повторяться. Но в какой-то момент я просто поймал себя на том, что выключаюсь. Вот буквально. Отложил учебник в сторону, тяжело вздохнул да направился спать. Время было уже действительно позднее, наступили следующие сутки, даже следующая неделя… экзамен должен был начаться через восемь с небольшим часов. А мне ещё до школы добираться минут двадцать пешком.

Когда улёгся, на всякий случай проверил сообщения от мамы. Больше не было.

— Надеюсь, у неё всё хорошо, — пробормотал я, покрепче обнимая край одеяла.

Но сон не шёл довольно долго, я крутился, вертелся, переживал. Мысли в голову лезли самые разные, причём не всегда хорошие. Я их пытался отгонять всячески, но это не помогало вообще никак! Из-за чего сон шёл ещё хуже. Но в конечном итоге всё же мой организм сдался, и я провалился в сон. Причём глаза открыл словно по щелчку пальцев, даже сам не понял, когда уснул и сколько проспал. Но будильник ясно давал понять — пора вставать.

Умылся, провёл рукой по «бороде», усмехнулся. Мой пушок так и не хотел обрастать. Папа вынужден каждый день бриться, дед, со слов мамы, тоже постоянно с бритвой в руках был. Может, и у меня так когда-нибудь будет, но потом. А сейчас, наверное, хорошо, что не так. Быстрее умываюсь!

Завтрак был лёгкий. Каша, случайно наткнулся на неё, причём раньше не видел. Просто обычная овсяная, с привкусом каких-то ягод. Такое ощущение, что вчера принесла незаметно Хано, когда готовили. Но я бы заметил… в какой момент она могла это сделать? Когда за мукой лезла?

— Вот же ж она, — усмехнулся я. — Заботится.

Так что съел я «базовую порцию», если верить надписи на пакетике, с улыбкой на лице, а потом уже пошёл собираться. Так как экзамен — событие «официальное», то и выглядеть надо было нормально. Ну как в прошлый раз, в общем. Вещи уже были подготовлены, чистые, даже «наглажены», а если быть точнее — то просто не помяты.

Выскочив из подъезда, я впервые ждал Ханако. Она задерживалась, что меня сильно удивило. Но долго ждать её не пришлось, буквально минуты две — и она вышла. Но её вид говорил тоже о том, что она практически не выспалась, по крайней мере красные глаза могли на это намекать. Ну или плакала. Хотя… стоп… какое сегодня число?