Алекс Бредвик – Проект «Погружение». Том 4. Пакт (страница 9)

– Слава может и пропасть, – цитируя фразу из книжки, посмотрел я на свои ладони, – а память останется навсегда. Что-то типа того, да?

– Именно, мистер Тень, именно, – кивнул ящер. – Ужин вам в комнату или тут посидите? У нас тут пара музыкантов появилась, один, что удивительно, чёрный ворон, точнее… сложно объяснить. Я его видел пару раз, но никогда не замечал, чтобы он играл. А он играет, причём на лютне, руками-крыльями. Интересная раса. И поёт замечательно. Всем гостям нравится.

– Тогда давай в общем зале, – кивнул я, улыбаясь, – послушаем твоих музыкантов. А второй кто, если не секрет?

– Она изумительно играет на скрипке, – умилялся Илья. – И многим нравится, как она это делает. Иногда она играет одна, иногда играет один этот парнишка, ещё реже они вдвоем. Сегодня, кстати, они решили вдвоём играть. Сейчас в одной из комнат репетируют, хотят огненный вечерок устроить, как сами сказали. А ещё она хорошо играет на барабанах, вон стоят, – кивнул он в сторону небольшого подиума, который явно был рассчитан под музыкантов. – Но предпочитает всё же скрипку.

– Ну, послушаем их сегодня, – улыбнулся я. – Есть свободный столик?

– Для вас, мистер Тень, всегда есть свободный столик! – услужливо сказал он, выйдя из-за барной стойки и лично меня сопроводив до одного из пустых уже стекло-металлических столов.

Прогресс был налицо. Ещё около двух-трёх недель назад такого не было в городе, а сейчас… сейчас люди пытаются вернуться в тот мир, из которого ушли. Пытаются сами возвращать те технологии, которыми привыкли пользоваться. Но ещё, насколько я слышал, какой-то счастливчик в руинах южнее болот нашёл библиотеку, в которой умудрился найти несколько свитков. В этих свитках были чертежи различных технологий, которые уже пытаются реализовать. Но пока не прошло достаточно времени.

Усевшись поудобнее, я стал ждать. Ко мне несколько раз подходили различные личности, кто-то просто поболтать, кто-то просил нацарапать мой автограф. Это меня веселило и злило одновременно. Я не хотел быть идолом, не хотел быть идейным вдохновителем… но поступки… они сами привели меня к такому. Словно тот факт, что я самый первый появился в этом мире, многое изменил.

– Чёрт, – в очередной раз, когда ко мне подошло несколько девушек различных рас, я закатил глаза, пытаясь от них отделаться, – я даже сейчас не самый высокоуровневый, – пытался я их убедить в том, что я не исключительный какой-то. – Вон, к Дарону бегите, он почти сто пятидесятый взял, а я даже до сто двадцатого не дорос, – хотя я тут лукавил, последние вылазки позволили мне взять сто девятнадцатый, в частности из-за того, что часто сражался и хорошо так поприменял способности.

– Но вы же прикончили полководца демонов! – явно давила на меня орчканка, пытаясь сделать максимально умилительный вид, что с её грозной внешностью, что присуща её расе, как-то не сочеталось. – Вы спасли город от гибели! Вы предупредили всех нас о нападении, из-за чего город успел подготовиться и устоять!

– Но город-то я защищал не один, – откинулся я на стуле, закатив глаза. – Я даже на главном направлении не был, прикрытием занимался. Самая задница досталась совершенно другим бойцам, которые своей жизнью жертвовали, чтобы победить незваного противника.

– Ну и что! – начала говорить бархатным голосом весьма «сочная» тёмная эльфийка, которая явно своей броней пыталась подчеркнуть свои формы. – Вы сделали для этого всё, чтобы они и встали на нашу защиту!

– А вы не участвовали в этой бойне типа? – скосился я на них, скрутив руки на груди.

– Мы в этот момент на болотах были… – замялась орчанка. – Даже не знали о нападении. По заданию распорядителя расчищали местность, где была какая-то деревня. И очень часто из-за этого умирали там. Твари на нас нападали довольно часто… но зато мы там стали Претендентами. Все.

– Вы один отряд? – посмотрел я на четвёрку дам.

– Нет, – трое из них моментально ответили.

– Так вот, – усмехнулся я, – автографы тем, кто не в отряде, не даю, а потом буду давать один автограф на отряд.

– Так нечестно! – тут же возмутилась девушка одной из человеческих рас, явно откуда-то с южных просторов этого континента. – Вы это только что придумали, чтобы отделаться от нас!

– Да, – с широкой улыбкой говорил я. – И вообще, сейчас выступление будет. – На сцене появилась та тигрица, явно в одежде на восточный манер, взяв в руки скрипку. – Так что прошу мне не мешать. Будете в одном отряде, я вам с радостью дам автограф. Ибо это и для вас полезно будет. Поняли?

– Угу, – ответила орчанка за всех, после чего она и её компания удалились обратно за свой столик.

Тигрица всех поприветствовала, сказала, что сегодня будет особенное шоу, но при этом попросила немного подождать, пока её партнёр до конца разберётся с порядком выступления, и, чтобы не тянуть, сама решила выйти и продемонстрировать своё мастерство.

И буквально через миг она положила скрипку, явно самодельную, но при этом по ней было видно, что в неё была вложена вся душа, себе на плечо и начала играть. Темп был медленный, мелодичный, даже немного грустный. Она явно пыталась что-то передать. Боль, грусть и утрату. Весь зал застыл, только едва заметно перемещались по нему официантки, которые в полумраке почти целиком погасших свечей сливались с залом.

Каждый, сто процентов, пытался с чем-то своим музыку ассоциировать. У кого-то трудности в реальной жизни, у кого-то горе, у кого-то печаль, которая застигла врасплох нас уже тут. Я же вспомнил своих родителей, вспомнил, как мне было с ними хорошо, вспомнил, как мне было хреново, когда их не стало. Я вспоминал их лица, вспоминал их голоса, вспоминал, как они смеялись, злились, плакали. Я вспоминал те счастливые времена. Которые не вернуть. И я знал, что те времена больше не вернуть. Но музыка… она не заставляла вспомнить боль именно для того, чтобы упасть в отчаяние. Нет. В ней было что-то такое, что, наоборот, вдохновляло, внушало надежду, она была грустной, но при этом с нотками поддержки, с тонким голоском, который шепчет: «Всё будет хорошо… все родные всегда рядом с нами, где бы они ни были, где бы ни находились, в каком мире, в каком состоянии. Они с нами, пока мы о них помним. И они – наша сила, они – то, ради чего мы двигаемся вперед, как минимум, чтобы не посрамить их память».

А потом девушка начала ускоряться, показывая, как стремительно меняется наша жизнь. Скрипка пищала всё быстрее, иногда тревожнее, иногда весело. Она показывала каждому свои моменты жизни, свои взлёты и падения, минуты радости, минуты славы, минуты отчаяния. У меня же было мало радости в том мире после большой утраты. Но я жил, я терпел. Я двигался вперёд. И вот в этом мире я стал тем, кто помогает другим двигаться вперёд только одним своим существованием. Наверное, не на это рассчитывали мои родители. Сто процентов, они на это не рассчитывали. Но сделанного не воротить. Я сейчас тут. И я могу помочь. Так почему бы и нет?

Глава 6

Вечер выдался реально замечательный. Я сидел, наверное, дольше, чем до полуночи, слушал двух артистов, которые своими невероятными музыкальными навыками зарабатывали на жизнь. Как сказал Илья, он им сам платит, лишь бы выступали и привлекали народ в его таверну. Хитрый ход с его стороны и крайне продуманный.

Но их концерт… больше сотни композиций различной сложности. Они вытворяли просто невероятное. И песни начала нашего тысячелетия, и уже почти окончание первого столетия… и я был в шоке от их мастерства, все были в шоке. Даже я, который особо не любит такие мероприятия, несколько раз пускался в пляс, как бы сказал мой отец. Да что говорить про меня, в какой-то момент появилась Фрост, которая присоединилась ко мне. И составила мне пару на тот вечер. Не думал, что в этой мрачной, немного замкнутой, часто злобной девушке, а это была именно девушка, я узнал, столько огня. Это был её звёздный час в моих глазах.

И ночь потом была незабываемой, чего греха таить. Сто процентов, она знала про то, что её сестра меня отблагодарила таким вот образом, сто процентов, её что-то напрягало по этому поводу. И она взяла своё, ибо я её такой довольной не видел… вообще никогда. Ну и мне было очень приятно. Она себя показала страстной, активной, но при этом трепетной и нежной.

Что я творю?

Утром она всё так же спала рядом со мной, я даже не хотел шевелиться, настолько мне нравилось лежать просто рядом с ней. Может, что-то во мне щёлкнуло уже тогда, на болотах, когда мы с ней зачищали деревню, может, чуть позже, когда я её спасал из лап демонов. Но одно я понял. Я хочу быть с ней. Если мне повезёт. Но почему-то… боялся об этом говорить. Но все же решился, когда она проснулась.

– Может, попросим у Ильи оформить для нас комнату на двоих? – смотрел я на неё, а в ответ увидел хитрый прищур её глаз.

– А не боишься замерзнуть рядом со мной? – усмехнулась она, проведя длинным и ухоженным ногтем по моему боку, из-за чего мне стало немного щекотно, а я в ответ провёл по её ступне своим хвостом. – Эй! – дернулась она, грозно на меня посмотрев. – Нечестно!

– А кто-то говорил про честность? – усмехнулся я. – Я ведь скрытный бесчестный убийца, который только и ждёт удобного и удачного момента, чтобы наброситься на свою жертву!