Алекс Бредвик – На Руинах Мира (страница 17)

Я шёл самым первым, шёл на полусогнутых ногах, скрючившись в три погибели, прячась за каждыми обломками, чтобы меня невозможно было заметить глазами. Сейчас ещё не было светила, оно только-только начало освещать линию горизонта, только-только небо начало окрашиваться в голубые оттенки. Это было просто идеальное время для нападения. Для той резни, которую мы планируем для нашего противника. Но самое главное… мы сейчас достаточно близко к центру города, чтобы устроить почти молниеносный прорыв. Потребуется всего два или три рывка, и мы будем у цели. Ничто нас не остановит. И никто!

Последние пятьдесят метров были разделены чистым полем. На поверхности снова появлялись силуэты бойцов врага. Визор шлема подмечал пулемётные и гранатомётные расчёты. Враг достаточно быстро оклемался после произошедшего… но его численность поредела в разы. Я только улыбнулся, перед тем как встать в полный рост и рвануть в сторону врага.

Я тут же начал стрелять. Пулем тчики позади меня начали поливать огнём тех, кого помечали я и Лиса, отправляя данные о целях в общую систему, которую мы создали для нашего отряда. Вся тактика была проста. Мы помечаем, они уничтожают. Но и Лиса тоже не стояла на месте. Она использовала свои силы на полную катушку, метала огромные камни и обломки зданий в сторону противника, накрывая десятки людей.

Первых оборонительных рубежей я достиг моментально, запрыгнул в наспех сделанную траншею, отпустил свой автомат, который тут же принял изначальный облик и повис на моей шее… и начал рубить бойцов на лоскуты. Остроты моих когтей и силы рук хватало, чтобы пробить броню даже «элитных» бойцов. Они не были даже в средней броне, что меня удивляло. В лёгкой… видимо, планировали маневрировать, устроить мобильную оборону. И об этом, даже разрубая врага, я отправил сведения в нашу маленькую локальную тактическую сеть, чтобы моя штурмовая группа была готова к моментальному появлению противника.

Когда первая траншея была зачищена, я быстро сообщил об этом остальным, а сам рванул дальше. Мельком лишь глянул себе за спину, чтобы убедиться, что десятка бойцов на всех парах несётся в то место, где я был мгновением раньше. Нужно было занимать оборону. И они делали это.

По ним тут же начали стрелять. Десять человек накрыть проще, чем одного бойца, который при этом быстрее обычного. Но их сопровождала Лиса, защищая своим куполом, а оставшихся бойцов прикрывал переносной генератор щита. Мы всё продумали. Мы знали, как действовать, как обеспечивать свой маленький прорыв.

Стоило первой десятке оказаться внутри траншеи, как один из бойцов скинул с плеч свой генератор, активировал его, а остальные рассредоточились и начали поливать огнём всех, кто был в округе. Лиса же рванула назад, судя по тому, что я видел на тактической карте. Ей нужно было доставить вторую половину бойцов вместе с Иваном. Во время переноски щит не обеспечивал такой защиты, как в стационарном положении.

Я же снова начал раскидывать врага во все стороны. Кому-то везло, и я просто отрывал или отрубал конечности. У них был шанс выжить и потом жить среди нас, если поймут, что они — люди, а не марионетки. Хоть и так похожие на меня… но в любом случае я пощады никому не давал. Вообще. Каждый, кто пытался дать мне сдачи, гарантированно умирал. Каждый, кто стрелял, умирал в особых муках. Монстр внутри меня наслаждался страданиями… и сейчас я дал ему волю. Я словно был сторонним наблюдателем, а моими руками будто управлял кто-то другой. Но это всё был на самом деле я. Это был осознанный выбор.

В какой-то миг меня отбросило цепочкой взрывов. Я не отследил, как уже покинутую, брошенную с трупами союзников траншею закидали гранатами. Меня могло убить… но спас тот факт, что часть гранат упала рядом с мертвецами, которых разбросало в стороны. Взрывы были сильными… но меня спасло тело одного из их павших товарищей.

Гудело в голове недолго. Сломанные кости срослись почти мгновенно. Автомат в моих руках уже через несколько секунд преобразился в свою более страшную версию. И через десяток секунд я стоял на ногах и поливал огнём тех, кто посмел сделать такую глупость и попытался убить меня с расстояния. Лучше бы зашли в окопы и умерли от моих когтей, чем от разрывов боеприпасов. Ибо в каждый из них я вложил чуточку подконтрольного вещества. И каждый из них мог в будущем стать тварью Ивана… который об этом знал и готовился к этому.

Вторая группа стала приближаться. По ней активно стреляли из всего, даже ракеты не жалели. Но Лиса мастерски отражала каждый крупный снаряд. Останавливала каждую пулю, которая летала в прикрываемых ею бойцов. Я не представлял, насколько ей тяжело было сейчас. В голове сама по себе вырисовывалась картина того, как она остановила снаряды возле вулкана…

Она изменилась. Стала сильнее, смелее, мрачнее и страшнее. Но всё равно она снова стала немножечко той Алисией, которую я знал, в которую, похоже, влюбился. В моей мрачной душе вновь загоралось пламя. Тьма не могла поглотить меня целиком. Надежда никогда не умрёт. Ибо, пока я жив, надежда на лучшее будущее будет жить вместе со мной. Ибо надежда… умирает всегда самой последней. С последним человеком на планете.

— Второй пока не чистый, — тут же сообщил я по каналам, рванув туда, где успели запрыгнуть внутрь «моей» траншеи противники. — Ждите. Дам сигнал.

— Приняла, — тут же ответила Лиса, и во все стороны вновь полетели десятки камней и неразорвавшихся боеприпасов.

Что происходило с штурмовиками дальше, я не видел. Спустился в блиндаж, который вклинивался в один из бункеров. Ворвался туда и устроил кровавую резню. Первому же встречному я отрубил часть головы, обнажив окружающему его миру мозги.

Дальше… я не особо следил, что происходило. Просто рубил и кромсал. Враг в меня стрелял, но пули либо не достигали моей плоти, отражаясь крепкой изменённой броней, либо мгновенно раны зарастали ввиду моей чудовищной регенерации.

Правительство посеяло ветер, когда создало меня. А теперь эти твари будут пожинать бурю.

Пускай ждут. Костлявая придёт ко всем, кто это устроил. Я сам приведу её к ним. За руку. И они будут умолять меня не убивать их. Ибо такие твари будут переобуваться на ходу, лишь бы остаться у руля, лишь бы остаться у власти. Лишь бы сохранить свои никчёмные жизни.

Но они умрут.

Все!

Глава 15

— Что-то я уже немного задолбался… — сидел я в окопе и смотрел по сторонам, ожидая, не придёт ли очередная волна смертников попытать счастья и попытаться меня выкурить из этого места, но чуда так и не случилось, я уже десять минут сидел один. — Да где там чёртова группа закрепления?

Сейчас я был уже на так называемой третьей линии обороны. Враг постепенно отступал по всем направлениям, так как из-за нашего вклинивая плечо логистики у него увеличивалось, а количество людей, которое было необходимо для обороны, наоборот увеличивалось. И это было несомненно плюсом. Мы большими силами могли спокойно подойти и… начали выявлять места расположения артиллерии за счёт того, что находились на возвышенности, и перед нами лежал практически весь город.

Но увеличение времени прибытия подкрепления тоже было весьма логичным. Несколько раз у нас вырубало энергетические щиты, нужно было их перезаряжать, меня весьма ёмкие и тяжёлые аккумуляторы, да и Лиса не имела бесконечный запас сил и выносливости. Ей нужен был отдых, и сейчас, по крайней мере десять минут назад, она лежала пластом в одном из полуразрушенных бункеров, пытаясь усмирить сильнейшую головную боль.

А вообще… враг тоже уже вымотался. Наше сражение, именно эта фаза, шло уже больше пяти часов подряд. Светило уже было над нами и припекало в те моменты, когда по какой-то причине на мне не было брони, частично, правда, но не было.

В любом случае я ожидал возникновения двух событий. Либо прикрытия нашей группы закрепления, либо появления противника и, наконец, хоть какого-то изменения обстановки. Но ни того, ни другого не происходило уже в течение минут тридцати.

Я решил приподняться и посмотреть, что вообще происходит. Из-за помех, которые создавали как помехи средств радиоэлектронной борьбы противника, так и электромагнитные ракеты Сокола и Ангела, я не видел ничего на тактической карте. Так что рассчитывал, что увижу хоть немного глазами. Но стоило мне встать… как перед глазами тут же появился текст, что меня прикончили.

— Вот уроды, — открыл глаза я, уже лёжа на земле, точнее. на её смеси с покрошенным бетоном, после чего резко вскочил и на огромном ускорении сменил своё месторасположение, после чего выглянул ещё раз.

Позицию снайпера я обнаружил моментально. Он попытался сделать выстрел ещё раз, но я успел вовремя пригнуться. Они решили, что смогут меня удержать в траншеи… но тут они прогадали. Да, придётся нарушить созданные условности и пойти наперекор плану… но, скорее всего, именно из-за этого снайпера, да, может, и других, группа закрепления из состава моего штурмового отряда никак не может подойти. Залегли, скорее всего, где-то на подходах и ждут, когда будет окно для передвижения. А расстояние между нами не малое, порядка семи сотен метров.

Я улыбнулся. В крови снова начал играть адреналин. Сейчас ведь на меня будет устроено сафари… охота. И это начинало во мне вновь пробуждать интерес к нашему сражению. Почему-то мне нравилось, когда всё начинало идти не по плану. Мне не нравилась монотонная жизнь, не нравились условности… в душе я всегда был бунтарём и любил всё делать по-своему. За это меня часто и ругали. За это ещё чаще награждали.