Алекс Бредвик – Кодекс Наёмника. Том 7 (страница 2)

Как я и ожидал, как мы и планировали, флот противника начал рассредоточиваться. Они посчитали, что минные «поля» только перед ними… но нет. Они были везде – вокруг выхода из сверхсветового канала, во всех осях, во всех проекциях. И куда бы ни направились противники… их будут ждать сокрытые от глаз мины.

– Внимание всем, – тут же я соединился со всеми командирами кораблей, даже корветов. – Противник на нашей территории. Он уже начал нести потери. Наша задумка… увенчалась успехом! Но не стоит радоваться раньше времени. Не стоит уповать на то, что против нас глупцы. Нет. Это боевой флот, который прошёл через множество битв. Среди нас же есть огромное количество новичков, которые только-только смогли пройти наше обучение. Действуйте слаженно. Действуйте как один кулак. Слушайте своих командиров. Тройки – третьих. Десятки – десятых. И так далее. Они выбраны не просто так. У них есть опыт. У них есть знания. Они за вас отвечают головой. Так не подведите их. Покажите Предателям человечества, чего стоит «Райз»! Покажите, на что способны воодушевлённые люди! Покажите этим уродам, что человечество не согласно ложиться под гнёт клана «Грей»! План «А». Приступаем! К бою!

Глава 2

Удары по рассредоточенному противнику начались сразу со всех направлений. Он этого ожидал, но отреагировать вовремя не успел. Плюс понесенные потери от минного поля, которое ещё принесёт множество сюрпризов в этом бою… но в любом случае шанс как минимум сравнялся.

Когда вылетел последний корабль противника из сверхсветового коридора, то его потери уже были колоссальные. При таких организуют отступление… но, видимо, отступать в планы нашего врага не входило от слова совсем. В общем, зря.

Когда мы начали выдвигаться, потери противника были колоссальными. Два фрегата, один эсминец, один лёгкий крейсер – а их прилетело почему-то два, что меня удивило, – и множество корветов. Один лёгкий крейсер оказался ударным и на полной скорости полетел сразу же в сторону нашей станции. Его не разорвало на куски… Просто прошивка оказалась пробита в таком огромном количестве мест, что экипажу пришлось эвакуироваться. Проще говоря, была уничтожена система жизнеобеспечения. И, возможно, были повреждены системы электроснабжения, но это не факт.

Тяжёлому крейсеру тоже досталось, как и второму лёгкому крейсеру, но им повезло, так как они влетели уже в прореженное минное поле, а затем спокойно изменили траекторию, вычислив те места, где предположительно могли быть мины. И не прогадали. Вот только боевой порядок был разрушен, чем мы в дальнейшем и начали пользоваться.

Минное поле разбило врага на несколько групп. И мы в большей части направились в сторону одной из таких. К остальным же летели мелкие отряды лишь для сдерживания, чтобы к нам не подошло подкрепление врага и бой из стремительного не превратился в вялотекущий с огромным количеством потерь среди корветов.

– Впереди вражеский фрегат, – прозвучал доклад оператора средств разведки и слежения. – Готовит орудия для залпа по нам. Оценочные потери энергощита… три процента.

– Вражеский фрегат на прицеле, – тут же доложил старший оператор кинетических и лазерных орудий всех калибров. – Тяжёлые и средние орудия готовы дать залп по вашей команде, командор!

Я быстро посмотрел на голограмму поля боя. У нас были невероятно мощные орудия, я не знал, как они себя могут повести, никто этого не знал. Поэтому нужно было трезво оценить обстановку, поймать тот момент, когда наших рядом не будет, и сделать тот единственный залп, который снесёт энергетические щиты фрегату. Скорее всего, снесёт, ибо три тяжёлых орудия в сочетании с множеством средних… это очень мощно.

– Эсминец-один, – связался я с нашим кораблем сопровождения и прикрытия. – Подготовить тяжёлые ракеты, взять фрегат противника на прицел. Залп по моей команде.

Эсминец, который ранее был за нами, был вынужден начать перемещение, чтобы выйти на линию открытия огня. В это время я внимательно следил за тем, что делали корветы, которые входили в команду двух фрегатов и эсминца. Фрегаты, к слову, тоже ввязались в ближний бой и активно уничтожали корабли противника, коих было огромное множество, даже считать было тяжело.

Но и у нас уже были потери… три корвета было уничтожено. Но, по крайней мере, никого из моих знакомых внутри этих корветов не было. Это позволяло оставаться более-менее хладнокровным и дальше спокойно управлять всеми отрядами, даже теми, которые организовывали сдерживание противника маневренным методом. Ударили – и свалили. В лучших традициях тактики наскока.

– Готовы! – тут же доложил командир эсминца. – Противник на прицеле тяжёлых ракет!

– Залп! – тут же отдал я команду, чему удивился старший орудий на крейсере.

Но я его успокоил, по крайней мере уверенности в его глазах стало больше, когда он увидел выражение моего лица. У меня был план, весьма логичный. И я этого плана придерживался. Поэтому, когда ракеты преодолели примерно две трети своего пути, была отдана вторая команда.

– Орудия, – ещё шире улыбнулся я, а потом с невероятным удовольствием сказал: – Огонь!

И множество орудий дали залп; сразу все снаряды и импульсы направились в сторону эсминца противника. Тяжёлый лазер, единственный среди трёх больших орудий, и несколько средних сделали то, что я и планировал. Щит эсминца просто не выдержал такой мощи и вырубился, словно от электромагнитного импульса. Следом ему в корпус прилетело несколько снарядов. Попал лишь один тяжёлый… но его хватило, чтобы повредить броню фрегата. А потом долетели две тяжёлые ракеты… И взрыв был невероятной мощи, что мне понравилось. Это была сверхновая в миниатюре, которая окрасила не только трёхмерную схему нашего боя, но «горизонт» из наших иллюминаторов.

После этого первая мелкая группа врага была уничтожена. Оба наших фрегата смогли подойти ближе к строю противника и начать работать из орудий мелкого калибра, более точечного. При этом наши корветы начали действовать более агрессивно, так как не было заградительного огня со стороны уже уничтоженного фрегата врага.

Далее мы направились в сторону второй мелкой группы. Её проредило ещё больше, чем первую, так что я даже не стал отдавать приказы на пуск тяжёлых ракет. Да и нечего было пока пускать, эсминец сейчас был на перезарядке, так что пришлось разделываться с противником стандартным методом. Да и у нас были ракеты… вот только их я приказал использовать против второго лёгкого крейсера, который был ещё на ходу.

Удивительно, но факт: дальности наших ракет хватало, чтобы дотягиваться до спрятавшегося в тылах противника. Да, большая часть из них уничтожалась… но на то и был расчёт. Флоту Греев приходится использовать корветы не для боя с нами, сбивать их, раздергивать свои и так практически полностью разваленные построения. И мы этим пользовались. Под покровом невидимости некоторые корветы врывались и уничтожали корабли противника. И так раз за разом.

Мы постепенно сжимали область сражения. Все реже корабли врага подрывались на минах. Их становилось меньше… причём «их» в обоих смыслах. И кораблей врага, и самих мин. Поле боя становилось всё более просторным, и корветы с фрегатами флота Греев всё чаще прибегали к тактике маневренного сражения. Но вот ведь незадача… мы могли работать с более дальней дистанции, нежели они.

В какой-то момент – я даже не заметил – от флота врага практически ничего не осталось. Тяжёлый с лёгким крейсеры, один фрегат и один эсминец, плюс около пяти десятков малых кораблей. У нас же среди потерь только два с половиной десятка уничтоженных и сильно повреждённых корветов. Превосходство в технологическом плане налицо. При этом уничтоженных было всего девять, остальные смогли отступить. Когда работа идёт планомерно, когда понимаешь, что тебе конец… то лучше уйти в тыл, на восстановление, чем навсегда потерять возможность сражаться. Ну и жить.

Все наши силы были направлены на уничтожение последних кораблей противника. Только пять корветов по моему приказу пристыковались к брошенному лёгкому крейсеру врага, чтобы захватить его и начать оттаскивать в наш тыл. По нему уже начали работать из орудий тяжёлого крейсера… а нам лишний корабль в начавшейся войне точно пригодится, и не раз. Поэтому… лучше взять такой трофей, чем потерять.

– Противник выполняет маневр! – тут же доложили мне.

Я глянул на карту, на голограмму нашего боя. Враг разворачивался, хотел отступить. Но… не судьба. Корабли под командованием Миры уже заходили в тыл противнику, уже частично отрезали его от сверхсветового коридора, из-за чего круг наш был практически полностью замкнут. Я с наслаждением смотрел на это: как сгорают в пламени последние корветы врага, как на самоубийство пустили эсминец с фрегатом, чтобы они спасли жизнь высокопоставленному, относительно этого флота, лицу.

Но мне лично было плевать на эти «мелкие» цели. У меня были «китобои», которые способны совершить буквально чудо. И это чудо я хотел увидеть. Я только дал целеуказания, только разрешил открывать огонь без моей команды… как множество ракет и снарядов со всех кораблей отправились туда, куда советовал тактический помощник каждому стрелку каждого из моих кораблей.

Корветы противника закончились первыми. По ним отработали множеством ракет мелкого калибра. Это был в прямом смысле слова огненный вал, от которого ни один вражеский корабль не смог увернуться. В этот момент по более крупным кораблям врага были запущены пачки тяжёлых и средних ракет. По нам тоже открыли огонь… но наши корветы не стали лезть вперёд, им был дан приказ охранять крупные корабли от ракет противника, чтобы они не просадили щиты. Чем пилоты корветов и занимались вместе со своими стрелками.