Алекс Бредвик – Изгой. Падение (страница 5)

В любом случае надо было понять, как так вышло, что эти дикари оказались чисты от мутаций. Что-то тут не вязалось, от слова совсем. Я понимаю, что технологический процесс не стоит на месте. Однако потребовалось бы с самого детства следить за этими людьми. Выращивать чистый генофонд… чтобы потом вот так вот положить их в бессмысленной битве? Неувязка, ибо такие люди – нынешняя надежда человечества, ведь почти любая мутация укорачивает жизнь, только чистый генофонд, за редким исключением, способен сделать жизнь человека нормальной. Ну помимо климатических условий и тому подобного.

Для этих целей после моих слов несколько тел, которые были более-менее целы, старший охранник перетащил в морозильную камеру. Если бы не я, он бы вообще никогда не узнал про особенность этих варваров, а так у него есть шанс на повышение. Недолгое. Осталось ему года два максимум.

Главное здание аванпоста я покинул уже вечером, хотя заходил ещё днём. Чтоб этого клерка! Время шло не так незаметно, как хотелось бы. Благо, со мной была Кира, которая помогала провести хоть какой-то анализ произошедшего. В любом случае придётся поднимать вопрос среди всех Изгоев, ибо сам я эту загадку вряд ли смогу решить. Но не сейчас.

Направившись в ближайший постоялый двор, в котором у меня ещё на несколько суток была арендована комната, я посматривал на проявляющееся звёздное небо и лунный серп, что светился на ночном небосводе. Вечная спутница Земли тоже пострадала в Самый Последний День, в день апокалипсиса, падения астероида. Она приняла на себя часть удара, и одна её часть, пока невидимая нашему глазу, откололась. Земле повезло – лунные обломки выкинуло за пределы гравитационного поля планеты.

Что мне нравилось в местном постоялом дворе «Горюющий путник», так это отношение к охране. Тут работали наёмники, получали свои талоны не за то, что сидели тут номинально, а за то, что реально работали. Если что-то происходило с клиентами постоялого двора, то у всей охраны вычиталась часть заработной платы – они лишались своих талонов. А ведь согласно хроникам ещё две сотни лет назад всё осуществлялось с помощью электронно-вычислительных средств, но система сдохла, как подыхают и остальные.

Общая деградация населения налицо. На фоне вечных конфликтов и противостояния сильных мира сего многие перестали заботиться о своём развитии, начали думать о выживании и как попроще убить своего врага. В итоге все ненужные отрасли начали отмирать, та же наука. Сейчас большая редкость встретить человека, который увлекался бы вопросами, например, ботаники, зато много где встретишь «умельцев», которые готовы отдать свою жизнь за тысячу талонов. Грустно.

Кстати про экономику. Потеря возможности электронной оплаты стала проблемой в связи с тем, что начали активно выходить из строя искусственные спутники Земли, что были туда доставлены вместе со всеми орбитальными убежищами. В космос сейчас, понятное дело, никто не летал, не хватало ресурсов и специалистов. Вдобавок были утрачены необходимые чертежи. Не все, но многие.

– Вам принести ужин? – стоило мне зайти в свою комнату, как ко мне заглянула миловидная горничная.

Она явно находилась где-то в середине срока беременности, но из-за необходимости зарабатывать на хлеб, специальные выплаты полагались только родившим, она батрачила тут.

– Не откажусь, – улыбнулся я этой достаточно худенькой красавице с янтарными глазами и рыжими волосами.

Раньше такие были редкостью, если верить базам данных, но, совпадение или нет, на космических станциях во время Исхода и Ожидания доля рыжих людей составляла двадцать два процента.

Закрывшись – если что, работница оставит ужин на специальной телеге, что стоит возле моей комнаты, – я начал сбрасывать с себя элементы брони. Первым с меня улетел на пол полностью разряженный нарукавник со сложенным внутри него щитом. Потом избавился от того, что сидел на правой руке. Совершенно обычный элемент брони, просто сделан из особо прочного сплава. Затем я нажал на кнопки возле моих наплечников, которые со звуком выпускаемого воздуха сползли с меня, освобождая из своих тисков плащ из протомедведя. В самые тёмные и холодные ночи шкура этой зверюги неплохо помогала согреваться, сохраняя таким образом мою жалкую жизнь.

Почему жалкую? Я, по сути, не добился ничего такого, что могло бы сделать мою жизнь более ценной. Даже мои родители, Талиса и Арис, смогли восстановить некоторые исчезнувшие в веках технологические процессы, что привело к торговому подъёму на территории почти всей Восточной Европы. К примеру, они вернули в мир производство удобрений, чем занимаются сейчас кланы «Великое Слияние» и «Великий Путь». А это, в свою очередь, поспособствовало увеличению производства сельскохозяйственной продукции, что впоследствии начало благоприятно сказываться на количестве населения. Глядишь, так и в науку постепенно начнут ударяться. Но пока только в войну.

Последними я с себя снял свои ботинки, к которым были прикреплены паты. Носить их уже было привычно, но всё равно без них чувствовалась некая свобода, лёгкость. Единственный элемент брони, который я не снимал в общественных местах, а постоялый двор я к таким относил, – это мой наноуглеродный жилет. Эта штука уже множество раз за последний месяц выручала мою шкуру, да и не ощущалась на теле почти. Жаль, от ударов тупым предметом она не спасала, так что угроза переломить хребет всё ещё существовала.

Копьё, пока я не ложился спать, также покоилось у меня на поясе в специальном чехле в сложенном состоянии. Так оно выглядело как обычная металлическая палочка длиной в двадцать сантиметров, предназначение которой было трудно предугадать. Но, как и щит, будучи подключённым к Кире, системе, что вживлена в чип в моей голове, я мог спокойно складывать и раскладывать его, пока там есть заряды энергии. В щите закончились, в копье оставался всего один заряд. Как покину аванпост, придётся топать на базу, а то могу не пережить особо трудной схватки, которые последнее время меня начали преследовать.

– Ужин! – послышался мелодичный голос из-за двери.

– Спасибо, заберу чуть позже! – крикнул я в ответ и направился в ванную, сбрасывая с себя свою хлопковую и порядком изодранную рубаху.

Я хотел просто банально умыться. Во время последнего боя я довольно часто падал, кувыркался, прыгал, бродил среди облаков пыли… так что лицо моё сейчас было не особо свежо. Только повернул скрипящий вентиль крана, как выскочила очередная подсказка Киры о необходимости заменить деталь. А то скоро его могло прорвать. Кира сканировала всё, что могло представлять для меня угрозу, но иногда её заносило.

Я подставил ладонь под струю воды, которой после ополоснул своё лицо. А после ещё несколько раз.

Закрыв воду, я потянулся к белому, что меня всегда удивляло, полотенцу и спокойно вытерся им. Что-что, а бельё тут всегда было чистое, где-то в столице клана наладили производство стирального порошка, из-за чего люди могли ходить в чистых одёжках. Ну и я им иногда у них затаривался, самому производить его было очень проблематично.

Вытерев лицо и повесив полотенце на вешалку, где оно покоилось и ранее, я взглянул на отражение в старом овальном зеркале. Уставшие голубые глаза на покрасневшем от той же усталости лице. Оба моих виска украшали вживлённые титановые пластины, что вели от середины крайних третей лба к скуле. С правой стороны на такой пластине имелся индикатор, показывающий подключение к системе Изгоев. Сейчас он светился синим, что означало наличие подключения. Это больше служило для самообороны и идентификации, нежели для какого-то практического применения. При необходимости мы, Изгои, могли подобные лампочки отключать.

Скулы были у меня широкие, несколько островатые, но с впадиной на уровне глаз, ноздри широкие, брови густые, лоб высокий, надбровные дуги были сильно выдвинуты вперёд, тем самым утапливая глаза внутрь черепа, подбородок несколько выпирал вперёд. А ещё на моем лице сейчас красовалась короткая бородка, которую следовало сбрить или подровнять. Инструментов для того и другого у меня, понятное дело, не нашлось.

Ещё один полезный имплант сидел у меня в ушах, позволяя различать даже самые тихие шорохи, если настроить их на нужный уровень шума. Во время боя слух, не без помощи Киры, становился как у обычного человека, а то бы я мог оглохнуть.

– Мда… помотала сегодня меня жизнь, – грустно усмехнулся я, смотря на два синяка под глазами от недосыпов, которые уже становились изюминкой моего лица. – Надо жрать и спать, а завтра к Сталеру… – развернулся я и медленно побрёл к двери в свою комнату, тихо проговорив себе под нос. – Может, ему всё же сказать про рак мозга? Хоть планы на жизнь свои перестроит…

* * *

– О, – хлопнул в ладоши старший охранник, когда я пришёл к нему в «офис», – явился – не запылился. Уже полдень, дорогой мой, два часа как прибыл представитель вождя из столицы, чтобы помочь нам понять, что за чудо такое мы тут добыли.

– Прости, – пожал я плечами, а потом ответил на рукопожатие Сталера, стоило мне подойти чуть ближе к нему. – Не высыпался последние дни. Представитель уже начал работать?

– Нет, – мотнул он отрицательно головой, – ждали тебя, даже из морозилки трупы пока не достали.