Алекс Бредвик – Боец (страница 17)

— Вау! — остановилась Ника в узком проходе, а из-за её спины было видно лишь часть картины того, что было впереди.

А было… много чего. И я тоже был удивлен. Буквально золотые горы, статуи всех богов, различное снаряжение, которое пестрело богатством. Тонны драгоценных камней, причём в прямом смысле слова тонны. И лишь один узкий проход между всеми этими богатствами.

— Осторожно! — шипел Палиас. — Даже ногами нельзя трогать ничего, вообще ничего не должно быть сдвинуто! Тут какой-то хитрый механизм, который следит за этим!

— Магия тут следит за этим, древняя и сложная, — спокойно проговорил я, когда всё же удалось пройти вперёд. — Вон, смотри, — кивком я указал на стену, — знаки. Я их не могу прочесть, но со стопроцентной уверенностью скажу, что это Древний Язык. Возможно, просто письмена, возможно, что они и ничего не значат… но среди сотен знаков могут быть и магические.

Иногда приходилось осторожно лавировать между постаментами, иногда осторожно протискиваться. Я даже разок случайно нагрудником сместил статуэтку… уже испугался, приготовился бежать назад… но ничего не произошло. Сместить — не забрать. Видимо, магия тут была умная.

— Повезло, — честно признался я. — Но иначе бы не пролез…

— Схуднуть бы тебе, дорогой, — похлопала меня по плечу жёнушка, после чего пошла дальше.

И так минут десять, пока мы не приблизились к красиво украшенным дверям. Морские пейзажи, ракушки, гневный бог, который взирал на свои богатства. Я невольно преклонил колено и склонил голову, прошептав слова благодарности. Ника повторила за мной, как потом и Палиас. И после этого, словно это был некий ритуал, огромные, массивные, толстые двери начали раскрываться, показывая единственный предмет, который там находился.

— Вот он! — с наслаждением, вожделением даже, проговорил Палиас. — Трезубец Посейдона.

Всего тут лежало три подушки, на каждой из них покоилось по одному предмету. К двум из подушек, которые по логике должны были истлеть, огромная статуя бога тянула свои руки, держа их над ними, а на центральную смотрела, причём с нежностью и заботой, словно это его детище.

— Я беру навершие, — развернулся я к остальным, быстро объясняя, что нужно делать. — Ника, бери серёдку. Палиас… за тобой основание. Потом отдашь его мне. Что-то мне подсказывает, что ловушка и тут сработает, а нам придётся бежать. Готовы?

Двое кивнули, я же подошёл к своему постаменту. Под таким углом «нежный» взгляд бога превращался в… насмешливый? Всё может быть. Или это просто игра теней или моей фантазии. Сердце бешено колотилось. Волнение нарастало. Вот он, лежит перед нами, второй божественный артефакт… но медлить не было смысла. Пока мы тут думаем… враг на улицах города творит бесчинства. А ещё мысленно невозможно связаться с Кайланой.

— Три… — начал обратный отсчёт я. — Два… раз… берём!

Глава 10

Схватив свою часть Трезубца Посейдона, я ожидал чего угодно: шипов, открывшейся пропасти, потопа, просто внезапной смерти от приступа какого-нибудь, невероятного наплыва божественной энергии, от которой меня разорвет. Но ничего такого не произошло. Просто… забили в сторонах фонтанчики. И всё.

— Признайтесь, вы тоже этого не ожидали, — пробубнил под нос наш новый соратник, стоя с удивленным выражением лица. — Я вот точно нет.

— Так же, — кивнул я головой, а Ника просто стояла недовольная и нахмуренная, видимо, уже внутренне приготовилась давать деру.

Но тут… послышался звук жесткого падения. Я развернулся, глянул в сторону прохода, из которого мы вышли, и выругался. Все те несметные богатства начали проваливаться куда-то глубоко под землю, ясно давая нам понять, что бы с нами было, если бы мы там что-то взяли и попытались утащить. Тут же оказалась безопасная точка, где ничего не происходило. Почти ничего…

Когда все в коридоре рухнуло, начала двигаться огромная статуя бога. Я даже отпрыгнул, приготовился чисто машинально к бою, выставив левую руку вперед, а правую занеся для удара глефой. Но противников не появилось. Наоборот, возникло стойкое чувство… что я в безопасности. Уверенность сама откуда-то бралась, словно что-то взывало к этим чувствам. Непривычно. Непонятно. Даже неприятно, особенно когда ты готовишься сражаться.

— Да что с этим миром не так⁈ — выругался я, тут же расслабившись.

Руки бога накрыли два постамента, полностью закрывая доступ к ним, а голова нависла над третьим, не давая возможность забрать оттуда награду, если бы она еще была там. Вместе с этим открылся огромный рот бога, челюсть соприкоснулась с полом, а внутри был виден проход.

— Это шутка какая-то⁈ — возмутилась Ника. — Так-то Кронос любил есть своих детей, а не Посейдон! Или это такое глупое приглашение?

— Скорее аллюзия на Кроноса через его сына, — усмехнулся Палиас. — Но вместо того чтобы пожирать… нам, скорее, хотят дать убежище, в котором мы сможем чувствовать себя в безопасности. А учитывая близость моря, то неудивительно, что тут именно статуя Посейдона.

Я кивнул. Так как после каждого его слова словно само мироздание подталкивало меня внутренне соглашаться с ним. Странно. Непонятно… но что поделать? Поэтому я, не совсем уверенно, но, не показывая вида, сделал шаг вперед, пригнулся, зашел внутрь и пошел дальше. Внутри «рта» бога было достаточно просторно. Голова оказалась полой, а также тут было полно знаков Древнего Языка. Только на этот раз никаких приступов болевых не было. Я просто их видел… и ничто не чесалось в голове. Видимо, для прорывов в познании на сегодня хватит с меня.

Дальше был проход. Было светло достаточно, чтобы не врезаться случайно в стенку. Поэтому я побрел далее. За мной пролезла Ника, которая помогла забраться нашему новому товарищу. Они медленно последовали за мной. Хоть сам мир пытался убедить меня в том, что тут безопасно… я продолжал идти вперед, внимательно смотря по сторонам. Враг мог оказаться и тут.

— Здоровая паранойя, — послышался старческий, сильно ослабший, но тем не менее достаточно громкий голос. — Когда-то и я был таким, когда пришел сюда… когда-то и я пытался спасти мир… и мне это удалось… проходите… герои… вас тут ждет кров… и безопасность. Ибо она нам нужна даже куда больше, чем обычным смертным.

Я проследовал дальше. Коридор был на удивление длинным, прямым. И теплым. Словно я шел действительно внутри живого существа. Не до такой степени теплым, чтобы это вызывало дискомфорт… наоборот… достаточно, чтобы чувствовать себя в уюте. Всё располагало к тому, чтобы показать, что это место безопасное.

— Меня зовут… Идас, — улыбнулся исхудавший старец, в глазах которого буквально блуждала морская волна и сила самого Посейдона. — Вы могли слышать про меня… в так называемой…

— Элладе, — прошептал Палиас. — Идас… сын Афарея, царя древней Мессены… названый сын Посейдона… полубог… герой Мессены… считался погибшим давным-давно.

— Как видишь… я все еще бренен, дышу и вижу, — улыбнулся старец. — Вижу, ты читал оставленные мною подсказки, юноша. Не думал, что они доживут до этого дня. Не думал, что кто-то вообще найдет это место. Но… не зря говорят, что в тяжелые времена рождаются сильные люди.

— Да, многоуважаемый Идас… читал, — почтительно попытался поклониться Палиас, но чуть не рухнул, Ника, которая отпустила из-за изумления его, быстро схватила, не дала упасть. — Я читал те древние свитки… но пришлось их уничтожить. Какой-то древний культ захватил власть в городе, мог узнать об этом божественном убежище, которое было построено, по легенде, самими богами для того, чтобы защитить своих детей.

— Ну, почти, — усмехнулся старец, но тут же закашлялся. — Похоже… силы начинают меня покидать. Всё же… сон и пребывание в другом измерении разумом не совсем одно и то же, как и прямое существование тут…

— Вы были в загробном мире? — удивился я. — В Элизиуме.

— Да, — с уверенностью ответил старец. — Мне позволили там находиться, так как век мой прошел, а сам я покинул смертный люд. А когда пришли вы… мне сообщили об этом сами боги, с тревогой наблюдающие за миром. Все герои прошлого восприняли это как знак. Знак изменений к лучшему. Поэтому я вернулся… но ненадолго. Кто из вас… сын Первозданного?

— Я, — сделал я шаг вперед, с уверенностью смотря в эту бурю в глазах старца, энергию и невероятную мощь, которая буквально подавляла.

И при этом до этого… я не чувствовал такой давящей энергии. Она была действительно всеобъемлющей, нарастала, словно прилив, а иногда била, словно настоящее цунами. Мне словно приказывали упасть на колени… но, Аид меня побери, меня не просто так избрал сам Хаос! Он не склонится ни перед кем, им никто не может повелевать! Почему мной кто-то должен! Нет! Никогда! Я! Не! Позволю! Мной! Управлять! Без! Моего! Согласия!

На лбу выступила испарина, сердце начало сильнее и быстрее колотиться. Ноги начали мелко дрожать, мышцы наливаться болью и сталью. Ноги переставали слушаться, но я сделал уверенный шаг вбок, вонзил свою глефу в пол убежища, пришлось даже применить способность. Лишь бы не упасть. Лишь бы не позволить себе сесть на колено. И старец улыбнулся. Тоже взмок, явно соревнуясь со мной сейчас. В его глазах был азарт, а на лице сухая, но такая детская улыбка. Счастливая, словно он снова оказался в тех временах, когда сам спасал мир. Но тут… кожа на его лбу буквально треснула, тело не выдерживало уже этой мощи. Потекла кровь. Не много. Не сильно. Но сам факт. И тут… он перестал на меня давить.