Алекс Блейд – Откровения. Книга 1. Время перемен (страница 44)

— Что здесь происходит? Я ничего не понимаю. Я только, что был там, в пещере, а сейчас… — Нахум осмотрелся. На небе сияло пустынное солнце, а он сам валялся на твердом песке, недалеко от ущелья Дарга.

— Жизнь есть процесс утраты иллюзий. И сейчас перед тобой наглядный пример реалистичной иллюзии, которую я вам внушил.

— Так это всего не было? Вообще ничего?

— Вы спустились, а затем поднялись из ущелья Дарга, и оставались здесь в пустыне всё это время, а остальное, начиная с вашего «вхождения» в пещеру, я внушил вам своими иллюзиями.

— А как же ифрит? — Нахум никак не мог поверить в происходящее.

— Вы сами подсказали мне эту идею с огнем, когда рассказывали историю про Ирода и гробницу Давида. Я только воплотил это в жизнь. А имя этого огненному существу вы дали сами.

— Ты был всё это время вместе с нами? Всегда?

— С того момента, как вы покинули дворец Анилея.

— А все эти твои исчезновения…

— Я никуда не исчезал и не пропадал. Просто внушал тебе, что ты меня не видишь, создавая иллюзию исчезновения. Но если бы ты провел рукой по тому месту, из которого я «якобы» исчез, то нащупал бы меня.

— Но подожди… Если мы оставались снаружи, в этой пустыне, то куда могло деться солнце? В этих пещерах ведь было темно…

На этих словах Нахум остановился, почувствовав как небо заполняется ночными звездами, а солнце спускается к закату. И тут же всё возвращается обратно.

— Ты видишь только то, что я внушаю твоему мозгу.

— Но для чего всё это было затевать? Это же бессмыслица.

— Как бы тебе проще объяснить, мой дорогой Нахум. У вас это вроде бы называют гладиаторами. Так вот, мне нужен был гладиатор для Арены. Проблема в том, что мне достался очень сложный предмет для моего гладиатора. Это спрут. Слабовольные люди не смогут его контролировать и у них уйдут на это годы.

— И что этот… спрут делает?

— Ты ведь помнишь, как я всегда тебя находил? Спрут показывать активные предметы — фигурки, как твоя змейка. Но это лишь его побочные свойства. Я решил, что проще будет найти для спрута того, кто уже был знаком с этими фигурками зверей и имел опыт контроля над ними. Ты был ближайшим из них. Так я тебя и нашел, устроив маленькое шоу иллюзий со стенами.

— Но ведь их не было, и я мог бы запросто уйти, разве нет?

— Твой мозг был уверен, что стены есть. И ты мог бы биться об эту стену вечность, но не сделал бы и шага вперед. В общем, ты меня тогда не впечатлил. Ты даже не мог полностью контролировать свою собственную змейку. А спрут это гораздо сложнее. Но я оставил тебя запасным вариантом.

— Запасной вариант? А он? — Нахум кивнул в сторону Эфраима, который продолжал что-то увещевать лжеНахуму за прозрачной завесой.

— Про него я узнал случайно. В Хевроне, в одном из трактиров, я услышал интересную историю от одного из «очевидцев» ограбления некоего Анилея. Он рассказывал про исчезающего человека и жемчужину. И вот же совпадение — ты рассказывал мне об этом же, в ту ночь, когда мы познакомились. Вот только этого человека схватили, и на тот момент он находился в рабстве этого самого Анилея. Но ведь я знал, что ты на свободе. А значит речь идет о ком-то другом.

— Так почему ты заинтересовался им?

— На тот момент, я даже и сам не знал. Но решил разузнать о нем побольше. Вновь встретился с тобой и попросил на всякий случай вернуться в Хеврон. С начало незримо я наблюдал за ним, за тренировками, а потом в качестве Люция навестил Анилея. В этом Эфраиме был некий стержень, внутренняя сила воли. Но были проблемы с его мотивацией. И я решил затеять эту небольшую игру и при этом дать тебе еще один шанс.

— Какую игру? Кто ты?

— В мою игру. Как говорится, пока человек не посмотрит в глаза смерти, невозможно угадать, что он сделает ради жизни. Всё что было в этой пещере — это ваша проверка. И Эфраим меня больше вдохновил, чем ты. У него нет страха и он пойдет до конца там, где ты убежишь, поджав хвост. Он доказал это со змейкой. Даже заставил меня немного поволноваться, когда пропал из пустыни. Но иллюзия оставалась и он вернулся прямо в нее, не заметив подмены.

— Щупальца? — Нахум хватался за что попало, но уже понимал, что его всё это время дурачили.

— Это было олицетворение спрута в живую. Конечно же он не мог висеть на том, чего нет. Эфраим оставался на земле, воображая себе все эти перемещения. Он был быстр и я едва поспевал за его мыслью. Главное ведь вовремя внушить то, что нужно, и человек поверит в это. А тебе я внушил, что на тебя упал камень, и ты всё это время валялся, думая, что истекаешь кровью. Мне это не нужно. Я сделал свой выбор — моим гладиатором будет Эфраим.

— И что дальше? Что будет со мной?

— А теперь финал.

Люций направился к прозрачной завесе, и пройдя через нее оказался по ту сторону иллюзии. Но ни Эфраим, ни Сара не увидели его появления — он оставался для них незримым.

Люций медленно заходил за спины Сары, и державшего ее лжеНахума. Зайдя вплотную, он стал сливаться с этим лжеНахумом, заменяя его собой. И вот через какое-то мгновение Сару крепко держал уже сам Люций. Но для Эфраима всё оставалось по прежнему — он видел только Нахума и Сару. Но не так уж и долго.

Они пропали из поля его зрения, буквально растворившись в воздухе. Эфраим конечно же решил, что это Нахум переместился, и ринулся к тому месту, где они только что находились. Но никуда не исчезавший Люций уже отволок Сару от того места, и перешел через грань своих иллюзий.

Подтащив Сару туда, где находился настоящий Нахум, Люций бросил ее тело рядом с ним. Нахум увидел торчащий из ее шеи нож, а затем и кровь, наполнявшую песок под ней — она была мертва.

— Мы избавились от лишнего груза, — объяснял Люций, встав над Нахумом. — А Эфраим получил мощнейшую мотивацию. Теперь он сделает, что угодно, чтобы найти тебя и соответственно свою сестру. А я помогу ему в этом, отведя туда, куда нужно мне и без всяких лишних людей.

Понимая, что он теперь абсолютно ему не нужен, Нахум резво подскочил к Саре, вытащив из нее нож, и набросился на Люция. Лезвие гладко вошло в его грудь — он даже не сопротивлялся. Люций лишь слегка дернулся, замерев на какой-то момент, и рассыпался прямо в руках Нахума. И в этот же миг Нахум почувствовал, как чья-то рука обхватывает его сзади за шею, слегка придушив.

— Совсем забыл тебе сказать, что Люций — это тоже иллюзии. Меня зовут Иллюзион.

— Но как… — прохрипел Нахум. — Я же говорил с ним…

— Говорил вслух ты, но не Люций. Мои ответы я тебе внушал. И ты просто слышал их в своей голове. Прощай, Нахум. Я не могу сказать, что мне приятно было иметь с тобой дело.

Последнее, что увидел в своей жизни Нахум — это как из плоского конца серебрящегося металлического жезла появились сотни небольших лезвий. Они стремительно приближались к его лицу, пока не вошли в глаз, проникая еще глубже — в мозг.

Отбросив бездыханное тело Нахума к мертвой Саре, Иллюзион посмотрел на Эфраима, продолжающего причитать то ли угрозы, то ли еще что-то в этом роде, в этой иллюзионной «пещере». Люций должен вернуться в игру.

И рядом с Иллюзионом появился облик Люция, который вновь направился к прозрачной завесе. и в этот раз Эфраим увидел его, когда он перешел через грань иллюзии.

— ТЫ?! ЭТО ТВОЯ ВИНА?! — Эфраим накинулся на него, едва тот появился.

— Постой, постой. Я не меньше тебя удивлен произошедшим. Кто мог знать, что Нахум выкинет нечто подобное. Но я готов помочь тебе его найти…

— КАК?! Он уже черт знает где может быть. Я не смог ее уберечь. Я…

— Послушай, Эфраим. Я чувствую и свою вину в этом. И сделаю всё возможное, чтобы это исправить.

— Слишком поздно… Ее уже нет.

— Ты так говоришь, будто он убил ее. Но Нахум просто куда-то переместился вместе с Сарой. И мы найдем их. Он ведь рассказывал тебе, что я всегда находил его, где бы он ни был?

Люций протянул руку, в которой находился спрут. Это была лишь иллюзия фигурки — настоящий спрут был у Иллюзиона. И сейчас он сам незаметно подходил к Эфраиму, чтобы вложить эту настоящую фигурку в его руку.

— И чем он поможет? — фигурка холодила также как и змейка, но больше ничего не происходило.

— Этот спрут может показать тебе местонахождения всех активных предметов. Например, змейку Нахума. Спрутом сложно управлять, но я уверен, что ты справишься…

— Тогда почему ты сам не найдешь его? Ты ведь уже знаешь как им пользоваться?

— Я… — Иллюзион-Люций даже слегка растерялся, но быстро нашел, что ответить. — Я буду вынужден покинуть тебя на некоторое время. И этот спрут — это всё чем я могу помочь тебе в поисках Нахума и твоей сестры.

— Даже если я и найду его, что дальше… Он же переместится куда угодно. Как я его поймаю?

— А вот в этом-то и заключается основная особенность спрута. Он посылает сигналы по всей планете, соединяясь с активными фигурками, получая от них ответные сигналы, и определяя точное местонахождение. Но спрут может установить и постоянную связь при непосредственной близости к другому активному предмету, разъединяя связь между владельцем и его фигуркой, делая ее неактивной.

— Как?!

— Ты справишься. Просто сосредоточься на своей цели. Помни о сестре. Это единственная твоя возможность ее спасти. Вложи всю свою силу, всю волю в это стремление. И ты сможешь увидеть все активные фигурки. Но тебе нужна будет только одна — змейка. Прочувствуй ее, соединись мысленно щупальцами спрута с ней. И подчини. Если тебе удастся полностью овладеть фигуркой спрута, тогда ты сможешь это сделать.