Алекс Блэксорн – Автогол (страница 1)
Алекс Блэксорн
Автогол
Макс
Макс
Макс Вальтер долго лежал в кровати, глядя в потолок. Уже полгода ему не нужно никуда спешить, но привычка рано вставать так въелась в его ДНК, что, кажется, ее нельзя было вытравить. Вот и сегодня его резко выдернуло из сна ровно в шесть утра. Толком не проснувшись, Макс хотел вскочить и отправиться в ванну, чтобы потом быстро переодеться и пойти на пробежку, но стоило откинуть край одеяла и увидеть длинный, изогнутый шрам на правой ноге, как живот свело спазмом от болезненных воспоминаний и Макс снова рухнул на подушку.
Прошло уже полгода. Не такой уж и маленький срок, а он все никак не мог привыкнуть к новой жизни и новому статусу.
«Сбитый летчик»
«Звезда, которая загорелась ярко и стремительно погасла»
«Безработный бывший футболист»
«Калека»
Как только Макс себя не называл. Иногда возникало чувство, словно ему нравилось причинять боль самому себе, смаковать страдания. Хотя что Вальтеру оставалось еще? Авария поставила крест на его спортивной карьере.
Макс прижал подушку к лицу и закричал, словно это могло прогнать воспоминания о том дне. Если бы он только поехал на метро! Или на автобусе! Или прогулялся пешком! Плевать на ливень и жуткий холод! На возможность простыть и заработать воспаление легких! От пневмонии его бы вылечили в два счета. Ну, пропустил бы пару недель. Ну месяц. Да даже если бы пришлось полежать в больнице, все равно было бы лучше, чем сейчас!
Но тогда Макс считал иначе. На носу была важная игра и возможность заключить выгодный контракт с топовым зарубежным клубом, и Макс в кои-то веки решил послушать агента, тренера и личного врача и поберечься. Увидев, что на улице льет как из ведра, да еще и дует холодный осенний ветер, он вызвал такси. Впервые поступил разумно, и к чему это привело? Водитель, ехавший по встречке, не справился с управлением на скользкой дороге. Таксист, конечно, попытался увернуться, но столкновения избежать не удалось.
Учитывая ситуацию, Макс еще легко отделался: вместо смерти или жизни в состоянии овоща получил сложный перелом правой ноги. Другой бы на его месте благодарил своего ангела-хранителя и отмечал в эту дату второй День Рождения, но не Макс. Как только он узнал, что больше не сможет играть в футбол, пожалел, что не умер на месте. Хотя по-хорошему Макса уже нельзя было назвать живым. Футбол был для него всем, и теперь не осталось ничего.
Макс отбросил подушку и покосился на будильник. Он валялся в кровати почти два часа. Так нельзя. Нужно вставать и хоть что-то делать. Бросив последний взгляд на потолок, который уже давно стал его немым собеседником, Макс выбрался из кровати и, ступив босыми ногами на пушистый белый ковер, отправился в ванную. Там он неторопливо привел себя в порядок, натянул спортивные штаны и футболку и вышел из спальни. В глаза тут же ударил яркий свет из огромных панорамных окон, занимавших всю стену от первого до второго этажа загородного коттеджа. Когда глаза привыкли к свету, Макс прошел вперед, облокотился на перила и обвел взглядом открывшийся пейзаж.
Когда Макс заключил контракт с топовым клубом нашей страны, сразу же купил себе роскошный коттедж в элитном поселке в Подмосковье. На территории был и спа-центр, и тренажерный зал с самым современным оборудованием, и несколько бассейнов, которым позавидовал бы даже олимпийский стадион, а также разветвленная сеть беговых дорожек на любой вкус, можно было даже пробежаться по лесу, вдыхая аромат специально высаженных сибирских елей. Для Макса это место стало личным раем. Он мог круглый год поддерживать себя в идеальной форме и раз за разом становиться лучшим как в команде, так и в стране.
Но после аварии смотреть в окно стало неприятно. Ни тренажерный зал, ни беговые дорожки, ни бассейн были Максу не нужны. Зачем стараться и поддерживать себя в форме, если ему больше не суждено выйти на поле? Привычные занятия утратили смысл. Макс не только перестал тренироваться, но и отказался от личного повара, массажиста и диетолога. Он и из дома выходил редко. А зачем? Чтобы ловить на себе жалостливые взгляды прохожих? Или слышать злорадные усмешки недоброжелателей? Нет уж. Его собственный внутренний критик прекрасно справлялся с задачей утопить Макса в болоте.
Он нехотя спустился на первый этаж и заглянул в холодильник. Кроме соевого соуса и неизвестно откуда взявшегося лимона, там ничего не было. Что же приготовить на завтрак? Сварить овсяную кашу на воде и удовлетвориться этим? Или заказать доставку? Нет, проблем с деньгами у Макса не было. За время своей пусть и короткой, но очень успешной карьеры, он сумел заработать хороший капитал, а благодаря грамотному инвестированию, еще и приумножил его и мог безбедно жить до конца своих дней. Просто Макс знал, что если откроет приложение доставки, то не удержится и закажет что-то вредное, но вкусное, а потом будет долго себя за это корить. Понятно, спортивную диету соблюдать уже не надо, но привычка сильнее здравого смысла.
Так что, все-таки каша – радость наша?
Максу было тошно. Вместо завтрака он предпочел бы выпить, но этого тоже не мог себе позволить. Как там говорят? Можно вытащить человека из спорта, но нельзя вытащить спорт из человека? Это точно про него.
Макс застонал и закрыл лицо ладонями, но в этот момент зазвонил домофон. Такой неприятный радостный звук, словно бы кто-то мог прийти к нему с хорошими новостями. Макс направился в прихожую и посмотрел на экран. Перед воротами стояла машина его агента. Вот так сюрприз! Из-за своего токсичного позитива и чрезмерной любви к слову «чувак», Иваныч был последним, кого Макс хотел сейчас видеть. У него даже возникла мысль претвориться, что дома никого нет, но потом он все же открыл. В конце концов, Иванычу пришлось проделать долгий путь, чтобы добраться сюда. Вряд ли он приехал только, чтобы спросить, как у Макса дела.
Ворота медленно распахнулись, и старенькая машина Иваныча въехала во двор. Вальтер прошел в прихожую и открыл дверь для своего агента.
– Ну, как ты, чувак? – спросил тот и, не спрашивая разрешения, заключил подопечного в удушающие объятия. Макс уловил ядреный запах дешевого одеколона и поморщился.
– Как всегда, – ответил он и пропустил гостя в дом.
Иваныч был на полголовы ниже и на двадцать килограмм тяжелее Макса, а еще остался одним из немногих, кто добровольно поставил себе золотые коронки на зубы.
– Нечего раскисать! – воскликнул Иваныч, осматриваясь, словно полицейский в поисках улик, – пошел бы прогулялся, что ли? Весна в самом разгаре, и погода стоит шикарная! Птички, цветочки и все дела.
– Ты за этим приехал? Если хочешь погулять, лучше возьми свою жену. – Прозвучало грубовато, но у Макса уже полгода было паршивое настроение, и Иваныч об этом знал. А раз приехал, должен быть готов к резким ответам.
Иваныч неодобрительно покачал головой, словно отец, разговаривавший с маленьким сыном, а потом улыбнулся.
– Ну зачем ты так? Я ведь хочу как лучше, – сказал он.
Макс закатил глаза.
– Да-да-да, – пробубнил Вальтер, – если ты уже сообщил все, что хотел, возвращайся домой. Я, вообще-то, еще не позавтракал.
Иваныч хмыкнул. Агент слишком хорошо знал Макса, чтобы поверить, будто в холодильнике у того завалялась хоть какая-нибудь приличная еда.
– У меня, между прочим, для тебя хорошая новость, чувак! – торжественно объявил Иваныч и умолк, дожидаясь реакции Макса.
Тот не особо верил, что агент принесет ему действительно радостные известия (да и о чем вообще может идти речь, когда Максу больше не суждено выйти на поле), но все же решил выслушать.
– И? – протянул он.
Иваныч сделал еще одну театральную паузу, прежде чем снова заговорить.
– Помнишь, ты умолял меня найти тебе место помощника тренера в какой-нибудь хорошей команде? – спросил Иваныч, – в общем, я подсуетился и вуаля! Один топовый клуб готов предложить тебе работу!
Тоска Макса развеялась вмиг. Он подбежал к Иванычу, хотя и так прекрасно его слышал.
– Что?! Ты не шутишь? – затараторил Макс.
Довольный произведенным эффектом, Иваныч заулыбался еще шире.
– Да какие могут быть шутки, чувак? – обиженно спросил агент, – если хочешь, поедем прямо сегодня, и я познакомлю тебя с тренером. Он мировой мужик, отвечаю!
Впервые за полгода сердце Макса забилось чаще. У него появился реальный шанс вернуться в футбол, пусть и не как игрок, а как тренер, но и это уже было немало.
– Скажи хоть, что за клуб? – попросил Макс, прикидывая варианты в уме, – «Спартак»? «ЦСКА»? «Динамо»?
Иваныч качал головой.
– Нет, я договорился с «Северянками», – объявил агент.
На несколько секунд Макс впал в ступор. Благодаря отцу, который был легендарным футболистом, Вальтер вращался в этой среде с самого рождения и знал не только топовые клубы, но и весьма посредственные, а вот про «Северянок» слышал впервые.
– Что это за клуб такой? – спросил Макс, – ты вроде утверждал, что речь идет о топовой команде, а я о них впервые слышу. И название какое-то дебильное.
Последнее замечание Иваныч пропустил мимо ушей.
– Да, «Северянки» действительно топ-клуб, только в женском футболе, – пояснил он.
У Вальтера вырвался смешок. Ясно! Иваныч просто шутит! Розыгрыш, конечно, идиотский, но Макс все равно повелся.
– Очень смешно! – фыркнул он.