Алекс Алезаров – И грянет атомов песнь (страница 13)
Я прыгнул вперед, занося ногу для удара.
“…Почему его сердце звучит чуть в стороне?”
Я пролетел сквозь световую иллюзию нарранурца, обескураженный и потерявший равновесие. Лишь краем глаза я успел заметить отделившуюся от стены тень – размытое пятно, устремившееся ко мне.
Эволюция – штука хитрая.
Механизмы, которые приобретает развивающийся вид на своем тернистом пути к высшей форме, позволяют ему выживать там, где другие виды уступят.
Эти механизмы обусловлены факторами экзосистемы, наличием альфа-хищника или иной угрозы, что сподвигает организм адаптироваться и улучшаться.
Я не слышал про такие особенности этой расы, но, наверняка, на Наррануре что-то заставило этот разумный вид обзавестись крайне занимательными физиологическими способностями.
Каким-то образом этот ксенос мог преломлять свет, создавая как миражи, так и скрывая себя маскировочной вуалью.
Удар вынырнувшего из теней нарранурца метил мне в ноги, чтобы окончательно выбить почву из-под них.
И у него, безусловно, это получилось бы, если бы Буря не изменила меня.
Я прыгнул в воздух, придавая себе вращения. Увернулся от когтей противника и, разогнанный угловой скоростью, ударил в ответ.
Что-то треснуло, и нарранурец отлетел к стене, оставляя вмятину на полимерных пластинах фасада. Сполз на темную землю, тяжело облокотившись спиной на здание.
Застыл, глядя на меня.
– Хороший трюк, – похвалил я противника, чтобы сгладить углы конфликта, – почти получилось!
Лев оскалился.
– Трюк был в другом, фьиш… – Произнес он, хрипло засмеявшись.
– Оу… – Только и сказал я, услышав позади звуки разогретых и готовых к стрельбе плазматов. – Понял.
Пока я занимался нарранурцем, остальная братия догнала нас и взяла в полукольцо.
Обернувшись, я поглядел на десяток направленных в мою сторону стволов – даже с учетом моей нынешней феноменальной реакции увернуться от такого количества плазмы будет практически невозможно.
«Я взвесила шансы…» – Буря словно читала мои мысли. – «Вероятность успеха одна целая семь десятых процента.»
Вздох вырвался из моей груди.
Вот так бесславно окончить свой путь, когда судьба подкидывает второй шанс, ужас как не хотелось.
Я поднял руки над головой в извечном жесте капитуляции, надеясь, что среди застывших ксеносов не найдется тот, в чьей культуре это означает смертельное оскорбление.
– Переговоры? – Спросил я невинно. Спросил, готовый в любой момент испытать в деле тот один процент, что разделял для меня жизнь и смерть.
Лев поднялся, придерживая наверняка поврежденную руку. Смерил меня холодным расчетливым взглядом, будто окатил кубом холодной воды.
Задумался, будто припоминая что-то.
– Имя.
Я взвесил все за и против, прежде чем открывать рот. Я мог бы соврать, мог бы назваться другим человеком, мог бы отшутиться или и вовсе промолчать.
Но сейчас именно правда была козырем в моем рукаве, пусть и не было понятно, в какую игру мне сдали карты.
– Я – Зэр.
Лев смотрел на меня пристально, все еще недвижимый, словно истукан. Ждал, безмолвно, и я тяжело вздохнул, прежде чем назваться полным своим именем, данным мне, когда свет первый раз оставил фотонный отпечаток на моих глазах.
– Я… – Выпрямив плечи, произнес во мне человек из прошлого. – Зэриан Келлемор Террат.
Не подумайте, я знал, что эффект от вырвавшихся на свободу слов не заставит себя ждать.
Предполагал, что на лицах и мордах появится удивление, а может и страх.
Взззззт.
Шар плазмы ударил прямо в грудь льву, прожигая нарранурца насквозь и улетая дальше по проулку. Стрелявший бандит перевел плазмат на своего недавнего товарища, и мир вновь озарила вспышка.
А потом и вопль.
И начался хаос.
Следующие выстрелы были очень неизберательны, бандиты стреляли в друг друга, в меня, в здания вокруг, в затянутое мглой и туманом небо…
Я кувыркнулся к стене, уходя с линии обстрела, и взглянул на распластанное тело льва.
«Интересно…» – Вновь произнесла Буря, а я моргнул и лежащее ничком тело рассыпалось гаснущими фотонами.
Нарранурец вынырнул из тьмы одним стремительным прыжком. Я будто узрел высшую форму хищника, что в несколько мгновений добралась до своей добычи.
Когти ксеноса были точны – стрелявший в него бандит не успел даже развернуться к новой угрозе, как кожа на его лице разъехалась в стороны, обнажая кости.
Он закричал, но второй удар когтистой лапы превратил вопль во всхлип.
«Восхитительно…» – прошептала во мне Буря, и я вздрогнул.
Беспощадная местечковая битва, эталонная иллюстрация к жестокой жизни низших видов Юргарра, вызывала во мне лишь отвращение.
И злость.
…Или это была ярость?
Хозяева жили в своих облачных дворцах, далекие от грязи внизу – самодельные боги, упивающиеся своей властью и непобедимостью.
Только вот я уже убивал их, и кровью их обагрил свои руки. Видел, как свет затухает в их глазах – а значит, не так уж они отличаются от тех, кого кличут рабами.
И значит, всегда найдется способ сбросить их ярмо с наших плеч.
Хватило бы воли.
Не успели мои мысли записаться на подкорку сознания, как все уже было кончено.
«Вау!» – только и сказала Буря, а я уставился на застывшего в круге из тел нарранурца, что ошибочно посчитал мертвым.
Он тяжело дышал, и кровь капала с его рук, сливаясь с темнотой земли, но, перехватив мой взгляд, он распрямился.
– Теперь я вижу.. – Произнес нарранурец, вновь показав клыки. – Кровь Терры. А значит, Паскаль отвалит за встречу с тобой столько си-байт информации, сколько я захочу.
Лев пнул тело поверженного им былого товарища, и брезгливо сморщился.
– Отвалит любому, кто приведет тебя, – ксенос нашел подходящую по габаритам жертву и начал снимать с нее одежду, – а это значит, на тебя уже объявлена охота. И я бы советовал тебе…
– Веди. – Перебил я его.
Нарранурец замер и вскинул на меня удивленный взгляд, а я лишь сжал кулаки и повторил:
– Веди.
Потому как, пришла пора взглянуть в глаза моему первому демону. В глаза тому, кого я предал, ради высших идеалов, что скинули меня прямиком в бездну.
Пришло время вновь встретить ту, кого я в шутку двенадцать лет назад наградил прозвищем Паскаль.
Пришло время снова увидеть Йен.