Алеата Ромиг – За пределами последствий (страница 16)
— Нет, фантастическим активом.
— И кто же из нас тот, кто любит всё самое — самое? Кто помешан на превосходной степени? — спросила Клэр, когда они вступили в зимнюю страну чудес Айовы, и холодный воздух обжег их щеки.
Кортни рассмеялась, устраиваясь на заднем сиденье ожидающего внедорожника рядом с Клэр.
— Так, может, я стану супер-горячей бабушкой?
— Я в этом не сомневаюсь! — ответила Клэр.
— Итак, наша встреча в следующую субботу все еще в силе? — спросила Кортни.
— Да! Я хочу, чтобы у Тони был самый лучший день рождения, который у него только был.
— Я не думаю, что это будет слишком сложно. И я уверена, что с нашим планом мы добьемся успеха. Я получила известие от Илайя и Марианны, и они прилетают в пятницу вечером.
Клэр смотрела, как снежинки воронками кружат по улице. Ни ей, ни Тони в последние несколько лет особо нечего было праздновать. Она подумала о Тони, который в одиночестве провёл свои последние два дня рождения в тюрьме. Хотя Тони не часто рассказывал о своем тюремном опыте, Клэр знала. Она знала, каково это — быть одной. Она больше никогда не хотела такого, ни для одного из них.
— Ой! Тони будет так рад их видеть.
Кортни продолжила:
— Итак, будут Илай и Марианна, Джон и Эмили, Тим и Сью, Джерри и Мередит, Калеб и Джулия и мы четверо. Может вспомнишь еще кого-нибудь, кого я должна пригласить?
— Нет, звучит хорошо.
— Хорошо?
Клэр пожала плечами. Ее удивило, когда нахлынули воспоминания. По какой-то причине ей в голову пришла мысль о Дереке Бёрке. Она встречалась с ним только один раз, и никогда не встречалась с Софией, но, тем не менее, у Клэр на мгновение мелькнула мысль о том, как было бы здорово, если бы они были в кругу друзей. Притворившись, что не об этом она только что думала, Клэр ответила:
— Я только что поняла, что увижу Джулию, и ничего не смогу сказать о ее беременности. Это будет сложно.
— Расскажи мне об этом! Если бы Калеб и Джулия позволили мне, у меня бы уже был установлен один из этих гигантских указателей на лужайке, объявляющих всем нашим гостям о моем внуке. Они просто хотят подождать, когда она будет на большем сроке.
— Я понимаю, кроме того… — Клэр наклонилась ближе. — …Они могут бояться, что ты слегка переборщишь?
— Я? Ни за что! — Кортни рассмеялась.
ГЛАВА 7
— Где любовь, там и жизнь.
Вечеринка по случаю дня рождения Тони прошла с огромным успехом. Несмотря на то, что он не удивился самой вечеринке, присутствие Илайи и Марианны сделало ее особенной. На следующее утро Тони, Клэр, Николь, а также Эрик, Фил, Тейлор и Шеннон отправились в Феникс. У Тони там были дела на несколько дней, и, поскольку его настоящий день рождения выпал во время его поездки, он хотел, чтобы семья была рядом. Клэр не могла быть счастливее. Она не только была в восторге от того, что получила отсрочку от зимы в Айове, но и была счастлива сделать все возможное, чтобы его пятьдесят второй день рождения был таким, который он никогда не забудет.
Создавалось впечатление, что путешествовать только втроём больше не представлялось для них возможным. Присутствие Эрика, Фила, Тейлор и Шеннон с ними становилось естественным приложением. Клэр не скучала по временам путешествий наедине, когда в их самолете были только она и Тони. Она охотно смирилась с их новым положением. Хотя Рудольф больше не представлял угрозы, он доказал Тони и Клэр, что вряд ли они когда-то смогут считать свою безопасность или безопасность Николь само собой разумеющимися.
За последние несколько недель они также узнали немного больше о Рудольфе. Все, что им говорили раньше, оказалось правдой. Он действительно работал один — тихий, странный человек, зацикленный на ком-то, кто, по его мнению, был в беде. Характер преступления был схож с теми, за которые его уже арестовывали. Согласно отчетам полиции, Рудольф искренне верил, что его миссия — спасти Клэр Николс Роулингс из лап Энтони Роулингса. Психологическое освидетельствование все еще было неполным, но, без сомнения, этот человек был без царя в голове. С вступившим в силу судебным запретом закон предусматривал, что в случае освобождения, Рудольф никогда не сможет приблизиться к Энтони, Клэр или Николь Роулингс ближе чем на сто ярдов. По словам Фила, он никогда не приблизится к ним на это расстояние, умноженное на десять. К счастью, Рудольф в настоящее время находился в государственном учреждении под замком. Поскольку это был его третий подобный арест в совокупности с дополнительными обвинениями, его шансы на досрочное освобождение были близки к нулю.
Теперь, когда Роулингсы вернулись домой в Айову, их снова ждал очередной праздник. По правде говоря, ни Клэр, ни Тони не были взволнованы предстоящим праздником: это была Николь. Она была совершенно вне себя от мысли отпраздновать День святого Валентина с родителями, и, конечно же, не потребовалось много усилий, чтобы убедить Клэр полностью воодушевиться этой идеей. Вспоминая Дни святого Валентина, проведенные вместе, Клэр была уверена, что это будет День святого Валентина, не похожий ни на один из тех, которые праздновал ее муж. Любопытство увидеть его реакцию подтолкнуло ее к кропотливой работе по вырезанию бумажных сердечек и покрытию кексов глазурью.
Ближе к вечеру четырнадцатого числа Николь расхаживала по роскошной кухне, рассматривая бумажные сердечки и цветы, свисающие с потолка и разбросанные по полу. Ее темные глаза отчаянно сканировали, дважды и трижды проверяя, проделанную ими тяжелую работу.
— Мама, я хочу, чтобы всё было идеально. — Николь посмотрела сквозь свои длинные ресницы. — Как ты думаешь, папе понравится?
Клэр подавила смешок и покачала головой. Их дочь не могла бы ещё больше походить на своего отца, даже если бы попыталась.
— Дорогая, я думаю, ему понравится.
— Ты уверена?
Клэр заключила Николь в теплые объятия.
— Я уверена, милая.
— Но… — Николь нахмурила бровки. — …а что, если ему не понравятся бумажные сердечки?
— Я уверена, ему понравятся бумажные сердечки, особенно когда их сделали две его любимые девочки.
Николь захлопала в ладоши, когда из фойе донеслись голоса.
— Ой, мама, он дома!
Прежде чем Клэр успела отреагировать, Николь исчезла, ее маленькие ножки побежали к входной двери. Клэр в последний раз оглядела обеденную зону кухни. Повсюду лежали розовые, красные и белые конструкции из картона. Она покачала головой, уверенная, что Энтони Роулингс никогда не праздновал День святого Валентина с бумажными сердечками и домашними кексами; тем не менее, это была идея Николь, и Клэр не собиралась препятствовать творчеству дочери.
— Не смотри, папа.
Клэр обернулась и увидела, что дочь ведет Тони за руку, его глаза прищурены. По тому, как его губы приподнялись в озорной усмешке, Клэр была уверена, что он мог видеть красочный взрыв вокруг себя. Мгновение спустя его подмигивание подтвердило ее подозрения.
— Могу я уже открыть глаза? — спросил он.
Клэр была уверена, что ей никогда не надоест слушать, как он подшучивает и играет с их прекрасной дочерью.
— Еще нет, — ответила Николь. — У нас с мамой есть кое-что для тебя. — Она подвела Тони к креслу. — Садись сюда.
Да, подумала Клэр. Требовательна, как и ее папочка.
— У вас? — спросил Тони, садясь. — А что твоя мама приготовила для меня?
Внутренности Клэр напряглись, когда она коснулась его щеки мимолетным поцелуем и прошептала: — Позже.
Возложив бумажную корону на его густую с проседью гриву, Николь захлопала в ладоши и закричала:
— Открой глаза! С Днем святого Валентина, папочка!
Тони рассмеялся, притянул Николь к себе на колени и поцеловал в макушку.
— Это все для меня?
Ее маленькие косички качнулись взад-вперед, когда она кивнула.
— Потому что мы любим тебя! А ещё мы приготовили кексы!
— Мы их испекли, — добавила Клэр, усмехнувшись бумажной короне Тони. — Тем не менее, я думаю, нам следует поужинать перед кексами.
— Нет, мам. — Николь надулась и умоляюще перевела взгляд с Клэр на Тони. — Это особенный день. — Ее маленькие пальчики возились с вырезом топа. — Видишь, мне даже пришлось надеть ожерелье прабабушки. Значит, он очень особенный. Так что мы можем съесть кексы до ужина.
Тони пожал плечами и улыбнулся Клэр.
— Моя дорогая, твои навыки ведения переговоров передаются следующему поколению. Я не знаю, как мы можем спорить с таким аргументом.
Клэр вздохнула.
— Хорошо, но нас ждет чудесный ужин, так что после кексов…
— Мы поужинаем, — хором ответили Николь и Тони.
После ужина и сказки на ночь Тони и Клэр уложили Николь в постель и закрыли дверь. Тая в объятиях мужа, Клэр наслаждалась его сильными руками и преувеличенно громко выдохнула.
— Ты устала праздновать, моя дорогая?
— Я думаю, да. Ты понятия не имеешь, сколько времени потребовалось, чтобы вырезать все эти сердечки.
Ведя ее к их комнате, Тони открыл дверь, Клэр ждал сюрприз при свечах. Их личный столик был накрыт белой скатертью, на нем стоял букет красных роз на длинных стеблях.
— Тони? Что ты сделал?