Алеата Ромиг – Круги на воде (страница 26)
— Они до сих пор болят? — спросил он, щипая посиневшие соски.
— Да, — всхлипнула она.
— Как твой клитор?
— Он тоже болит.
Просто не верится, как легко стало с ним говорить, отвечать на его вопросы.
— Расскажи мне свои мысли.
— Перед тем, как вспоминать, что мы сегодня делали, я вспоминала тот день, когда ты кончил у меня за спиной
Его глаза округлились.
— Правда?
Она кивнула.
— Продолжай.
— Ты с тех пор дал мне кончить столько раз, а сам сделал это только однажды. Могу я… — Она вдруг почувствовала неуверенность.
— Можешь что?
— Могу я тебе помочь?
Она смотрела на него и ждала. Хотя океанская синева в глазах Декстера стала темнеть, он не ответил. Она почти забыла о своём предложении к тому моменту, когда он помог ей выбраться из ванны, бережно вытер, проводил к кровати и натёр тело лосьоном. Наслаждаясь солнечным ароматом, она наблюдала за мужчиной перед собой. При каждом мазке ароматного лосьона его мускулистое тело сгибалось, и пресс становился рельефнее. Его большие руки, которые могли приносить одновременно и боль, и удовольствие, нежно заботились о её болезненно чувствительной коже. В такие моменты, как этот, она понимала то, что он ни разу ей не сказал: ему требуется намного больше усилий для того, чтобы контролировать свои действия, чем чтобы орудовать кнутом или доводить её до слёз.
В этом открытии было нечто, заставляющее её сердце таять: знание, что она может помочь ему дать выход и тому, и другому — принимать его укусы, и позволять ему смягчать их поцелуями. Может, она и правда сходит с ума.
— Как, клоп?
Ему не надо было пояснять. Она знала, про что он спрашивает. Как она желает ему помочь?
— Я никогда не видела мужчину… Я знаю, у нас будет секс. Думаю, я готова, но сначала — можно я его потрогаю?
— Только руками?
Она пожала плечами.
— Может и ртом.
Послышалось рычание.
— Время ужинать.
— Может, сегодня мы поедим позже?
Он встал.
— С постели, Нат. На колени перед твоим королём.
Глава 19
Лао Цзы.
Натали быстро спустилась с кровати на пол. Растущее в ней предвкушение оставило незамеченным твёрдость поверхности под её коленями. Она не заметила жёсткости бетона, её грудь колыхнулась, когда она заняла позицию, которой он её давно научил: села на колени, откинувшись назад, расположив руки по бокам, и сконцентрировалась на Декстере.
Отбросила ли она уже идею когда-либо покинуть эту комнату? Она не знала. Она постепенно начала понимать, что прежней её жизни, какой она была раньше, больше не существует. Переживания о занятиях и о том, чего от неё ожидали, остались в прошлом. Соблюдение приличий и удовлетворение чьих-то желаний больше не важны. Это были цепи, которыми она была прикована к ящику, созданному для неё с рождения семьёй и социальным статусом. Настоящее, при всей своей странности, было проще и, к удивлению, свободнее.
У Натали теперь был один приоритет. В данный момент он следил за каждым её движением.
У неё замерло дыхание, когда он стал обходить вокруг неё один раз, другой… Стук его ботинок по бетону стал ритмом её сердцебиения, медленным и методичным, придавая ей сил. Декстер собрал её влажные волосы на макушке и завязал в хвост.
Натали выдохнула. Он не стал их заплетать.
Он опять встал перед ней.
— Давай, расстегни мне джинсы.
Она подняла руки и расстегнула пуговицу, облизывая внезапно пересохшие губы. Всё это пугало и возбуждало. Взявшись за молнию, она посмотрела сквозь ресницы на своего короля. Когда он кивнул, она расстегнула её. Под джинсами на нём были чёрные шелковистые боксеры. Твёрдая выпуклость, которую раньше она только чувствовала, теперь поднимала мягкую ткань.
— Продолжай.
У неё пересохло в горле, когда она спустила джинсы ему на бёдра. Они были твёрдые, мускулистые. У всех ли мужчин бёдра выглядят такими сильными? С колотящимся сердцем она взялась за резинку трусов. Его эрекция перед ней оставалась скрытой от её глаз последнее мгновение. Как это будет выглядеть?
Декстер остановил её руки.
— Нат, я собираюсь кончить или в твой рот, или на тебя. Ты это понимаешь?
С выпрыгивающим из груди сердцем она кивнула.
— Я хочу это. Хочу, это сделать для тебя, как ты для меня.
— Блять, — больше выдохнул, чем сказал Декстер.
Действуя с большей уверенностью, чем было в ней на самом деле, она спустила боксеры. Её глаза округлились, когда его пенис выпрыгнул вперёд. Натали ахнула:
— Он такой большой.
По-правде, ей не с чем было сравнивать. Она взглянула вверх в его сверкающие глаза.
— Я..я… внутри меня?
Декстер погладил её по голове.
— Не сегодня, клоп. Сегодня поцелуй его.
Он, наверно, слышал, как бьётся её сердце, как оно колотится в её груди. Она наклонилась вперёд, знакомясь с единственным мужчиной, который будет ей владеть. С его мускусным запахом, тем, как растянулась на его толстом стержне кожа, показывая вены. Его волосы, здесь, были жёсткие. Она вытянула губы и прикоснулась с натянутой кожей. Несмотря на твёрдость, поверхность была бархатисто-мягкой.
— Теперь руками.
Она обхватила его обеими руками, обнимая пальцами. Его член под её руками стал даже ещё больше, наливаясь. Кончик блестел просочившейся в щель спермой.
Она задвигала руками вверх и вниз, быстрее и быстрее. Вытекло ещё больше жидкости, создавая влажное покрытие, и позволяя её рукам лучше скользить.
— Пососи его, клоп.
Она раскрыла губы и прижала язык вниз рта. Оставив руки у основания, она взяла в рот, насколько смогла. Вкус солёный и мускусный, не похожий ни на что.
— Блять, это так хорошо.
Это было одобрение, которого ей не хватало. Она это делала. Сосать его член было подобно принятию от него боли. Это было то, чего он ждал, но не ранило. Это была власть.
Пока не перестало быть…
Рука Декстера схватила её хвост на голове. Крепко сжав его, он стал направлять её голову. Потеряв контроль, Нат боролась с рвотными позывами, когда его длинный член стал достигать её горла. Её глаза стали мокрыми, ноздри раздулись. Это было не так больно, как удары кнута по нежной коже, но пугало так же. Выживет ли она?
Но, несмотря на всю неуверенность, она не сопротивлялась его действиям. Она подчинилась его желанию, хотя её кожу щипало, челюсть болела, а лёгким не хватало воздуха. Она была в его власти. Он на мгновение отпустил её и начал снова, устанавливая ритм, позволяющий ей дышать. Он двигал её быстрее и быстрее, она уже забыла про боль в скулах. Она уже не сосала, а просто была сосудом для его удовольствия. От осознания этого она снова стала влажной. Его хватка на её волосах всё крепчала, пока наконец его дыхание не участилось, а толчки стали сильными и хаотичными.
Как и в остальные часы «времени Декстера», после этого у Натали будут синяки. Это не то, что она стала бы обсуждать. Она примет всё, что он предложит: его грубость или его сперму, если это сделает его счастливее. И потом это произошло: тёплая жидкость выстрелила ей в рот. Её повреждённые губы плотнее обхватили его содрогающийся пенис, всё наполнявший и наполнявший её рот.
— Глотай.