Albireo MKG – Ради раба (страница 45)
«Антей, со мной все в порядке, занимайся собой. Рахма, зачем тебе вдруг понадобилось завоевывать мужчину? Ты ведь тоже мужчина», – спросил Парис.
Антей смутился, посмотрел в сторону и вскинул глаза на Рахму.
«Дурацкие вопросы, это Рахма просто шутил так. Да?»
«Нет, я не шутил», – сказал туземец.
«Ну, почему ты обычную мужскую дружбу называешь завоеванием?» – уточнил Парис у Рахмы.
«Потому что я хочу, чтобы он принадлежал мне», – сказал Рахма.
«Мужик, ты чего, как я тебе могу принадлежать? Я же не раб!» – рассмеялся Антей.
«Возлюбленный».
«Мужики находят себе девочек или мальчиков, ты что? Или если никого нет ближе, то живут, как мы, вот, с Парисом. Но… тут должен быть какой-то философский аргумент, но я в них не силен», – помахал рукой Антей.
«Когда человек, какой угодно человек, находит того, с кем ему приятно проводить время, он волен вступить с ним в любые отношения. Это и есть свобода выбора. Тут нет правил», – сказал Рахма.
«Ну да, да», – пожал плечами Антей, – «но я, вроде как, про то же. Про просто приятные отношения. Это отличается от того, как… от завоеваний, в общем».
«Я не сказал «приятные», я сказал «любые».
«Ну да, ну, вот они у нас с Парисом, например, и есть любые. И с Элоном, и с другими».
«Я хочу большего», – коротко и быстро сказал Рахма, не успел Антей закончить слово.
«Большего?» – хмыкнул Антей. – «Но я не знаю, как я смогу дать больше».
«Я знаю», – усмехнулся Рахма.
«Ну вот, я не понимаю, получается, о чем ты», – пожал плечами Антей. – «Мы словно говорим об одном и том же, а потом вдруг о разном».
Парис улыбнулся.
«Ну да, да, Рахма тобой владеть, как рабом, хочет», – сказал блондин. – «У нас так называют тех, кто принадлежит», – пояснил он, на всякий случай, Рахме.
«Если так понятнее, то да, как рабом», – сказал Рахма.
«Но я не раб. Ну, я не такой, как Ад, например… Я – как ты», – сказал Антей.
Парис рассмеялся. Кивнул.
«Н-да».
«Мне неважно. Я знаю, люди не игрушки. И я не завязываю отношения, если не хочу их продолжить. Ты мне нужен, поэтому я буду тебя завоевывать».
Парис и Антей одинаково фыркнули.
«Да что там завоевывать-то?» – усмехнулся Антей. – «Как завоевывать? Для чего? Я уже втрескался».
«А кто бы не?» – хмыкнул Парис.
«Я рад», – улыбнулся Рахма.
«Но это…» – Антей прикрыл глаза. – «Мне как-то теперь можно подойти?»
Рахма раскрыл объятия.
«В любое время».
«Я не тебя спрашиваю», – фыркнул Антей. – «Возможно, это все не реально».
«Наверное, как-то так это и должно происходить», – улыбнулся Парис. – «В целом-то, может, это даже и более логично. Да, Антей. Я думаю, это самая настоящая реальность».
Антей вошел в объятия мужчины, как-то ловко, видимо, потому что во сне, вжался в него, удобно, как будто слился.
Парис встал, коснулся плеча Рахмы.
«Тебе нужно, чтобы он запомнил сон?»
«Ты и это можешь?» – спросил Рахма.
«Практически все могу», – кивнул Парис.
«Было бы здорово».
Парис снова кивнул, скрываясь в ничто сна.
Утром Антей проснулся, полный сил. Он потянулся, провел ладонью по простыне, улыбнулся.
– Парис, проснись, мне снился романтичный сон.
– Я знаю, я видел, отстань, я валяться буду.
– Да как ты видел, сектант? Мне снилось…
– Что Рахма приходил свататься. Иди, делай кофе, бренчи там всем, чтоб Элон проснулся. Хотя, он, наверное, уже проснулся, сбегал на пробежку и поплавку. Поразительно неуемный.
Антей рассмеялся.
– Утро такое красивое, – посмотрел мужчина в окно.
Парис улыбнулся, открыл глаза, погладил Антея по спине.
– Думаю, у тебя все такие они сейчас будут.
– Да? – гортанно спросил Антей, наивно посмотрел на друга. – Да?
– Да, – улыбался Парис, солнечно глядя на ранцуза.
– Ладно, пойду всем бренчать.
Антей вышел из спальни.
За столом что-то певуче рассказывал Ад. Элон сидел рядом с любимым. И Рахма был здесь. Теперь сон казался ненастоящим. Антей его помнил, но это же сон. Властный мужчина казался холодным. И невероятно притягательным. Ранцуз улыбнулся.
– Утро всем, – мужчина направился в душ.
Рахма проводил его взглядом, задумчиво улыбнулся.
– А ты с ним не пойдешь? – хихикнул Ад.
– Да, – поколебавшись, тепло улыбнулся Рахма, плавно и хищно поднялся и направился за ранцузом.
– Как дети, да? – посмотрел Ад на Элона. – Ничего не могут.
Элон поцеловал мальчика. Тот обнял мужчину.
– Я тебя так люблю, что невозможно, – выдохнул Ад.
Элон счастливо рассмеялся.
Антей томно, зверино подставлял кожу под струи воды. Рахма подошел, уже обнаженный, сзади, обнял мужчину.
– М-м? – проворковал Антей изумленно, оборачиваясь. – А, ты.
Антей улыбнулся, отворачиваясь, но не отстраняясь от туземца, попытался сбросить воспоминания сна. Рахма прижал к себе любовника, овладевая им. Антей мгновенно погрузился в экстаз, не острый, не пиково короткий, а в чистый и уютно счастливый, и словно мог наблюдать за Рахмой со стороны, любуясь островным богом.