Альбина Ярулина – Железная леди (страница 7)

–– Привет, – сказал он, заставив сердце ёкнуть.

Испуганно повернувшись вправо, я вежливо отказалась от вдоха, наткнувшись взглядом на Кирилла. Пьяное сердце, споткнувшись, куда-то заторопилось, а я спешно отвернулась, схватившись за вновь наполненный барменом стакан. «Сука, – мысленно прошипела я, – и как у него только хватает совести смотреть мне в глаза? Как у него хватает совести приветствовать меня после того, как он собственноручно передал меня в руки живодера?» Я извлекла купюры из кармана косухи и, бросив их на стойку, спрыгнула со стула.

–– Сандра, – позвал негромко Хромов, желая меня остановить, но у меня, как у муниципального общественного транспорта, остановки по требованию в маршрутном листе отродясь не было.

Нарочито фыркнув, я ринулась к выходу. Танцующие нетрезвые малолетки мешали моему свободному проходу и стремительному удалению, что не могло не злить. Выскочив из зала, я оказалась в длинном тускло освещенном коридоре. Совсем немного оставалось до двери, отделяющей душное помещение от улицы, как я была насильственным путем остановлена и развернута в противоположную выходу сторону. Взгляд негодования наткнулся на Кирилла, вцепившегося в мое плечо, подобно раку, вцепившемуся в руку Греки.

–– Сандра, постой, – практически шепотом попросил он.

–– Отпусти! – прошипела я в ответ на его раздражающий шепот.

–– Давай поговорим.

–– О чем с тобой говорить? О выгодном ликеро-водочном приобретении? – Кирилл не ответил, все еще сжимая пальцы на моем онемевшем бицепсе. – Отпусти меня! – повторила я приказ и дернула руку. – А иначе я все расскажу мужу – поедешь рыб кормить на Чудское озеро!

–– Сандра, послушай, тогда я не мог поступить иначе, но сейчас я могу избавить тебя от Сабурова.

– Да ты что, не в себе? – скривилась я, из последних сил подавляя желание освободиться из-под сабуровского ига. – Кто тебе сказал, что я хочу избавиться от него?

Хромов замер, а его пальцы утратили былую силу. Окинув изумленным взглядом мое лицо, он отпустил руку и отступил назад.

–– Больше никогда не смей даже приближаться ко мне! – грозно сказала я и стремительно покинула его общество.

Что-то эфемерно-теплое коснулось моей щеки. Потянувшись, я приоткрыла глаза, тут же сощурившись от яркого утреннего солнца, выглядывающего из-за горной вершины. Содрогнувшись, я подскочила с кровати и осмотрелась: интерьер комнаты Кирилла вызвал ужас. Перед глазами пронеслась вся моя непутевая жизнь, а следом за ней – Никита, ожидающий меня у ночного клуба; Алия, жаждущая моей смерти; и Сабуров, готовый в любой момент утолить жажду любимой доченьки. Как я оказалась в доме Хромова – загадка. Я прекрасно помнила, что покинула «Крем-соду» в гордом одиночестве, помнила, что… нет, ничего больше я не помнила. Совсем ничего.

Повторно осмотревшись и обнаружив свои вещи, я принялась натягивать их на мокрое от кортизольной испарины тело. Руки дрожали, волосы падали с плеч, шелковое платье не скользило по коже, омерзительно прилипая к ней.

–– Сандра? – обездвижил меня удивленный голос Кирилла. – Что случилось?

Я опустила подол платья, наконец прикрыв свою искательницу приключений, и подняла испуганный взгляд на него.

– Что случилось? – переспросила я, судорожно откинув прядь с плеча. – Какого лешего я тут делаю?

–– Не понял, – опешил Хромов.

– Чего именно ты не понял? Какого рожна и на кой черт, интересно знать, ты припер меня сюда?

–– Ты захотела – я и припер.

–– Я была пьяна! – раздраженная его глупостью, крикнула я, сжимая пальцы в кулаки. – Чем ты только думал?! Ты хоть понимаешь, что Сабуров сделает со мной?!

–– Сабурова нет в городе, – напомнил Хромов, чем еще больше разозлил меня.

–– Сабуров не единственный мой враг! – крикнула я еще громче.

Он тут же оказался рядом и, схватив меня за руку, прорычал, наклоняясь к лицу:

–– Не смей повышать на меня голос!

–– Не смей прикасаться ко мне! – прорычала я в ответ.

–– Убирайся из моего дома! – взбесился Кирилл, подтолкнув меня к выходу.

–– С удовольствием! – намеренно крикнула я, дабы позлить этого идиота.

Громкий хлопок двери прекрасно справился с ролью точки, поставленной мною в «трогательной» и «лирической» сцене нашего прощания.

Переступив порог каземата, я обернулась: близ кухни стояла Алия с сияющей улыбкой на округлом розовом лице. Она развернула шоколадную конфету и сунула ее в рот.

–– Когда вернется отец, – чавкая, начала она, – он убьет тебя.

–– Простые углеводы разрушают мозг.

–– Ага, – согласилась Алия, продолжая чавкать от удовольствия, – но ты все равно сдохнешь раньше меня. Между прочим, отец уже знает, что ты всю ночь шлялась по мужикам и не ночевала дома.

–– Настучала? Молодец!

–– К сожалению, не успела настучать, меня лишили этого удовольствия, – кривляясь, ехидно сказала она.

–– Сука, – буркнула я себе под нос, не имея более сил держать себя в руках.

Бросив куртку на пол, я сдвинулась с места. Алия шагнула назад – улыбка сползла с ее лица. Две секунды – и я оказалась рядом с этой неумной мажоркой. Наверное, машинально она попыталась закрыть лицо ладонями, опасаясь, что именно в него я вцеплюсь ногтями. Это неосторожное движение и спровоцировало меня на нападение, ведь трогать ее руками я уж точно не собиралась, зная о последствиях. Резкий жест Алии вынудил меня защищаться, а, как известно, лучшая защита – это нападение. Я вцепилась в ее пухлые руки – она оглушительно завизжала от боли. Мои ногти легко вонзались в нежную холеную кожу, перепачканную кровью, которая струилась из царапин.

–– Отпусти ее! – прошипел мне в ухо Никита, пытаясь отодрать меня от Алии. – Ты с ума сошла?

Опомнившись, я разжала пальцы и оказалась в его руках. Алия с ужасом смотрела то на меня, то на свои окровавленные предплечья, периодически вытирая слезы с алых щек.

–– Если хоть слово скажешь Сабурову, я сдам тебя, – предупредила я, пытаясь унять распоясавшуюся ярость.

–– Хватит! – рявкнул Ник, скорее, от страха и, схватив меня за руку, потянул в кухню. – Ты ума лишилась? – спросил он, когда мы оказались в саду у будки Барона. – Полный дом охраны. Они все донесли бы Дамиру, если б увидели то, что ты тут вытворяешь. Да ты хоть представляешь, что будет, узнай он о твоих выходках?

–– О каких выходках? – флегматично спросила я, увалившись на газон. Барон подошел ближе и, наклонившись надо мной, лизнул лоб. – Фу! – раздраженно отмахнулась я и вытерла его тыльной стороной ладони. – Нельзя!

Пес как-то по-человечески обиженно вздохнул и лег подле, вытянувшись вдоль моего тела.

–– Она полная идиотка, но провоцирует тебя очень умело, ты заметила? – Ник тоже вздохнул и опустился на траву. – Не обращай на нее внимания и уж тем более руки держи при себе: у вас силы неравные.

–– У меня нет больше сил, держать себя в руках…

Большой жук пролетел над нами, громко потрескивая крыльями, и совершил жесткую посадку где-то в районе сакуры, рухнув в траву. Барон поднял голову, удивленно уставившись на дерево. Его блестящий нос попытался понюхать жука на расстоянии, но, похоже, так и не уловив запаха, разочарованно шморгнул. Пес протер его языком и наконец, успокоившись, опустил голову на мою руку. Ветер тихо зашелестел листьями, мешая тишине равномерно смешиваться с прогретым солнцем воздухом.

–– Ладно, – Никита повторно вздохнул. – Лучше расскажи-ка мне, куда ты делась ночью из клуба?

–– Не помню, – соврала я. – Делась куда-то не туда, наверное. Я перебрала немного.

–– И что?

–– Ничего! Я заблудилась: перепутала выход с входом.

–– Угу, смешно, – пробубнил он. – Сабуров, наверное, пол утра смеялся, когда ему сообщили, что тебя нет в доме и не было всю ночь.

–– И что? – перекривляла я Никиту.

–– Ничего! Теперь тебя не выпустят из дома до его приезда.

–– Что? – раскрыла я рот от искреннего удивления, усевшись на траве. Барон насторожился, перевернувшись на живот и подняв голову. Он внимательно наблюдал за Ником, контролируя каждое его движение.

Я отстегнула карабин от ошейника и, поднявшись с газона, направилась в дом.

–– Барон, ко мне! – отдала я команду – он тут же оказался рядом.

–– Ты с ума сошла! – крикнул вдогонку Никита, но это не принесло положительного результата, на который, по-видимому, он рассчитывал.

На моем пути откуда ни возьмись возник Артем, остановив меня у подножья лестницы.

–– Ты что натворила? – одновременно и сердито, и испуганно спросил он. – У нее все руки в царапинах.

–– Я что, интересовалась ее руками? – скорчила я недовольную мину. – На кой ты мне об этом говоришь?

Барон оскалился и зарычал, сдвинувшись с места. Я успела ухватить его за ошейник.

–– Алия расскажет все отцу, – шепнул заговорщицки он, покосившись на озлобленного пса.

–– Ну если она решила овдоветь, то, конечно же, пускай расскажет.

По-видимому, Барону наш разговор не очень-то нравился. Рык становился громче, а лапы начинали движение в сторону Артема, натягивая ошейник.

–– Ты же понимаешь, я не удержу его, – кивком указала я на обозленную лохматую тушу. – Тебе лучше уйти.