Альбина Яблонская – Девочка Карима (страница 6)

— Что ты… — трясло меня от малейших движений этого ублюдка. — Что ты делаешь, Карим?

Но он не считался с моей совестью — просто вонзил свою руку мне между бедер, задрав подол платья.

— Просто молчи, — шептал он и гладил внизу. Ощущая, что я вся мокрая от стресса. — Просто замолчи и повинуйся.

Он порвал мои трусики и швырнул их на пол. Такого со мной еще никто и никогда не делал… Потом он провел указательным пальцем по моим губам, чтобы смазать его слюной. Было очень страшно и непонятно — я не могла с этим смириться, но не могла и противиться. Карим овладевал мной как хозяин. И глубоко в душе мне было интересно узнать, как это. Когда ты кончаешь не от собственных пальцев — когда это делает посторонний мужчина.

— Боже… нет, Карим, нет…

Я пыталась убрать его руку, но попытки были напрасны. Карим скользил влажным пальцем по клитору, а у меня закатывались глаза от остроты — от бешеного предвкушения.

— Смотри на меня, — приказывал он и брал меня за подбородок, чтобы видеть мой туманный взгляд. Пока теребил и наглаживал киску, не проникая внутрь. — Смотри на меня, я сказал!

— А!

Он дал мне легкую пощечину, и это было жжение льда посреди моря пламени. Карим продолжал мне дрочить и держал за шею, чтобы я больше не отвернулась — чтобы смотрела только на него, только ему в глаза. Пока не кончу.

— Заткнись, Ната. Заткнись… — шептал он, наращивая темп. — Не смей кричать.

Но я не могла. Мне хотелось стонать, а он запрещал. Хотя вокруг было куча людей — мы занимались с ним сексом в публичном месте. Разве это нормально? Карим абсолютно больной на голову. И мне это нравилось. Было стыдно, но нравилось. Я делала это с плохим парнем, очень и очень плохим парнем.

— Боже, Карим… я… — мое тело сводило судорогой, я вся тряслась от жесточайшего кайфа и в любую секунду могла кончить в его руках.

— Закрой рот, — прижал он ладонь к моим губам. — Закрой рот и молчи. Просто кончай, доверься мне…

Меня сковало вдруг жутким спазмом — область клитора просто горела и… Я охерительно кончила. Буквально подскочила и вытянулась струной, поднялась на носочки, словно хотела сбежать от его сильных рук. Но Карим довел все до конца и заставил меня почувствовать оргазм. Такой сильный, что я впилась ногтями в его шею. И расцарапала ее до крови — как будто я какая-то больная и не могу находиться с парнем. Просто вонзила когти в шею и разодрала ее до красных полос.

А он даже не моргнул — только смотрел в мои глаза и ждал в них ответа. Кариму было важно видеть, как я наслаждаюсь этим моментом. Наслаждаюсь оргазмом, не чувствуя ног — когда колени дрожат, а стоять уже не в силах. Тебя всю трясет, словно в агонии. Ему было важно видеть, как я наслаждаюсь им — своим первым мужчиной. И не заметить этого в моих глазах было очень сложно. Потому что первый раз был великолепен — даже не представляла, что могу так неистово кончать. Все мои прежние попытки просто меркли на фоне этого траха в примерочной Милана.

Мне было стыдно и приятно. А Карим продолжил теребить и довел меня до оргазма еще два раза. Подряд. С разницей в пару минут. О господи…

Я не могла сдержаться и просто кричала — вульгарно кричала ему в руку. Карим плотно зажимал мои губы, но все равно было слышно, как я извиваюсь в огне. Как уже не стою на ногах и как предаюсь сочному оргазму третий раз за десять минут.

Это было мое самое сильное чувство в жизни. И за него я была готова убить — хотелось прикончить этого подонка на месте. Ведь зачем он меня так наказал? Зачем научил хотеть, когда просто ненавидишь? Он был урод, а я по нему текла.

— Молодчинка, — улыбнулся Карим и провел горячими пальцами мне по щеке. Я ощущала эту влагу, чувствовала запах — пальцы пахли сексом. Моим первым сексом с мужчиной. И это дурманило похлеще крепленого вина. — Умница, Ната. Умница…

Он раздвинул мне губы и просунул в рот два пальца. Те самые два пальца, которые доставили мне три замирания сердца, хотя я была против любого контакта. Они проникали мне в рот, скользили по языку, упирались в щеки — то в левую, то в правую, терлись о влажные стенки, словно в поиске отверстия. Карим то высовывал пальцы, то опять погружал их в тепло, доставая до самых гланд — от этого было страшно. Казалось, что больше не надо, уже точно хватит, стоп…

Ему это нравилось. Он хотел немного пошалить и настроить меня на нужный лад. Хотел приучить к ощущениям чего-то длинного во рту. Чего-то такого, чего я раньше не брала губами. И думал Карим о том же, о чем и я — он хотел орального секса.

— Спускайся на колени, — сказал он мне и надавил на плечи. — Давай же, малыш. Теперь пришла твоя очередь.

Не имея сил стоять, я послушно упала на колени. А прямо перед лицом увидела сюрприз: Карим расстегнул ширинку и достал из брюк эрегированный член.

Он был горячий, необычно пах и слегка подергивался в такт возбуждению. На мой затылок легли руки — я интуитивно поняла, что меня ждет, но делать первый шаг не решалась. Ведь… как это делается? Я еще не сосала. Ни разу в жизни. Я не смогу это делать так хорошо, как получалось у Карима. Он разозлится. Я не умею.

— Что мне делать? — подняла я глаза и не увидела подсказок. — Мне брать его в рот?

— Просто… соси… — сказал едва уловимо Карим. И я понимала, как ему было трудно ждать. — Или соси, или я просто надену тебя на член и трахну сам.

Мне внезапно стало страшно. Я отклонилась назад и покачала головой.

— Нет, — шептала я. — Прости, но я не могу.

Глаза Карима налились агрессией. Он не понимал, как такое может быть — чтобы мужчина сделал тебе хорошо, а ты в ответ ничем его не порадовала. Вообще ничем. Просто тупо отказала.

И я не знаю, как бы все пошло дальше — всунул бы он мне член прямо в рот или поднял бы и вошел по полной программе… Но мое положение спас банальный случай.

— Вы уже примерили платье? — спросила продавщица на ломаном русском. — А?

Она отдернула штору и увидела меня на полу, стоящей на коленях. А передо мной — жаждущего секса мужика. Мне просто нечего было добавить.

— Мы берем все, — недовольно выдал Карим и покачал головой, смотря на меня. — И подберите ей обувь. Не хочу, чтоб Ната ходила в этом дерьме.

Он ушел, пнув ногой мои кеды, а я стыдливо поднялась и получила взгляд от итальянки — она моих поступков явно не одобрила.

— Пиккола путана, — сказала она вполголоса и пошла выбивать чеки.

Ну а я подобрала осколки гордости и твердо себе решила — как только выпадет шанс уйти, я обязательно им воспользуюсь. Иначе Карим разрушит мою жизнь и превратит меня в обычную шлюху. Лично я на это не подписывалась.

4

Наташа

По дороге в Москву я с Каримом не разговаривала. Все время, пока мы летели, он говорил по телефону — решал какие-то дела, делал заказы какого-то «товара», и я могла только догадываться, что именно пряталось под этим словом. А когда мы приземлились в моей родной стране, с нами произошло нечто странное. И опасное — такого я точно не ожидала.

— Вон моя машина, — сказал Карим и махнул рукой в сторону белого внедорожника.

Он одиноко стоял на парковке за аэропортом, а поблизости никого не было. Но когда мы подошли ближе, будто из-под земли выросла компания — трое бандюков во главе с каким-то бородатым викингом. Полностью лысым громилой в кожаной куртке с мехом на отвороте. Причем надета эта куртка была на голое тело.

— Так-так-так… — хлопал в ладоши этот мужик. — Какие люди. И слава богу — без охраны.

— Вот же черт, — напрягся Карим. — Только Питбуля нам не хватало.

— Карим. Каримушка. Каримчик, — фальшиво стелился Питбуль, приглаживая свою седую местами бороду. Он был заметно старше Карима. Не знаю, сколько ему, но я бы дала лет сорок. А может, и все пятьдесят. — Как давно мы с тобой не виделись. Я соскучился по старому другу.

— Не мели ерунды. Мы с тобой никогда не были друзьями.

— Да, — причмокнул Питбуль. — Что правда, то правда. А жаль. Из нас бы вышла отличная команда. Все бы говорили: «Осторожно, едет банда Карима и Питбуля».

— Это пустой разговор. Ты же сам это прекрасно знаешь. Если будет возможность, я пристрелю тебя, как собаку.

— Ох… — журил пальцем Питбуль. — Не зарывайся, пацан. А то я мигом тебя урою.

Их было больше, они заходили с разных сторон. А самое главное — путь к машине был перекрыт. Чем все это обернется?

Мое сердце стучало как бешеное. Я уже предчувствовала, что будет драка.

Только не это.

— Чего ты хочешь, старик? — расправил плечи Карим и уперся в грудь Питбуля своей, не менее крутой, грудью крепкого мужика. — Может, хватит пиздеть и разберемся по-мужски?

— Хах… — оскалился Питбуль. — На твоем месте я бы помалкивал.

— Давай ближе к делу. Мне некогда с тобой торчать.

— Хочу, чтоб ты отдал мне свою долю в Северном рынке.

— Чего? — усмехнулся Карим, отразив харизму Питбуля, словно мячик для пинг-понга. — Свои влажные мечты оставь при себе. «Северный» — это моя территория. Даже не суйся туда. Понял?

— А то что?

— А то я совалку оторву, — ответил Карим, и я заметила, как ходят его скулы от желания дать кому-то в морду.

Было очень жутко — атмосфера накалялась с каждой секундой. Я не на шутку боялась за свою жизнь.

— Ты думал, что можешь вот так вот грести бабло и ни с кем не делиться? А как же правило общака? Делиться с семьей очень важно.

— Я не стану делить добро с тупорылым псом.