Альбина Уральская – Сказко про драконо-ректора (СИ) (страница 16)
Не удержался и передёрнулся от отвращения. Слышал о них, но встретил впервые.
– Я слышала, что он ищет богиню, которая полюбит его всей душой, – горестно вздохнула за моим плечом мать. С другой стороны ко мне прижалась Аня. Я улыбнулся в ответ на её испуганный взгляд.
– Они не смогут пройти через магическую защиту, пересечь поле перед академией.
– А вот в осаде нас могут продержать долго, – саркастически хмыкнул Трэнр и хмуро посмотрел на армию мёртвых. – Интересно, где же их командир?! – поинтересовался он. И тут же, словно под заказ, из леса вышел сам Веселий. Никогда раньше его не видел.
Так как живых свидетелей кутежей Веселия никто не встречал, рассказы о том, что он – страшное уродливое чудовище, оказались только байками. Веселий был красив, высок, на его голове был капюшон и рваная рубашка без рукавов, свободные брюки. Он шёл по воздуху, уверенно переставляя босые ноги. В его руках были две бутылки с дорогим коньяком. Веселий на ходу отпивал из них, хаотично, без какой-либо системы, наверное, по настроению. Живописно остановился на границе поля, его одежду развивал ветер – божество во всём своем великолепии. Он снова отпил из бутылки и ядовито улыбнулся, глядя прямо в моё окно.
– Ох ты ж! – воскликнула моя мать. – Он же… котики мои бесценные… – она помотала головой, скидывая наваждение. – Не-не-не, мне столько не выпить, – отрезвляюще произнесла мама.
– Он же пьёт! – изумилась Аня. – Бог пьёт?!
– Я тебе больше скажу, деточка, – сыронизировала Ханнелла. – Он бухает, не просыхая.
Поморщился, глядя на божественное чудо. Особенно мне не понравился восторженный взгляд Пандоры. Мама всегда была с чудинкой, как бы она не пошла залечивать бога от душевных ран.
– Надо собрать адептов и навести в академии порядок, – высказал я свою мысль. – А для этого нужно переодеться.
– Мне бы тоже, – разглядывая свою местами прожжённую пижаму, сказал Трэнр. А Бога он не боится, бесстрашный у меня соперник. Ладно, разберёмся сначала с Веселием, потом с диабетом и выгоранием Ани, потом с проклятием, а потом и с ним.
Перекинулся с Аней взглядами и поймал себя на мысли, что не отделяю её от себя. За короткий срок мы стали единым целым. И это не влияние брачных уз, не влияние связи истинной пары. Я влюбился в эту симпатичную хрупкую смешную девчонку. Я слишком долго жил, чтобы не понимать того, что подобная привязанность к ней – любовь. Помню это чувство, знаю его и никогда не ошибусь. Я снова влюблён. Подумаю обо всём потом.
Она смущённо улыбнулась, словно прочитала мои мысли. Едва сдержался, чтобы не впиться в её губы сжигающим поцелуем, почувствовать их податливость, почувствовать их тепло, прижать её к себе и…
Так сильно дёрнул себя за полу пижамы, что разорвал её пополам. Это слегка привело в чувство. Сейчас бы ледяной душ, едва держусь на ногах. Матушка понимающе похлопала меня по плечу.
– Так торопишься к адептам, что одежду не снимаешь, а рвёшь? – подколола она.
– Мама, – возмутился, – очень прошу: либо выйди из комнаты, либо создай нормальную одежду.
– Не вопрос, – согласилась Пандора, и на нас с Трэнром оказалась одежда, соответствующая нашему статусу и времени.
– А Анне? – намекнул маме на платье.
– Ей так удобно, – отмахнулась мать и двинулась к выходу из комнаты. Прихватил Аню под руку и поторопился следом за Пандорой. Она в одиночку опаснее любого Веселия. Я за адептов ответственность несу. Мама им психику покалечит, а мне потом оправдываться перед родителями.
– Нужна сумка, – притормозила меня Аня. Трэнр моментально выполнил её просьбу, за что получил от Ханнеллы предупреждающий строгий взгляд, обещающий скорую расправу.
Выскочил из комнаты, а матушки уже и след простыл. Годен – один из адептов – держался за стенку, на висках у него блестела седина, и сам он был зелёного цвета. Точно с матушкой столкнулся.
– Какая жуткая тварь, – произнёс он полушёпотом. Похоже, мама накинула на себя очередную иллюзию. Ни на минуту нельзя оставить без присмотра.
– Куда она пошла? – спросил я у адепта. Тот нервно оглянулся назад и кивнул головой в нужном направлении. Где-то за углом в коридоре раздался мужской визг, в подтверждение того, что путь указан верно.
Похлопал адепта по плечу и приказал ему идти в общий зал, прихватывая по пути остальных.
Матушка наследила везде, мы с трудом поспевали за ней. Она уверенно двигалась в общий зал, только своим интересным путём, пугая до обморока всех, кого встретит.
Судя по воплям, она добралась до зала. Мы практически побежали спасать оставшихся ещё в адекватном состоянии адептов и преподавателей.
Шум и гам стоял в зале совершенно по другому поводу. Скандалил демонской король, каким-то чудом попавший на территорию академии. Похоже, порталы были взломаны, пока я прохлаждался, наслаждаясь объятиями Богини. Позор мне, как ректору.
Король требовал вернуть ему дочь, которую украли адепты. Повелитель, сложив руки на груди, хмуро смотрел на Верховного. Его свита топталась позади, женщины активно обмахивались веерами. Адепты мрачно отмалчивались, больше половины мучились с похмелья, в зале витал стойкий запах перегара. Среди адептов находились весьма довольные демоницы. Преподаватели выслушивали гневную тираду Короля.
– А вот и ректор! – сдал меня педагог по созданию иллюзий. Спасибо.
Притянул Аню в свои объятия, чтобы защитить от нападения. Трэнр тоже встал так, чтобы она не попала под удар. Молодец, обязательно выпишу отцовскую благодарность, если не сопьёмся.
– Где моя дочь?! – рявкнул Король. – Верните её немедленно! – и, увидев Трэнра, побелел. – Убью гадёныша, – прошипел Верховный и бросился на него. За что тут же получил черенком метлы по голове. От неожиданности он остановился и с полным недоумением в глазах уставился на ведьму.
– Тронешь моего сына, – прошипела не хуже гадюки Ханнелла, – и тебе хана, деманюка!
– Что?! – не понял он. – Ты кто, сумасшедшая?!
Сразу видно – бесстрашие у Ханнеллы и Трэнра наследственное. Связываться с самим Верховным даже драконы побаиваются.
– Я – твой кошмар, – прищурила глаз Ханнелла. Задумался: стоит ли вмешиваться в разборки между холостым демоном и незамужней ведьмой. Но у нас там Веселий, если он до нас доберётся, нас ничто не спасёт.
– Ведьма, – дошло до Верховного, и он улыбнулся деланной, не обещающей ничего хорошего улыбкой. Ханнелла не отставала в своём умении кошмарить и улыбнулась так, что моё сердце пропустило удар от испуга. Трэнр весело подмигнул. Правая рука Верховного сжалась в кулак, и вокруг него мгновенно заплясала в круговороте тьма.
– Папа! – выскочила из толпы молодая демоница, останавливая отца от удара. – Я влюбилась.
И так, кто этот несчастный? Мне стало интересно, чьи кишки сейчас окажутся на стене академии? Верховный свою девочку воспитывал сам, душу в неё вложил. От шока на время даже про Веселия забыл.
Она нырнула в толпу и вытолкала сына Лэнды. Рок был белый, как простыня, в свите Повелителя вскрикнула женщина и рухнула в обморок. Вот и сбылась мечта Лэнды породниться с королями, криво, конечно, но всё же!
Верховный открыл рот, чтобы что-то сказать, и закрыл, не найдя слов. Немая сцена продолжалась бы ещё долго, если бы прямо передо мной не возник водянистый шар странного янтарного цвета.
– Приветствую вас, сэр Шонзарр, в стенах вашей академии, – сказал шар вежливым мужским голосом. – Отдайте мне вашу супругу, и я уйду. Иначе начнётся безудержное веселье: пьянка, танцы и разврат. Умирать будете счастливыми.
Аня сжала мою руку. Взял себя в руки и сдержанно ответил:
– Она сама выбирает, где ей быть.
– Твоя Богиня скоро погибнет, – хмыкнул Веселий, и было слышно, как он отпил из бутылки. – Она сгорит, ну ты знаешь же. У тебя полчаса.
Шар лопнул, обдав окружающих брызгами коньяка. Стёр со своего лица алкоголь. Убью мерзавца.
– Смотрите, там женщина! – глядя в окно, проорал кто-то из адептов. – Она идёт прямо к нему!
Выдохнул и двинулся к окну, догадываясь о том, кто идёт к Веселию.
Моя мать в своём истинном виде, полуголая, в невероятно коротком прозрачном платье шла по воздуху над травой к богу пьянства и разврата. В руках у неё было два стакана для коньяка и шашлык на шампуре. Сколько достоинства было в каждом шаге. Всё бы ничего, но как потом вывести её из запоя!
Глава 20
Анна
Оливье, как только увидел женщину, идущую по воздуху, вцепился в меня ещё сильнее и начал заметно нервничать. Заревновала, мгновенно забыв о словах бога Веселия о моей безвременной кончине.
– Матушка в своём репертуаре, – пробурчал он недовольно. Так это Пандора! Уф, выдохнула. И тут же мысленно удивилась: «Она пошла на бога с шампуром?».
– Может, её остановить? – спросила я, внимательно разглядывая свою драконо-свекровь. А чертовка хороша, даже Веселий перестал пить и замер в восхищении. Вряд ли его в такой восторг привёл шашлык в её руке.