Альбина Уральская – Сказко про драконо-ректора (СИ) (страница 11)
Я уже готовился к магическому удару, когда Аня неожиданно сказала:
– Адепт Трэнр, идите спать и корону свою заберите, – и она протянула ему золотую корону, украденную из галереи. – Восстание закончилось, – пояснила девушка, – королева больше не нужна.
Он отвёл от меня глаза и протянул руку за короной. Я внимательно слежу за ним. Украсть Аню не должен: он знает, что проклятие причинит ей невыносимую боль. А вот о том, что она может погибнуть Трэнр, похоже, не знает.
– Сэр Шонзарр, может, адепт снимет с нас проклятие? – спокойно спросила Аня, когда тот прикоснулся к короне. – Жутко неудобно с ним. Адепт Трэнр похвастался, что способен на это.
– Адепт Трэнр имел в виду, что способен поменять одного проклятого на другого, – объяснил я Анне, едва сдерживаясь, чтобы не отшвырнуть адепта вместе с короной подальше.
– А-а, понятно, – расстроилась она. – Блин. Я подумала, что совсем можно снять.
Трэнр замер, продолжая касаться короны, не забирая её из руки Ани.
– Вообще-то, можно, – возразил он, и в его взгляде появилось превосходство. – Я – сын ведьмы и знаю, как разрушить проклятие.
А это что-то новенькое, нигде не указано, что он родился от ведьмы. Недоработка приёмной комиссии. Если узнают в родительском комитете: драконо-мамки попадают в обмороки, а драконо-папки напишут докладную Повелителю. Будут комиссии и штрафы, может, кого-нибудь посадят в темницу. У нас в академии неучтённый сильный дракон-маг, опасный и непредсказуемый.
– Адепт Трэнр, шли бы вы спать, – посоветовал, надеясь на его благоразумие. – У вас завтра внеплановые тренировки на рассвете, – не могу сказать при Ане о том, что проклятие спасает ей жизнь. Лучше ей пока не волноваться.
– Я так и думал, – на его губах расползлась гнусная улыбка, и он ловким движением вцепился в запястье Ани, выбив корону. Его огонь опоясал её руку. Трэнр рванул девушку на себя, втащив в свои объятия, и на моих глазах впился в Анины губы.
Поцелуй он не успел закончить, моя магия ударила по нему, откинув в сторону. Преодолеть расстояние в десять шагов он не успел.
Я был зол.
Очень зол.
Да простит меня Аня. Я поймал его в полёте, уложил негодяя лицом в пол и вмазал кулаком в подреберье, отбив важные органы. Восстановится, вторая ипостась уже проснулась, так что ничего страшного. Адепт дёрнулся, чтобы скинуть меня. У него не вышло. Прижал его голову плотно к полу, вжав колено в поясницу: физически я сильнее – справился без магии.
– Вышибу последние мозги, – предупредил его. – Насколько мне известно, регенерация у смертных драконов медленная, без лекаря не обойтись.
– Я убью тебя, – прорычал в ответ Трэнр, и снова попытался скинуть меня с помощью магии – заглушил попытку на корню.
– В следующей жизни, – согласился я и, наклонившись над ним, прошептал в самое ухо: – Снимешь проклятие и убьёшь Аню. Она жива, потому что проклятие и связь истиной пары со мной спасает ей жизнь, – и, отстранившись, спросил: – Ты понял меня, адепт Трэнр?
Он замер, осознавая услышанное. Потерять ту, которую он определил себе в пару, Трэнр был точно не готов.
– Понял, – прошипел зло адепт. – Отпусти.
– Будешь вести себя как хороший адепт? – пошутил я, отпуская его голову.
– Буду, – рыкнул недовольно он. Ещё как будет – возлюбленная в опасности.
Встал. Аня была рядом, готовая вмешаться в борьбу в любой момент. Странная девушка: бесстрашно бросилась сражаться с драконами. Выдохнул, и мой взгляд опустился на её запястье: его оплетала огненная татуировка в виде браслета из пламени.
– Вот же говнюк, – я не удержался.
Сидящий на полу Трэнр, радостно сообщил:
– Буду спать с ней рядом.
Глава 14
Анна
Я смотрела с удивлением на огненное тату на своём запястье. Ректор ругнулся, а Трэнр светился от счастья, рассматривая собственное запястье с аналогичной татуировкой.
– Что это? – тыча пальцем в татуировку, я потребовала объяснений у мужчин, но сама уже понимала, что это – грандиозная подстава.
– Этот идиот теперь твой муж, – злился Оливье, явно с трудом сдерживаясь от расправы над обнаглевшим адептом. Он нервно почесал себе запястье, замер и с нескрываемым изумлением поднял рукав пиджака. На его запястье красовалась знакомая татуировка.
Оба дракона очень ёмко выразили свою мысль одним сильным непечатным словом. Очень сильным словом.
– Вы что – оба мои мужья? Мне нужен был только один. Беременеть от двоих я не планировала, – сдала я всю поляну с перепугу.
– Беременеть?! – пришло время удивляться моим новоиспечённым мужьям.
– Мне очень надо, – я поставила их в известность. – Во мне внезапно проснулся материнский инстинкт. Сразу, как замуж вышла, так и проснулся, – попыталась неудачно выкрутиться. Эх, и вот как теперь ректора соблазнять, он ведь шарахаться от меня будет, хотя вроде уже и мой муж.
– Если адепт Трэнр начнёт сейчас раздеваться для экстренного размножения, я ему конечности переломаю, дорогая супруга, – съязвил драконо-ректор и посмотрел на Трэнра так, что я бы на его месте не раздевалась до конца своей жизни.
Хм, не поняла, он тоже согласен на ребёночка?
Хмельным взглядом посмотрела на драконо-супружника, подумывая серьёзно запереться с ним наедине в каморке и приступить к выполнению брачных обязанностей… ответственно! Ректор как-то странно посмотрел на меня, хитро прищурился и сжал губы.
– Брак можно разорвать, если он не будет консумирован, – предупредил Оливье. – Если ты останешься супругой одного из нас, то вернуться домой не получится.
– Она может остаться здесь в качестве моей жены, – не согласился счастливый Трэнр и встал, но тут же получил удар под дых.
– Она не давала согласия, – разминая кулак, ответил Оливье. Трэнр корячился в полусогнутом состоянии и пытался восстановить дыхание.
– Злые вы, сэр Шонзарр, – съязвил адепт, отходя в сторону в полусогнутой позе, чтобы не схлопотать ещё одного воспитательного удара. – Мне вот интересно, я на вас тоже женат? – подколол он ректора.
Я переглянулась с Оливье. Ректор улыбнулся, но строго произнёс:
– Я тебе ещё и ребра сломаю. Завтра на рассвете поведёшь группу в Мрачный лес, надеюсь, тебе отгрызут… голову.
– Посадит вас Повелитель, как только узнает, что вы женились без его ведома сразу на двоих, – продолжил глумиться над ректором Трэнр, продолжая потихоньку отходить. Дальше произошло неприятное. Только он преодолел десять шагов, его хорошо шмякнуло об пол и потащило ко мне, как железяку к магниту. Остановила адепта только подставленная нога ректора.
– Чтоб тебе, – злобно прошипел Оливье, морщась то ли от боли, то ли от открывшихся перспектив: еще триста лет женщины не видать. Он проклял адепта от всего сердца.
– Похоже, мы все крепко женаты, – нервно хихикнул Трэнр, обнимая ногу ректора.
– Адепт Трэнр, снимите с себя проклятие! Немедленно! – припомнила я, что он может снять связь, удерживающую нас. – Перекиньте её на ректора – он уже привык!
Оливье вырвал ногу из объятий адепта.
– Боюсь, что это невозможно, – спустил он меня с небес на землю. – Надо срочно сходить в лабораторию к доктору, сдать кровь и провести несколько очень опасных опытов на адепте.
Трэнр развалился на полу и раскинул руки в разные стороны.
– Сэр Шонзарр, я буду жить с вами в одной комнате. Может, вы меня усыновите? – обнаглел в конец Трэнр. – А то нас неправильно поймут, – и намекнул на сплетни, продолжая нахально улыбаться. – Матушка мечтала, чтобы сын породнился с драконами.
– Быстро соображаешь, – усмехнулся Оливье. – Выкрутился. И из академии не выпрут, и экзамен теперь пройти сможешь, и магию не заблокируют, и дракона сохранишь. У меня есть подозрения, адепт Трэнр, что женился ты исключительно из меркантильных побуждений.
Трэнр перестал улыбаться, и лицо его стало серьёзным:
– Вообще-то, нет. Уж так получилось, – он мгновенно повзрослел. – Моя мать не знает, что я в академии. Мою магию заблокировали бы ещё при рождении. Я никогда не стал бы драконом только потому, что она ведьма, и потому, что мой отец не захотел признать меня своим сыном. Я решил устроить свою судьбу сам: подал липовые документы и одурманил приёмную комиссию. Мне оставалось всего лишь придумать, как добиться экзамена: как обойти магические тесты перед экзаменом, чтобы никто не узнал, что моя мать – ведьма. И я прекрасно осведомлён о том, что оборот до экзамена отберёт мой разум и превратит в животное. Хотели бы, сэр ректор, остаться сейчас без своей ипостаси и магии или превратиться в обычное животное?
– Значит, оборот ты сдерживать можешь? – уточнил Оливье. Голос у него был серьёзен.
– Могу, – нагло хмыкнул адепт.
– Ну что же, – судя по тяжелому вздоху, он решил какую-то задачу. – Сейчас в лабораторию: снабдим кровью Анны нашего доктора, а потом ты станешь моим сыном.
От удивления Трэнр открыл рот. Я кстати тоже. Это как вообще возможно?
– Но на рассвете, пока все адепты бегают по площадке с похмелья, ты будешь бегать по кругу, – с садистским удовольствием произнёс Оливье. – С тебя шкуру сдирать буду вдвойне сильнее, чем со всех остальных. Вспомнишь всех драконьих богов, чтобы поскорее выбраться из моей академии.