Альбина Горшина – Сломленные души (страница 1)

Альбина Горшина

Сломленные души

Глава 1

Говорят, существует такая связь на свете, что, сколько бы раз ты её ни разрывал – вы всё равно встретитесь.

Карина.

В последнее время моё поведение вышло за все рамки дозволенного – по мнению отца. Он, как всегда, был в ярости, и это стало последней каплей, переполнившей его и без того истощённое терпение. С самого детства у меня было ощущение, будто отец меня ненавидит – просто за то, что я родилась. Он наказывал меня за любые шалости и неповиновения, даже за мелочи: разбитую тарелку, неубранную посуду в моей комнате.

Мама умерла, когда мне было полтора года. Отец воспитывал меня в одиночку – кнутом и пряником. Иногда мне казалось, что лучше умереть, чем продолжать жить под одной крышей с таким тираном. С каждым годом его наказания становились всё жестче, всё более жестокими по отношению к ребёнку. С десяти лет я мечтала сбежать из этого дома. Мечтала, что убегу подальше – и у меня будет шанс начать новую жизнь, без него. Хотела забыть весь ужас моего детства. И, в конце концов, моя мечта сбылась – но не так, как я планировала.

На самом деле, я ничего особо плохого не сделала. Просто отец узнал, что я занимаюсь танцами, которые он считает неприличными. А точнее – стрип-пластика. Но это не то, о чём он думает. Это – искусство, гимнастика тела, где каждое движение – талант, способ выразить свои чувства. Эти танцы стали частью меня. Это то, что я действительно люблю.

Сегодня отец окончательно сорвался. Во всех своих бедах он в очередной раз обвинил меня. Я виновата, что его бизнес рушится, что никто не помогает ему в сложившейся ситуации. Я снова оказалась крайней. Ведь он потратил последние деньги на моё обучение в элитной школе-пансионе для девочек. Он надеялся, что там я забуду про свои «грязные танцы», что из меня сделают «настоящую леди» – человека, которым он считал меня не ставшей.

– Собирай вещи! – кричал он. – Сейчас же! Ты отправляешься в пансионат в Подмосковье. И это не обсуждается! Он сошёл с ума. Отправить меня в эту тюрьму, прикрываясь «элитным» образованием.

– Я не поеду! – пыталась я до него достучаться, но он не слушал. Ему было всё равно. Его бизнес и репутация были важнее, чем собственная дочь.

– Лучше умру, чем поеду туда!

– Что ты сказала, маленькая шлюшка?! – Его пощёчина была такой сильной, что я почувствовала, это конец. Последняя капля моего терпения. Обратной дороги нет. Но я промолчала. Лучше не злить его в этот момент. Иначе будет только хуже – мне, а не ему.

Я приняла: сегодня – мой шанс. Я сбегу от отца-тирана. У меня уже был продуманный план. Но для этого нужны деньги. А у меня их не было. Я пошла на этот шаг из отчаяния, зная, что меня ждёт в этом пансионате. Собрав вещи в рюкзак, я решила бежать к Ромке. Рома – мой друг детства, сын нашей бывшей горничной, Татьяны Ивановны. Почему бывшей? Потому что отец был на грани банкротства и больше не мог содержать прислугу – уволил её.

– Рома, ты должен мне помочь, – попросила я, зная, что прошу о многом. – Я не могу учиться там. Отец отправляет меня в закрытый пансионат. Всё – конец моей карьере в танцах. Ты ведь знаешь, что танцы для меня – святое.

Вчера вечером я подслушала разговор отца с его деловым конкурентом. Я знала, что у того будет портфель с деньгами – он приедет, чтобы выкупить папин бизнес под залог всего нашего имущества. Отец категорически против продажи, но согласился взять у него деньги в залог – под наш единственный дом.

– Я всё сделаю сама, – сказала я Роме. – Ты просто вытащи портфель и уходи.

Максим.

Я сидел в машине и ждал Игоря. Он должен был появиться с минуты на минуту, но ожидание затянулось на часы. Ещё чуть-чуть – и моё терпение лопнет. Эта мразь, конечно, специально опаздывает. Набрав его номер, я ждал ответа, который так и не последовал.

– Чёртов ублюдок, ему что, не нужны деньги? – пробормотал я.

Он был почти банкротом и потому с радостью согласился на моё предложение о покупке его старинного дома. Для меня эта сделка была особенно важна: когда-то здесь жил мой дед. Это не просто недвижимость – это память. Я бы забрал у него всё, будь моя воля. Но этот мерзавец оказался расчётливым.

Рядом с моей машиной я заметил двоих подростков, лет по пятнадцати. Эти засранцы постоянно крутятся вокруг элитных тачек, предлагая помыть окна или протереть грязные номера. Но в их поведении было что-то подозрительное: они просто стояли, не предлагая услуг, и заглядывали в салон.

– Пошли вон, попрошайки, – сказал я, опустив окно, и бросил пятьсот рублей на асфальт. Мальчишка в кепке посмотрел на меня с ненавистью, не подняв деньги, отошёл на пару шагов, схватил камень и запустил его в мой Бентли, разбивая лобовое стекло.

– Ах ты сучонок! – выругался я. Бросившись за ним, я совершенно забыл про барсетку на переднем сиденье. Схватив подростка за шкирку, я резко дёрнул его на себя. Ткань рубашки треснула, открывая взгляду часть интимной зоны. Кепка слетела, и тёмные длинные волосы рассыпались по обнажённым плечам, скрывая лицо. Передо мной была девчонка. Юная девушка, лет пятнадцати-шестнадцати, с чёрными пушистыми ресницами, испуганно смотрела на меня. Её взгляд напомнил мне мою младшую сестрёнку – ровесницу этой девушки. Черты лица казались знакомыми, но я не мог вспомнить, где её видел.

– Отпустите меня, – прошептала она почти ангельским голосом.

Но я не собирался отпускать. Схватив её, я потащил к машине. Она брыкалась и кричала, пытаясь привлечь внимание прохожих.

– Ты мне это стекло отработаешь, зараза, – сказал я. – А потом можешь валить на все стороны.

Подойдя к машине, я обнаружил, что барсетка исчезла.

– Сука! – выругался я.

Схватив девчонку за волосы, я впился взглядом в её глаза. Она смотрела вызывающе, но я чувствовал, как она дрожит вся, её тело тряслось, не от холода а от страха.

– Где твой дружок? Я вызову полицию, – пригрозил я.

– Нет, только не полицию! Отец меня убьёт… – заплакала она. – Мой отец…

В этот момент в кармане зазвонил телефон. Я посмотрел на экран – звонил Игорь. Я скинул вызов, не до него сейчас.

– Так кто же твой отец? – спросил я, чувствуя, как в её голосе прозвучал настоящий страх. Она задрожала сильнее, и дрожь передалась даже мне. Я думал, что её отец – какой-нибудь забулдыга. Но, правда сыграет мне на руку.

– Вам звонил мой отец, – сказала она. – У вас была встреча с ним в восемь. Но он не пришёл?

Я внимательно посмотрел на неё, не веря своим глазам. Неужели эта…

– Да, он не пришёл, – подтвердил я.

– Он не придёт, – прошептала она, мне. – Он ищет меня. Я сбежала из дома.

Я впился в неё взглядом. Передо мной стояла дочь Игоря?

– Да, – ответил я в трубку, когда Игорь снова позвонил мне.

– Я не смогу прийти, у меня неотложное дело, – сказал он.

– Дочку свою ищешь? – спросил я, разглядывая теперь уже не просто бродяжку, а девочку в рваной одежде, которую прижимал к машине. От неё пахло лавандой и перечной мятой – аромат исходил от её длинных волос, врезаясь в мои ноздри.

– Да, а что? – спросил он, и его голос был настолько спокойным, что это показалось мне подозрительным.

– Она у меня. И украла деньги – твои же. Если хочешь увидеть свою дочь не за решёткой, подпиши договор в мою пользу и верни бизнес, который забрал у моего деда. Тогда я не подам на неё заявление.

Я не мог поверить своей удаче. Дочь моего злейшего врага – в моей власти. Теперь я диктую правила, а не он.

– Отпусти Карину, – сказал Игорь. – Это наши с тобой дела. Не впутывай её в свои игры. Она глупая девчонка, не понимает, куда влезла.

Значит, её зовут Карина. Теперь я вспомнил: видел её на фотографии в статье о банкротстве Игоря в местной газете – «Бывший миллиардер стал банкротом». Да, сходство с отцом было очевидным.

– Как это – не впутывай? – бросил я. – Девчонка со своим подельником украла у меня барсетку с деньгами. Хочешь с ней поговорить?

Я поднёс телефон к её уху.

– Папа, прости… деньги взял Рома, – прошептала она, глядя на меня с ужасом. Слёзы катились по её белоснежной коже, капая мне на руку. В темноте я не мог разглядеть цвет её глаз, но красоту – да. Юная, хрупкая, испуганная.

– Убедился? – спросил я Игоря. – Завтра мой адвокат привезёт тебе бумаги. Подпишешь – отпущу её.

Но он перебил:

– Бизнес ты не получишь. Тебе нужен дом – сделка остаётся в силе. А эта дрянь совершила кражу и заслуживает наказания. Пусть посидит и подумает. Что скажешь, Аверин?

Я не мог поверить своим ушам.

– Ты готов посадить собственную дочь в тюрьму? – спросил я.

– Мне плевать на эту маленькую шлюху, – холодно ответил он.

– Значит, ты отказываешься подписать мне бизнес? Я правильно понял?

– Делай с моей дочерью что хочешь, – сказал он мне. – Хочешь трахни её. Может, тогда поумнеет и поймёт, что чужое брать нельзя. Она мне больше не дочь. Пусть проваливает ко всем чертям.

Я замер. Этого я точно не ожидал от него. Да что он за отец, такой? Что-то здесь было не так. Его слова звучали слишком жёстко, слишком… фальшиво. Возможно, он блефовал. Но мне искренне стало жаль эту девочку. С таким отцом – врагов не надо. Я открыл дверь и почти насильно затолкал её в машину, на заднее сиденье. Затем сел рядом.

Карина.

Я и представить не могла, что в одночасье моя жизнь превратится в настоящий кошмар. Предательство родного отца выбило меня из колеи. Не могла поверить, что Рома бросил меня в такой момент. Слушая разговор отца с этим мужчиной, я ужаснулась.