Альберто Виллолдо – Книга шамана о жизни и смерти. Реальные истории исцеления (страница 2)
Пришел момент, когда работа этих людей с шаманом закончилась. Но это не было окончанием их путешествия, скорее новым началом. Работа шамана состоит в том, чтобы глубоко познать путь смерти и возрождения. История, которую они рассказали бы сегодня, отличалась бы и от вчерашней, и от той, что изложена на этих страницах. Исцеление привело их в более чистые и глубокие воды, где они создают еще более значимые истории. Цель, конечно, состоит в том, чтобы отбросить все истории, – подобно тому, как змея сбрасывает свою старую и некогда удобную кожу. И стать свободным.
Возможно, эта книга вызовет больше вопросов, чем даст ответов. Возможно, эти вопросы отправят вас в собственное странствие по тому пути, который зовет вашу душу. Только там вы найдете ответы. Мы все должны выйти за рамки своего восприятия и подняться над ним, чтобы по-настоящему осознать масштабы нашего исцеляющего путешествия, нашей миссии и предназначения здесь, на Земле. Ни одна из наших историй не определяет нас; никто не дергает за ниточки нашего существования. Мы – не наши истории. По мере того как мы поднимаемся, нам открываются новые перспективы, и мы видим: мы – духовные существа, переживающие физический опыт. Вечные существа, которые становятся богами. Поднявшись достаточно высоко, мы увидим, как линия жизни образует круг: завершенный, цельный, замкнутый. В жизни так много точек, что это уже не точки, а бусины на чётках, соединенные друг с другом шаманским путем преображения.
Орел должен приземлиться. Он должен коснуться земли. И вот новое начало: мы оказываемся в пещере шамана, на пороге первой истории исцеления и преображения.
С большинством героев этой книги я не встречалась лично. Если наши пути случайно пересекутся, мы не узнаем друг друга. Но я никогда не забуду того, что они мне открыли. В самые неожиданные моменты их слова прозвучат во мне на глубоко личном уровне – именно тогда, когда мне нужно будет их услышать. Вот почему я знаю, что эти истории наделены великой силой. Когда мы завершали книгу, со страниц раздался голос шамана: «Не привязывайся к результату!»
Предисловие Альберто Виллолдо
В ваших руках сборник рассказов о том, как шаман использует энергетическую медицину, чтобы помогать другим и раскрывать их способность к самоисцелению. Голоса моих клиентов воссозданы на этих страницах стараниями Энн О'Нил. Вместе с ней я трудился над книгой, которая поможет читателям лучше понять практику шаманского исцеления. Книга открывает вам сокровенный опыт моих клиентов, которые обратились ко мне за помощью. У каждого из них были свои трудности.
Я надеюсь, что, читая их истории, вы ощутите мудрость, силу и красоту шаманской энергетической медицины. Я также надеюсь, что книга вдохновит вас лично познакомиться с шаманскими практиками, независимо от того, ищете ли вы исцеление и каким его представляете. Шаманизм основан на идее, что если вы улучшите качество и вибрации вашего светового энергетического поля (СЭП), то улучшится и состояние физического тела; если вы создадите энергетические условия для здоровья, то болезнь уйдет. Мы можем создать себе новое тело, которое будет стареть, исцеляться и умирать гармонично. Такое обещание любому покажется соблазнительным, но это не просто обещание. Оно может стать вашей реальностью, если вы пробудите внутри себя шамана – ту силу, которая живет в каждом из нас.
Когда эта книга была почти готова к печати, я понял, что в ней не хватает одной истории – о том, как шаманская медицина спасла мою собственную жизнь. Как и все мы, я создаю свою жизнь вместе с Духом, продвигаюсь вперед с желанием, чтобы неожиданные события открывали для меня совершенно новые пути. Каждая ошибка, в результате которой я сходил с тропы и оказывался на обочине, служила мне уроком, который нужно было усвоить. С годами я научился использовать эти возможности для развития, вместо того чтобы жаловаться на царапины и ушибы.
Хотя я всегда чувствовал тягу к целительству, я не собирался становиться шаманом. Как и многие другие, я открыл свой путь благодаря синхроничности[1] и счастливому случаю. Однако стремление посвятить жизнь служению появилось у меня еще в детстве. Подобная тенденция прослеживается во многих историях из этой книги. Прошло много лет, прежде чем я смог признать свое желание стать целителем и назвать собственный путь путем шамана.
Когда мне было немного за двадцать, я получил образование психолога, это подготовило меня к изучению глубин психики моих пациентов. Стажировка в психиатрической больнице показала мне, что люди сходят с ума совершенно по-разному и как мало у нас на Западе способов вернуть их к здравомыслию. Помню пациента клиники по имени Гарольд, он произвел на меня сильное впечатление. Когда я впервые встретил его, он так пристально и непоколебимо посмотрел мне в глаза, что я испугался. Казалось, что через мои глаза он смотрит не в мой разум, а прямо в мое самое сокровенное «я». Не раздумывая, я спросил его: «Кого ты так напугал, что оказался в психиатрической лечебнице?» Не отводя взгляда, Гарольд ответил: «Всех».
Понаблюдав за Гарольдом в течение нескольких недель, я пришел к выводу, что он не сумасшедший. Просто та тонкая мембрана, которая отделяет наш внутренний мир от внешнего, для него не существовала. У него был необыкновенный дар: он мог заглянуть в ваше сердце и раскрыть тайны, которые вы скрывали даже от самих себя. Гарольд был первым высокоинтуитивным человеком, которого я встретил.
Однажды Гарольд сказал мне: «Я знаю, что ты просто испуганный маленький мальчик, который притворяется мужчиной и прячется за своим званием доктора. Ты все еще дрожишь, лежа под той самой кроватью, под которой прятался во время перестрелки у твоего дома. Ты боишься того, что может случиться, если ты когда-нибудь вылезешь из-под кровати». А потом он рассмеялся мне в лицо и ушел.
В тот момент я подумал: «Этот парень действительно ненормальный». Но когда я добрался до своего кабинета, мне пришлось присесть, так как меня начало трясти. Я закрыл глаза, и образы заполонили мою голову: испуганный девятилетний ребенок, стрельба и взрывы вдалеке, вспышки, словно молнии, сверкают в ясной ночи за окном моей спальни, я дрожу и плачу под кроватью. Гарольд никак не мог знать, что в детстве я пережил кубинскую революцию. Тогда я был уверен, что потеряю мать, отца, сестру и в конечном счете жизнь. Теперь я заново переживал весь этот ужас. Как он узнал? Как ему удалось так глубоко заглянуть в мое сердце и извлечь оттуда воспоминания, которые я сам так старался забыть?
Нет, Гарольд не был сумасшедшим. У него был дар, которым он не мог управлять, а другие не могли этого понять. Он использовал свою необыкновенную способность только для того, чтобы отпугивать от себя людей, и в итоге оказался в сумасшедшем доме. Я был всего лишь аспирантом и писал кандидатскую диссертацию.
В следующий раз, когда я увидел Гарольда, он был так накачан лекарствами, что лишь тупо уставился на меня. Его дар был надежно похоронен под тоннами антипсихотических препаратов, но я никогда не забуду того, что видел. Он пробудил во мне осознание, что я должен положить конец той войне, которая все еще бушевала внутри меня, если хочу когда-нибудь сам стать целителем. Иначе этот напуганный девятилетний ребенок будет управлять моей нервной системой и втайне принимать решения за меня.
Работа в психиатрической больнице позволила мне понять жесткую ограниченность западной психиатрии. Мы просто удаляем людей, которые не вписываются в систему или пугают других своими способностями. Им нет места в наших культуре и обществе. Безусловно, есть люди, которые причиняют боль другим и нуждаются в лечении; но все же многие из тех, кого я встретил в больнице, были приятными и добродушными, а некоторые – даже гениями. Мир не признал их необычные таланты, и они начали причинять вред себе и другим. Их волшебный джинн продолжал ускользать из бутылки, а мы пытались заставить его замолчать с помощью препаратов, вместо того чтобы восхищаться его силой и помогать таким людям, как Гарольд, обуздать ее.
Что касается моих личных дарований, то в детстве, проведенном на Кубе, я даже не подозревал о них. Когда Кастро вошел в Гавану, мне было всего девять лет, и вся эта война на улицах не имела для меня никакого смысла. Кто был врагом? Хорошие парни и плохие парни говорили на одном языке, у них был одинаковый цвет кожи, и часто они происходили из одной семьи. Это было время хаоса и запутанности. Когда мы с семьей наконец оказались в Майами, мне было десять лет, и я знал всего несколько слов на английском.
При поступлении в государственную школу я должен был пройти тестирование на определение уровня моих академических знаний и способностей. До сих пор помню то ужасное собеседование со школьным психологом. Он настаивал, чтобы я смотрел ему в глаза. Я рос в латинской культуре и с детства усвоил, что взрослым нельзя смотреть в глаза, потому что это неуважительно. Меня учили: «Когда с тобой разговаривает взрослый, ты должен проявлять уважение и почтение, глядя вниз», поэтому я нервно сопротивлялся требованию своего экзаменатора. Он продолжал хватать меня за подбородок и заставлять смотреть ему в глаза, пока слезы не потекли по моим щекам. Результаты этого тестирования показали, что у меня задержка в развитии, меня назвали умственно отсталым и поместили в класс для детей с отклонениями.