Альберт Верховен – Не туда попали… (страница 33)

Ладно, чего горевать-то, у этого за плечами тоже плотно набитый рюкзак имеется, надеюсь там не лук с картошкой. Проверили и собрали всё ценное, а я осмотрел мотоцикл и подняв его с земли покатил вслед за боевыми товарищами. Отвезём к нам на базу, там разберёмся. Такая техника явно лишней не будет.

До рассвета осталось не так уж и много времени, нужно собираться и грузить всё ценное в пикап. Не без труда разбудили Марику, но особенно туго пришлось с мелким Крысолазом, который хныкал, брыкался, но упорно не желал вставать. Наконец я плюнул на эти потуги, замотал его в одеяло и отнёс на заднее сидение машины.

Загрузили всё оружие, что было в арсенале у ребят, плюс то, что собрали с убитых бандитов и как вишенка на торте — уложили в кузов кроссовый мотоцикл, который я уже мысленно присвоил.

Мельком заглянули в рюкзаки — ну всё как мы и думали. Пачки банкнот, множество золотых украшений, короче стандартная бандитская заначка. Посчитаем уже на базе, сейчас не до того, но навскидку — очень прилично выходит, можно с уверенностью сказать, что не зря старались. Жаль только упустили Джокера, ну да ладно, когда-нибудь попадётся. Нам ещё за Гаврошем заезжать, может врачи позволят его сегодня утром забрать.

ГЛАВА 19

Забрав из госпиталя, идущего на поправку Гавроша, домой мы вернулись без происшествий, если не считать пробитое колесо и жалкую попытку стащить что-то из кузова в момент его замены. Такая неуклюжая попытка меня сначала позабавила, а при ближайшем рассмотрении вызвала жалость.

Когда руль стало тянуть в сторону, Милош принял к обочине и мы собрались выйти, узнать причину неисправности, которой оказался здоровенный гвоздь, вбитый в обломок доски. Пока мы неспешно выбирались из кабины — а дело было уже в сумерках, сзади, как из-под земли выросли четыре силуэта. Они одновременно попытались схватить что-нибудь в кузове и дать дёру, но им не повезло. Мелких вещей там было не много, а большие тяжёлые ящики, тем более мотоцикл, им не утащить.

Одному удалось цапнуть из распечатанной коробки сразу аж четыре банки тушёнки, но как говорится: «жадность фраера сгубила». Пришлось убегать, прижимая хабар к груди обеими руками, а таким образом быстро не побежишь. Вот взял бы две — имел бы шанс. А так, не пришлось даже стрелять вслед — достал такую же банку, взвесил на руке и запулил её точно в затылок воришке. Он растянулся на дороге, растеряв всю свою поживу. Милош успел схватить за шиворот ещё одного неудачника, а двое оставшихся растворились в окружающем пейзаже.

Подошёл, поднял за ухо ноющего грабителя, которым оказался пацана лет двенадцати. Дал лёгкий подзатыльник, велел собрать похищенное и нести назад. Вторым преступником была девчонка, примерно того же возраста, черноволосая, худая и очень перепуганная. Она вся тряслась и едва не падала на подгибающихся ногах.

Быстрый допрос без применения насилия показал, что зовут их Никита и Олеся, они типичные «дети войны», проще говоря — беспризорники. Убивать ещё не научились и не хотят, оружием не разжились, поэтому жизнь для них весьма печальна — голод, холод, притеснение со стороны более агрессивных группировок. Вот и придумали такой, надо сказать весьма дурацкий и рискованный способ найти пропитание. Ведь кто-нибудь мог легко вместо броска консервной банки влепить в затылок пулю.

Пока разговаривали дети немного успокоились, поняв, что казнить их не будут, стали отвечать более охотно и подробно. Общались мы с ними возле машины, когда из-за кучи наваленных друг на друга бетонных плит раздался мальчишеский голос, — Эй, дяди! Отпустите их, пожалуйста!

— Это кто? — спросил я у Никиты, задумчиво почёсывавшего шишку на затылке.

— Санни, он у нас старший.

— Понятно, значит, готовь сани летом… — пробормотал я себе под нос и крикнул прячущемуся подростку, — Эй, Санни! Идите сюда, поговорим. Чего вы там прячетесь.

— А вы нас не тронете? — в голосе парня ясно слышались опасливые интонации.

— Обещаю! Ни бить, ни убивать не станем. Поговорим, может даже поможем кое-чем.

Минут пять наверно, продолжалось совещание, наконец показались ещё двое перепуганных ребятишек — пацан и девочка чуть постарше. Такие же грязные, оборванные и худые.

— Простите, мы есть очень хотим… — понурив голову начал парень, — отпустите нас пожалуйста…

— Смотри-ка, вежливый какой, — пренебрежительно хмыкнул подошедший к нам Мартин, — вот мы почему-то до такого днища не опустились. Нашли как прокормиться и оружие раздобыли и деньги приличные сами смогли заработать…

— Мартин, не стоит так, в жизни всякое бывает. Вы смогли, а у них не получилось, может они в другой сфере себя проявят. Не всем же стрелять и взрывать. К тому же вспомни, как на вас Бубновые напали. Это чудо, что никто не погиб и вовремя нашлись те, кто помог. А могло всё куда хуже выйти. Может им сейчас тоже помощь нужна? — На мои слова он лишь нахмурился и отвернулся.

— Так молодёжь, — я выдал девочкам по банке тушёнки, хлеб, пару упаковок соков, — садитесь поешьте. А вы, диверсанты малолетние давайте, исправляйте свои ошибки, кушать после будете. Запаска вон там, — и протянул пацанам баллонный ключ и домкрат.

Пока они, сопя и пыхтя меняли колесо «Ниссана», мы совещались, что делать с бандой налётчиков. Мартин кипятился и требовал дать им пинка и гнать в шею, но похоже тут скорее говорила банальная детская ревность и юношеский максимализм.

Как только чумазые шиномонтажники закончили работу и тоже присели чтобы поесть, я обратил внимание, девочки как маленькие хозяйки, заботятся о ребятах. Ещё мне понравилось, что те двое не сбежали, бросив своих товарищей, а это говорит о многом. С такими людьми можно и нужно иметь дело. Только с такими.

— В общем так, шантрапа! Вы, конечно, можете и дальше устраивать засады и грабежи на большой дороге, но рано или поздно, это плохо кончится. Вас всех просто расстреляют и этого долго ждать не придётся, поверьте.

Лица ребят посмурнели, они и сами прекрасно это понимали. Я не стал тянуть интригу и продолжил, — но есть один вариант. У нас имеется база, и вот эти подростки, — я показал на стоявших кучкой наших ребят, — будут жить, обучаться и работать вместе с взрослыми, на благо всего нашего отряда. Если вы хотите, то можете присоединиться к ним. Но, учтите — это не благотворительная организация, не детский приют и хулиганов, бездельников и не желающих подчиняться дисциплине там терпеть не станут.

От неожиданного предложения они даже побросали ложки и с сияющими лицами тут же закивали, соглашаясь.

— Но есть одна загвоздка, сейчас мы вас с собой взять не можем. С нами раненый, и как видите машина забита, сажать вас некуда. Думаю, добраться до нашей базы самостоятельно, вам вполне по силам. Продовольствие и денег на пару дней мы оставим.

Если их это расстроило, то не очень сильно. Выдал им провизии и сто долларов по двадцатке, и мы, распрощавшись с неудачливыми грабителями поехали дальше.

— Как думаешь, придут они? — тихо спросил Милош, когда я сменил его за рулём. — Или просто порадуются халяве и лохам, которых развели?

— Обязательно придут. Прибегут! И будут изо всех сил стараться, чтобы их не вышибли отсюда, поверь мне.

— Да зачем тебе это вообще нужно? — насупился Мартин, — деньги лишние, кормить этих дармоедов?

— Поверь мне, в жизни есть нечто важнее денег и славы. Надёжный товарищ, которому ты готов доверить свою спину и сам готов прикрыть его, любой ценой. Вот, что является наивысшей ценностью и увы, большой редкостью в любых мирах.

— У меня есть такие, вот они. Других мне не нужно! — подросток кивнул на дремавших рядом с ним друзей.

— Ох, вот увидишь, таких людей много не бывает, и чем их больше рядом с тобой, тем лучше. Просто пройдёт немного времени, вы познакомитесь получше, и они станут для тебя так же близки, как твои нынешние друзья.

— А если нет? Если они окажутся не такими, как ты сказал?

— Ну, что же, тогда они сами поймут, что им не место рядом с нами. И произойдёт это довольно быстро. В таких условиях, в каких находимся сейчас все мы, качества людей раскрываются очень быстро — как хорошие, так и плохие. Не тревожься раньше времени Мартин, жизнь всё сама расставит по местам.

Постепенно разговоры на эту тему прекратились, и в машине воцарилась дремотная тишина.

Не успели заехать во двор и обняться с ожидающим нас женским контингентом базы, нам сообщили, что грянула новая беда — пропали Вика и Милодора.

— Да как так-то? Вас одних вообще нельзя оставить, даже на пару дней. Настя, как это случилось? — я устало плюхнулся на стул, и приготовился слушать виновато опустившую глаза Анастасию.

— Да, признаю, тут есть и моя вина. Я недооценила степень их инфантильности и беззащитности, прошу прощения. Но я их всего то отпустила в магазин, который в двух кварталах отсюда!! В двух!! Вдвоём! У нас ведь тут спокойный район, ты сам знаешь. Обе были с оружием, по крайней мере без пистолетов я их никуда и никогда не отпускала, — тут она немного понизила голос, — из Вики, конечно, боец как из гов… ну ты понял… Но не могу же я за ними как за маленькими детьми ходить.

Она обессиленно опустилась на соседний стул, видно, что Настя очень переживает. И наверняка уже что-то предпринимает для спасения девушек.