Альберт Кириллов – Записки помощника прокурора (страница 60)
Прокурор таких шалостей от сотрудников милиции — «терпеть ненавидел». Он тут же озадачил своего сотрудника — следователя, немедленно выехать с дамой в магазин, где была произведена покупка.
Быстро «пробили», где именно находится этот магазин. Оказалось, что ехать не так далеко. Это оказался павильон, продающий сотовые телефоны и аксессуары к ним. Тем более, что находился он прямо на привокзальной территории, недалеко от дежурной части ЛОВД. Ну там метров 300–400.
Следователь, в сопровождении дамы, и еще пары сотрудников прокуратуры — ну на всякий случай, — быстро прибыли в этот павильон.
Девочка-продавщица на заданный вопрос по поводу произведенной покупки тут же выдала интересную информацию:
— Да, была покупка достаточно дорого телефона сегодня. Я хорошо запомнила покупателя, т. к. такие покупки у нас бывают раз в два-три месяца.
Ну правильно, кто на вокзале будет покупать такой достаточно недешевый телефон?!
— И вы сможете его опознать? — не очень веря в удачу, спросил следователь. Ожидая, что придется составлять фоторобот, потом долго искать… Тягомотина еще та.
— Конечно, я ведь знаю этого человек! — вдруг заявила продавщица.
— В смысле? — сказать, что следователь был удивлен — это ничего не сказать.
— Так этот покупатель работает опером в ЛОВД, я его тут часто вижу, когда он проходит мимо павильона во время своих смен. И до того, как он сегодня совершил покупку, он несколько дней подряд ходил ко мне в павильон и смотрел телефоны. Говорил, что мечтает купить именно ту модель телефона, которую он сегодня и купил. Да, и зовут его Егор.
Та-дам! Приехали, а нас не звали…
Дальше было дело техники. Вся группа тут же «стартанула» в дежурную часть. Егор уже закончил смену, но зачем-то остался в дежурной части, болтая со своими коллегами.
Быстренько «вытряхнули» из его кармана купленный телефон, а там и похищенная карта из кармана «выпала». Егор, что-то пытался мямлить, но так ничего и не смог объяснить, как у него оказалась чужая карта и почему он ей воспользовался.
«Веселое» такое дело!
Я тут же был вынужден рассказать о случившемся Николаю, чтобы тот срочно приостановил перевод этого «товарища», который нам совсем не товарищ.
Андрей «порешал» вопрос, чтобы Егора сразу не «закрыли», а дали подписку о невыезде. Хотя за подобное сотрудники милиции сразу оказывались в СИЗО, а не на свободе.
Дальше было интереснее!
В ходе расследования дела по факту превышения служебных полномочий, а также кражи банковской карты у потерпевшего, всплыл еще один «забавный» эпизод.
Где-то за месяц-полтора, до кражи карты, Егор в городе написался в одном из баров. Поссорился с одним из посетителей, а потом, когда они вышли на улицу разобраться, достал свое табельное оружие: угрожал потерпевшему «стволом», выстрели два раза в воздух, а затем рукояткой пистолета несколько раз ударил того в лицо.
Тогда это дело «замяли», спустив на «тормозах». Но после произошедшего на вокзале, Егору предъявили и этот эпизод — превышение и телесные повреждения у потерпевшего.
Как потом рассказал Андрей, Егор имел наглость позвонить лично ему: просил помочь с закрытием дела либо помощь в получении наказания не связанного с лишением свободы. Типа черт его под локоть толкнул, когда он купил телефон на ворованную карту. Признался, что украл её, чтобы купить именно телефон. Очень уже ему хотелось обладать этим телефоном.
Андрей ему отказал, напомнив, что он его предупреждал о подобном. Егор пытался давить на то, что он же уже почти муж племянницы Андрея… Был послан в пеший сексуальный маршрут…
На самом деле, Андрей потом рассказал, что звонил в свою прокуратуру, разговаривал со следователем, а потом и с помощником прокурора, которая поддерживала государственное обвинение в суде, когда дело Егора передали в суд.
Его клятвенно заверили, что постараются сделать всё возможное, чтобы Егор отделался легким испугом. Но не сложилось…
Егору дали три года в колонии общего режима. И поехал он в «красную» зону в Нижний Тагил.
Судья категорически отказалась давать условный срок. Бросив сквозь зубы, что и три года — это мало для Егора. С его «послужным» списков в два эпизода: превышение и побои, кража карты и покупка телефона, она хотела ему вообще шесть лет реально «влепить», но пошла навстречу и дала только три года.
Я, Андрей, Николай и начальник ЛОВД в аэропорту Шереметьево, просто перекрестились, что «нашалил» Егор не тогда, когда уже бы работал в Шереметьево. Только этого нам и не хватало…
Андрей не лез в отношения своей племянницы и Егора… Может и к лучшему всё это. Племянница не стала продолжать отношения с Егором, перестав общаться с ним. Да и затруднительно это: находясь в Москве, ездить в Нижний Тагил.
Она нашла в Москве хорошего парня, который действительно любит её. Насколько я знаю, у них же два пацана, которые уже пошли в школу…
И тогда, и сейчас, до сих пор никто понять не может, что у этого идиота было в голове, когда он в тот же день на ворованную карту купил телефон на «территории» своей непосредственной работы?! При чем у продавца, которая его хорошо знала в лицо!..
Ну поезжай в другой конец города, используй через две-три недели эту карту. Отдай доверенному лицу, которое купить на неё телефон…
Придурок обыкновенный… Больше тут ничего не скажешь и не напишешь.
Вас здесь не ждали!
Это было конец 90-х, ну а для некоторых — «святых» девяностых. У китайцев есть проклятие: «Чтобы ты жил в эпоху перемен». Никому не советую жить в такое время: страшненько, голодно, да и убить могут что регулярно и происходило на улицах моего родного города.
При расследовании нескольких уголовных дел наша «контора» стала плотно работать с группой «Альфа» ФСБ РФ. Как-то так сложилось, что нам нужны были «силовики», а руководители «Альфы» благосклонно пошли навстречу. У нас были и свои «силовики» — транспортный ОМОН, но допроситься его было достаточно затруднительно. Каждый раз приходилось бегать к большому руководству, так ещё и выпрашивать приходилось. Прямо было такое ощущение, что мы с ними террор в городе устроим, если нам их начнут давать в усиление. Во всяком случае так каждый раз нам заявляло руководство, подозрительно вглядываясь в принесённые документы, которые обосновывали необходимость «силовиков».
Со следователями ФСБ мы почти и не работали. У нас были молодые «следаки», а у них там вообще был бардак. Почти все были только после институтов, работали лишь по двум-трем статьям УК — никакого опыта у них не было, от слова совсем! В общем, смех один, а не следователи.
В общем, работали мы с Альфой достаточно плотно и долго. Ну а там и приятельские отношения сложились. Меня с несколькими офицерами Альфы познакомил мой коллега — Большой Александр, который сначала сам с ними начала работать, а потом и меня подтянул.
Ребята обычные, нормальные, но постоянно участвующие в различных силовых операциях, в том числе и на Кавказе. Поэтому были достаточно резкими и очень активными на решение любых вопросов силовыми методами. Ну работа накладывала свой отпечаток. Уж сколько всяких приключений у них было на этой почве…
Так вот, как у любой серьезной конторы у ФСБ нашей области была своя база отдыха, на одном из наших озер в области. Называлось озеро Балтымом, ну и сейчас называется. Это было самое посещаемое озеро отдыха для нашего большого города.
Особо крутым считалось, если у организации или конторы, где вы работали, там была база отдыха. Попасть на такие базы было достаточно затруднительно, даже в советские времена туда попадали не многие.
Ну и пригласили меня на эту базу вместе с Александром на какой-то праздник, просто уже и не помню, что и почему, но было весело.
Обратил внимание, что на территории базы было то ли своеобразное кафе, то ли ресторан, то ли дискотека: какая-то помесь из всего перечисленного. А хозяином это недокафе-недоресторана было лицо кавказкой наружности. Я сначала даже удивился: вроде территория базы ФСБ, а тут какая-то непонятная личность. Вдруг у него есть умысел на теракт?..
Мне разъяснили, что на территории базы почти всё время проживали члены семей сотрудников «конторы». Сами работавшие в ФСБ появлялись на базе отдыха лишь в выходные, и достаточно редко.
Женам, детям и подрастающему поколению, а многие уже были подростками (лет по 15–16) было скучно на базе, т. к. толком никаких развлечений там и в помине не было в те времена.
А одуревшая от семейных забот и подрастающих детей женщина, может любого генерала ФСБ построить, высушить ему мозг и объяснить политику партии семейных отношений.
Вот и было принято решение, открыть, вернее сдать в аренду помещение в бывшем доме культуры, ну или что-то подобное, которое было построено в советское время, но захиревшее в годы перестройки. Как уж этот гордый сын Кавказа пересекся с руководством ФСБ — тайна великая. Но он снял в аренду это помещение и открыл там кафе с дискотекой для молодежи. Запрет у него был один, но достаточно жесткий — не продавать алкоголь молодежи. За этим следили достаточно строго и жестко. И всем стало хорошо: человек деньги зарабатывал, а жены прекратили пилить своих мужей, что им и детям нечего делать на базе отдыха.